Альтернатива физическому наказанию


Содержание

О психологической неэффективности наказания как воспитательного средства

Ключевые слова: детско-родительские отношения, агрессивность, физическое наказание, эффективность наказания, альтернатива наказанию, сочувствие, принуждение, альтруистическая личность, дружеские отношения, удовлетворение жизнью

Быстрые перемены, происходящие в российском обществе в конце XX — начале XXI века, привели к росту напряженности и агрессии как в общественных отношениях, так и в семейных. Предлагаемые государством меры по борьбе с агрессией в обществе носят репрессивный характер. Негативные проявления публично обсуждаются и порицаются, предложения сурово покарать встречают поддержку общества, даже если очевидна их бессмысленность и неэффективность. Новые законы, как правило, ужесточают наказание, исключают возможность договориться. Так, например, принятые в 2007-2009 годах изменения в Кодекс об административных правонарушениях, ужесточающие ответственность за нарушение правил дорожного движения, встретили поддержку населения. Был проведен ряд опросов, и большинство респондентов высказывается в пользу ужесточения наказаний за нарушение правил дорожного движения, хотя и понимают, что это ведёт к росту коррупции. [7]

А между тем, важно рассмотреть наказание с точки зрения его эффективности. Эффект от наказания неоднозначен и может отличаться в краткосрочной и долгосрочной перспективе, а так же иметь латентные функции. «Строгие наказания за несанкционированные уличные шествия официально направлены на поддержание общественного порядка, но одновременно служат средством борьбы с политической оппозицией и подавления нежелательных для власти социальных инициатив. Отсюда и неоднозначность их результатов. С одной стороны, эти меры укрепляют власть, а с другой — подрывают её авторитет… Слабая, лишенная общественной поддержки власть устрожает наказания, усиливая тем самым сопротивление и способствуя политическому радикализму. Иными словами, авторитарная власть сама рубит сук, на котором сидит.» [3,21] Что мы наблюдаем сейчас на примере Украины.

Подобное происходит и с детьми. Родители считают, что главная добродетель ребёнка — это послушание, не отдавая себе отчёта, что заботятся больше о своем спокойствии, чем об интересах, а главное, чувствах ребёнка. Распространена практика, когда непослушного ребёнка наказывают. В случае, если не удалось добиться послушания, наказание ужесточают. И даже замечая, что такое воспитание приводит не к примерному поведению, а к тому, что ребенок начинает врать и хитрить, родители не видят альтернативы наказанию.

Почему люди продолжают настаивать на наказании, как взрослых, так и детей? В большей степени это дань традиции, сформировавшейся веками. И.С.Кон отмечает, что одним из главных факторов, определяющих распространенность наказаний детей — это религиозные установки, причем различные религии в этом отношении неодинаковы. [3, 59]

В статье А.Е.Щегловой «Использование поощрений и наказаний в воспитании детей в эпоху античности и средневековья» описана эволюция поощрения и наказания. Она отмечает, что в первобытном строе, в условиях тяжелой борьбы за выживание, воспитанием практически не занимались, дети имели достаточную свободу, а наказания не были жестокими. «В дальнейшем положение меняется. Расслоение общины и рост социальных антагонизмов ужесточили воспитание. Часто стали применяться физические наказания.» [9, 149]

В древнем мире дети воспитывались в страхе. Жестокость со временем нарастала, за малейшие провинности их били палками, секли розгами, приковывали за ногу цепью. Послушание считалось главной добродетелью, и его добивались, не ограничивая себя в средствах. «Слепое рабское повиновение – вот высшая цель средневековой школы и ее главного воспитательного орудия – телесных наказаний.» [9, 154] При этом, «в авторитарной системе воспитания ценен не столько конкретный результат, сколько само по себе послушание.» [3, 323]

На Ближнем Востоке пошли ещё дальше. Там было вполне естественным переходить от словесных увещеваний к телесным наказаниям. Но если и это не помогало, то прибегали к крайним мерам. «Буйных и непокорных сыновей следовало отводить к старейшинам, которые отдавали их на побитие камнями до смерти.» [9, 154]

За суровость воспитания выступали даже такие величайшие мыслители, как Платон (427–347 гг. до н. э.), который считал отсутствие наказания баловством, и Аристотель (384-322 гг. до н.э.), полагавший, что если человек не соответствует достоинству, то надо его исправлять при помощи любых методов, даже розг, и чем раньше, тем лучше. [9]

Но даже в средние века, в разгар жестокости в семье и обществе, уже находились философы, которые не одобряли телесные наказания и выступали за гуманность воспитания. Так, например, Ибн Хальдун, выдающийся арабский мыслитель XIV в.,считал, что «страх наказания притупляет способности детей, делает их ленивыми и лживыми, развивает у них хитрость, но не ум. По его мнению, родителю и воспитателю следует избегать не только подобного рода наказаний, но и вообще излишней резкости и грубости по отношению к детям, так как это разрушает в них человечность.» [9, 153]

Как видим, ещё в XIV прозвучала мысль о вреде наказания. Но она не оказала значительного влияния общепринятые нормы воспитания. Видимо, потому, что не была предложена альтернатива.

В целом, и Восточное, и Западное общество выступало за пользу наказания, разница состояла только в границах, когда провинность считать уже достаточно серьёзной, чтоб применить физическое наказание, и когда надо остановиться, чтоб не нанести серьёзных увечий или не убить ребёнка. Одни предлагали ограничиться тремя ударами и не применять физическое наказание к детям до 10 лет, другие предостерегали, что бить надо только с целью воспитания и не срывать на ребёнке свой гнев (Мухаммед Ибн Сахнун (817–880 гг.)). Были и такие, которые беспокоились о чувствах ребёнка, поэтому советовали бить его наедине, чтоб не унижать его в глазах окружающих (Абу Хамид аль-Газали (1058–1111)). [9] Подавляющее большинство сходилось на том, что наказывать нужно, только граница и мера у каждого была своя.

Другим методом воспитания была соревновательность, которая активно культивируется и в наши дни. Соревновательность только с первого взгляда кажется безобидным и действенным методом воспитания. «Дух соперничества, стремление любой ценой превзойти товарища по учебе, поощрялся в школе. Следует отметить, что оправданная с педагогической точки зрения соревновательность часто выходила из-под контроля учителей и перерастала не только в жаркие словесные баталии» [9, 150] Порой дело доходило до драки, после чего следовало суровое наказание подравшихся. Отсюда можно сделать вывод, что соперничество приводит не к стремлению к знаниям и саморазвитию, а к попытке обойти соперников, не считаясь ни с чем.

В средневековье при воспитании и обучении стало использоваться и поощрение, а к наказанию стали подходить более дифференцированно. «Постепенно вводятся критерии обоснованности и необоснованности наказания, а также идея соизмеримости наказания с проступком. Однако сохраняется положение о применимости в нужных случаях самых тяжелых, вплоть до лишения жизни ученика, сына или дочери.». [9, 156]

Наиболее разработанная система телесных наказаний детей существовала в Великобритании. Мальчиков в школах секли палками, розгами, ремнями и тапочками, девочек только тапочкой. Особенно прославился в этом Итонский колледж, где «воспитанников пороли буквально за всё. В 1660 г., когда школьникам в качестве средства профилактики чумы предписали курение, одного итонского мальчика выпороли, “как никогда в жизни”, за… некурение» [3, 66] , что кажется курьёзом с позиции нашего современника, но доказывает, что правота взрослого не всегда очевидна. Как ни странно, многие бывшие поротые ученики считали, что порка улучшила их характер и выказывались за сохранение в школе телесных наказаний. Первую попытку ответить на вопрос об эффективности телесных наказаний сделал школьный инспектор священник Фредерик Уоткинс в 1845 году. Он обследовал 163 школы, из которых в 18 отсутствовали телесные наказания, и пришел к выводу, что дисциплина и успеваемость в школах, где нет физический наказаний, значительно превышает те, где они присутствуют, а там, где телесные наказания были особенно частыми и жестокими, состояние дисциплины было на самом низком уровне. Инспектор заключил, что «”дисциплина страха, а не любви” не способствует ни умственному, ни нравственному развитию» [3,77-78] Однако время отмены телесных наказаний ещё не пришло.

В 1950-60 годы порка ещё процветала в большинстве английских школ, хотя её частота и жестокость постепенно снижалась. Законодательно телесные наказания в школах Великобритании были окончательно запрещены только в 2003 году. Что же касается телесных наказаний в родительской семье, то они на момент написания И.Коном книги в 2010 году ещё оставались легальными. [3, 65-94]

Сегодняшняя педагогика уверена в том, что телесные наказания отрицательно влияют на самосознание и чувство собственного достоинства ребёнка [3, 7] , хотя на практике они продолжают широко применяться, в том числе и в российском обществе. Хуже того, многие родители считают их неотъемлемой частью хорошего воспитания. Однако, именно физические наказания представляют серьезную угрозу не только физическому, а и психическому здоровью ребенка, его развитию и безопасности, нарушая право на защиту и заботу. В России действует закон, согласно которому нанесение жестоких травм со значительными последствиями для здоровья ребенка может быть уголовно наказуемым, но, в отличие от многих западных стран, нет специального закона либо указа о запрете телесных наказаний. [4]

Когда мать шлёпает расшалившегося ребёнка, что бы она при этом ни говорила, она показывает ребёнку пример, как надо реагировать на чужую неправильность, и ребёнок в точности воспроизводит родительский урок на сверстниках или тех, кто слабее, чьё поведение ребёнку не нравится. Применяя физическое наказание, родители учат ребёнка решать конфликтные ситуации с помощью силы, тем самым воспитывая в ребёнке агрессию.

Недавно в интернет попал видеоролик, на котором старшие воспитанницы российского детдома безжалостно избивают малышей. Осуждая девушек за негативный поступок и жалея ни в чем не повинных мальчиков, общественность требовала сурового наказания, не задумываясь о причинах крайнего неблагополучия этих девушек. Откуда взялась такая жестокость? Ответ лежит на поверхности: девочек бросили родители, наказывали воспитатели, срывали свою злость и обиды старшие «товарищи». А малыши, получив урок злобы и ненависти, скорее всего вырастут такими же жестокими, морально искалеченными людьми и будут мстить за обиды, полученные в детстве. Жестокость рождает ответную жестокость.

Общество развивается, задачи, стоящие перед людьми, постоянно усложняются и требуют большей самостоятельности и творчества. «Однако, более сложная деятельность требует также от ребенка большей самостоятельности. С помощью палки или ремня можно заставить ребенка выучить наизусть молитву, но научить его таким путем самостоятельно и творчески мыслить невозможно.» [3, 46]

В большинстве развитых стран отношение общества к физическому наказанию однозначно негативное, тем не менее, само наказание в более мягких формах и в наши дни осталось, наряду с поощрением, одной из главных воспитательных мер. Хотя многие считают, что «реальная система наказания весьма часто представляет собой снятие эмоционального напряжения взрослым за счет ребенка.». [6, 118] И чем старше становится ребёнок, тем больше его ранят наказания, препятствуя эмоциональному контакту с родителями.

К. соц. н. Т.Г.Зиновьева отмечает, что «Жесткие воспитательные воздействия, наказания не способствуют решению проблем, а могут приводить к отчуждению родителей и детей, к формированию у ребенка агрессии.» [1, 73] И тут же, противореча себе, утверждает «Наказание возможно лишь тогда, когда поведение ребенка другими способами изменить невозможно…». [1, 73] Если неправильное поведение ребёнка становится трудно изменить, это означает, что отчуждение уже наступило, а наказание его только усугубит.

Выдающийся российский ученый-обществовед Игорь Кон в своей последней книге “Бить или не бить?” анализирует эффект от телесных наказаний, ссылаясь на результаты сотен больших и малых, в том числе нескольких лонгитюдных (Gershoff, 2002; Paolucci, Violato, 2004; Larzelere, Kuhn, 2005) исследований, проведенных за более чем 50 лет в США и других странах [3, 323-357] , которые доказали, что «существуют многочисленные статистические корреляции, а иногда и причинная связь между телесными наказаниями ребенка и его агрессивностью, склонностью к насилию и антисоциальному поведению.» [3, 356] Более того, «чем больше дети получают телесных наказаний в начале учебы, тем сильнее они отстают в своем когнитивном развитии четыре года спустя.» [3, 342] Существует устойчивая мировая тенденция к снижению телесных наказаний детей и параллельного роста IQ, что позволяет предположить частичное влияние первого на второе. [3, 342] Так же имеются данные о том, что отрицательное воздействие на развитие ребёнка имеет любое наказание, которое воспринимается им как отвержение его родителями. [3, 354] И, в конечном счете, «за “кризисом телесного наказания” стоит гораздо более ёмкий кризис авторитарного воспитания.» [3, 357]

К.псх.н. А.А.Моисеева, в своём исследовании, посвященном формированию альтруистической направленности личности, пришла к выводу, что «наказания, особенно это относится к унижениям и угрозам, блокируют развитие помогающего поведения. Родители склонных к альтруизму детей предпочитают отказаться от крайних форм наказания, а из поощрений выбирают методы похвалы и поддержки. Родители низко альтруистичных личностей напротив отдают предпочтение материальным поощрениям и чрезмерно сильным наказаниям.» [5]

Оказалось, что не наказание приводит к снижению уровня жестокости и агрессии, а распространение бескорыстного помогающего поведения, которое, по мнению автора, станет одним из самых эффективных способов избавления человека от нежелательных форм антисоциального поведения, поможет наладить более эффективное взаимодействие, взаимопонимание и сотрудничество, будет способствовать выживанию общества в целом. [5]

И если физические и другие грубые и жестокие виды наказания приводят к воспитанию у ребёнка агрессии, то более мягкие его виды приводят к формированию у ребёнка инфантильного поведения. Человек, с детства привыкший, что за виной следует наказание, боится оказаться виноватым, у него вырабатываются психологические защиты. Если один ребёнок будет избегать того вида деятельности, в котором он однажды не преуспел и получил назидательный комментарий от родителя, другой постарается компенсировать отрицательные переживания положительными: компьютерными играми, дворовой компанией, настаиванием на различных покупках, третий будет демонстрировать личное благополучие, подчеркивая свои достижения и принижая достоинства других. Привычка винить в собственных неудачах обстоятельства или искать виноватого среди других людей остается на уровне подсознания на всю жизнь. В целом, любые виды наказания имеют исключительно негативный эффект. И даже в тех случаях, когда наказание приводило к желаемому результату, этот результат не был единственным. Другой не столь очевидный, но более фундаментальный результат — понижение детского самопринятия, появление у него ощущения “я плохой”, которое и приводит к появлению психологических защит. [2]

Исходя из вышеизложенного, можно сделать вывод, что для психического здоровья детей следует полностью исключить все виды наказаний.

В обществе бытует мнение, что отсутствие наказания приводит к вседозволенности и неуправляемости. Почему-то считается, что жестокость и агрессия в обществе происходят от безнаказанности. Последнее время даже появилось такое выражение «обезумел от безнаказанности», которое, если вдуматься, означает, что человек сошел с ума потому, что с ним недостаточно жестоко обращались. Очевидно, что если люди и сходят с ума, то по какой-то другой причине.

В общественном мнении принято ставить знак равенства между безнаказанностью и вседозволенностью. А это не одно и то же.

И.Кон дает такое определение наказанию. “В самом общем значении слова, наказание — это применение к человеку или животному каких-то неприятных или нежелательных для него мер воздействия, причинение ему страдания в ответ на неповиновение или нежелательное, антинормативное поведение.” [3, 17]

Попробуем разобраться на примере родительско-детских отношений, чем отличается наказание от принуждения или запрета, и есть ли альтернатива наказанию. Конечно, детям необходимо прививать правильные привычки, а также запрещать действия, которые угрожают их здоровью или доставляют беспокойство другим людям. Лучше всего действовать личным примером. Но иногда примера бывает недостаточно. Тогда необходимо использовать такие меры, как принуждение и запрет.

Принуждение и запрет направлены на изменение ситуации по существу, в отличие от наказания, которое не связано с существом дела и является всего лишь способом уколоть детское самолюбие, ущемить его интересы. Если ребёнок получает двойку в школе, родители запрещают ему смотреть телевизор, гулять с друзьями или есть сладкое, однако с точки зрения ребенка, «сегодняшняя двойка никак не связана с завтрашним телевизором. Родитель хочет сделать ребенку плохо, рассчитывая (иногда безотчетно), что в следующий раз, когда ребенок начнет лениться, он вспомнит, как было плохо без телевизора (без прогулки, без десерта), и это придаст ему учебного энтузиазма.» [2, 22]

Каждая мама обязана знать:  5 фильмов, которые стоит посмотреть с приемными детьми

«Принуждение может обидеть ребёнка, но это происходит не целенаправленно, в отличие от случаев наказания … Родитель, который принуждает, но не имеет в виду наказывать, старается всячески успокоить ребенка, выразить свое сочувствие.» [2, 22]

На первый взгляд, разница небольшая, поэтому, чтобы ребенок её почувствовал, «это должно быть не просто словами, а правдой. То есть дети должны видеть, что родителям действительно их жаль.» [2, 22] Дети хорошо чувствуют настрой родителя. Если родитель действительно сопереживает ребенку, он это безусловно заметит. [2]

Как же должен себя вести родитель, чтоб ребёнок почувствовал, что ему сопереживают? Для этого необходимо «присоединиться» к ребёнку. Не кричать из другой комнаты, что пора обедать или делать уроки, а подойти к ребёнку, сесть рядом и попытаться вникнуть в то, чем он занимается. Тем самым родитель показывает ребёнку, что ему небезразлична его жизнь. И через несколько минут можно сказать, что пора уже оторваться от игры. [2]

Также распространена практика, когда родители много раз повторяют какое-то требование, не добиваясь его выполнения.

Рассмотрим конкретный пример: две мамы беседуют на улице, пока их дети играют на ступеньках. Один из них руками в варежках вытирает ступеньки. Увидев это, мама кричит: «Сёма, не пачкай варежки! Сколько тебе говорить?! Я их только постирала!», затем поворачивается к собеседнице и продолжает разговор, тогда как сын продолжает игру, не обращая внимания на слова матери. Можно предположить, что мама ещё пару раз крикнет на ребёнка, с каждым разом повышая голос (ведь он не слушается!), а в конце прогулки отругает или даже отшлепает его за испачканные варежки. Однако, эффект такого воспитания – расстроенный ребёнок, а не привычка к чистоте.

А как можно было бы поступить маме? Если чистые варежки действительно очень важны, нужно физически не позволять ребёнку их пачкать, например, взяв его на руки или за руку. А если дома есть стиральная машина, и нет ничего страшного в том, что ребёнок, играя, пачкает одежду, то можно ничего не говорить по этому поводу.

Повторяя просьбу много раз, родители сводят на нет авторитет своих слов у ребёнка, и тот перестаёт их слышать. Достаточно один раз сказать «надень тапки» или «не ползай на коленках, испачкаешься», после этого необходимо либо добиться выполнения, либо смириться с тем, что ребёнок будет ходить босиком или протирать коленки. Так или иначе, с возрастом он и сам поймет, что и то, и другое не всегда уместно. Для ребёнка важнее, как поступает родитель, а не что он говорит. Нормы поведения в обществе ребёнок усваивает, глядя на поведение своих родителей.

И.Кон в книге “Бить или не бить?” ставит вопрос об эффективности наказания, считая этот вопрос наиболее важным для оценки принятой в обществе системы наказаний. “Во-первых, эффект наказания может быть неодинаковым в краткосрочной и в долгосрочной перспективе. Во-вторых, наказания, как и все прочие социальные институты, имеют не только явные, но и скрытые, латентные, функции.”Сколько-нибудь строго научно разграничить физическое, телесное воздействие на человека и психическое обращенное к его сознанию, ни философски, ни психологически невозможно. Физическое наказание — это наказание путем причинения боли, но переживание боли неразрывно связано с общим психическим состоянием индивида, а душевные страдания зачастую бывают мучительнее телесной боли.” [3, 21] И.Кон отмечает, что телесные наказания детей это частный случай принятого культурой отношения и уважения к человеку вообще. Телесные наказания взрослых в европейских государствах были отменены в начале XIX века, однако в Англии они были сохранены для несовершеннолетних. [3, 28]

Распространенные меры наказания: поставить в угол, не пустить гулять, лишить телевизора или компьютера, накричать. Но не только. Такие наказания, как игнорирование или “игра в молчанку”, не менее травматичны. «Лучше пострадать от превратностей игры, чем вообще не иметь никаких взаимоотношений. «Ребенок скорее выживет в огне скандалов и побоев, чем в холоде безразличия»» [8, 63]

Казалось бы, сердитый взгляд нельзя считать наказанием, но Томас Э. Харрис не соглашается с этим. «Мы должны учитывать положение ребенка в первые годы его жизни. Он мал, зависим, он неумел, неловок, у него нет слов, из которых бы он строил смысловые конструкции. Эмерсон сказал: «Мы должны знать, как расценить хмурый взгляд». Ребенок не умеет этого делать. Недовольный взгляд, обращенный в его направлении, может только вызвать чувства, пополняющие его запас негативных данных о самом себе. Это моя вина. Опять. И так всегда. Всегда так будет. Круг без конца.» [8, 16]

Многие родители считают, что нет ничего страшного в иронии или насмешке. «Получил двойку, ну что ж, поздравляю!» Упал – «Не надо ворон считать!» Забыл купить хлеб – «Ну конечно, у тебя один компьютер в голове, зачем тебе хлеб?!». Казалось бы, это не наказание, на ребёнка не кричат, его ничего не лишают. Но, ирония унижает ребёнка, она показывает ему, что родители в этот момент его не любят.

Таким образом, всё, что обижает и травмирует ребёнка, заставляет его чувствовать себя виноватым, может считаться наказанием. Есть две основные причины, по которым ребёнок совершает проступок — либо непреднамеренно, либо пытаясь привлечь к себе внимание взрослых. Очевидно, что нет никакого смысла ругать и наказывать за то, что ребёнок сделал нечаянно. Он и так расстроен произошедшим. В такие моменты ему очень важно увидеть, что родители понимают его чувства. Например, «двойка для ребенка — во всех случаях удар. Если внешне этого не видно — значит, мы наблюдаем не истинную позицию ребенка, а его защитную позу. Если дома ребенок говорит о двойке равнодушно или цинично — это означает, что он по дороге домой успел привычно надеть маску равнодушия.» [2, 23] А если он совершает проступок, чтобы привлечь к себе внимание, то понятно, что ему этого внимания не хватает, и родителям стоит сделать выводы. Во всех случаях детского неблагополучия «правильно будет исходить из следующего понимания: как бы ребенок ни провинился, что бы плохого он ни сделал — это не он плохой, это ему плохо» [2, 26]

Сочувствовать детским неудачам, таким как опоздания в школу, двойки, потерянные ключи, разбитые вазы, только на первый взгляд кажется неестественным. Родители привыкли, что такие детские проявления обязательно должны быть осуждающе прокомментированы. Попробуем перенести похожие ситуации на себя. Какой реакции от друзей и близких ожидает взрослый человек, когда его постигла неудача: он не успел вовремя сдать проект, его вызвал “на ковёр” начальник, у него в транспорте вытащили кошелёк, он уронил и разбил новый мобильный телефон или выезжая с парковки задел дорогой автомобиль? Очевидно, что все мы ожидаем сочувствия, а осуждающие и ироничные комментарии не кажутся нам уместными. Но дети такие же люди, как мы взрослые, только ещё более ранимые и незащищенные. Таким образом, единственной конструктивной реакцией на проступок ребёнка, которая способствует доверию в семье, и в конечном счете оказывается залогом благополучия ребёнка во взрослой жизни, остается сочувствие.

«Надо сказать, что дети усматривают в словах взрослого указание на свою «неправильность» в гораздо большем количестве случаев, чем можно предположить. Даже в тех, когда родитель точно не вкладывает в свою реакцию ничего назидательного.» [2, 26] Например, когда ребёнок ушибся и плачет, родитель, успокаивая его, говорит “не плачь, пройдет”, объявляя тем самым чувства ребёнка неуместными. В этой ситуации сочувствие будет выражаться в присоединении взрослого, в понимании того, что, когда малышу больно, он не в силах сдержать слёзы.

В общем случае, отношение родителей к детям можно представить в виде шкалы, на одном конце которой будет максимальная назидательность, на другой максимальное сочувствие. Человечество в своём развитии всё больше движется от первого ко второму, находя всё больше доказательств, что сочувственное, понимающее, дружеское отношение к детям хоть и не всегда приводит к немедленному послушанию, но зато имеет положительный долговременный эффект, в то время, когда наказание и назидательность может и приведет к подчинению взрослому, но скрытые и отсроченные по времени результаты будут негативными. Одним из самых любопытных открытий лонгитюдного исследования, начавшегося в 1938 году в Гарвардском университете, и продлившегося 75 лет (the Harvard Grant Study), было то, насколько сильно отношения мужчины с матерью влияли на его жизненное благополучие. Журнал “Бизнес Инсайдер” пишет, ссылаясь на опубликованные результаты исследования [11] что мужчины, у которых в детстве были “теплые” отношения с матерью, в среднем зарабатывали на $87,000 в год больше, чем те, чьи мамы не были отзывчивыми. Мужчины, которые не ладили с матерями в детстве, были более склонны к развитию слабоумия в пожилом возрасте. Именно отношения с матерями влияли на эффективность работы на закате карьеры. С другой стороны, теплые отношения ребенка с отцом коррелировали с более низким уровнем беспокойства во взрослом возрасте, способностью получать больше удовольствия на отдыхе и в целом удовлетворением от жизни в возрасте 75 лет — тогда как отношения с матерью не имели значительного влияния на удовлетворенность жизнью в 75. В результате исследования обнаружилась сильная корреляция между теплотой взаимоотношений и здоровьем и счастьем в преклонном возрасте. Джордж Вайлант (George Vaillant), который руководил исследованием на протяжении последних трёх десятилетий заключил, что 75 лет и 20 миллионов долларов были потрачены, чтобы прийти к короткому выводу: “Счастье — это любовь. Точка.” [10]

1. Общество в процессе своего развития идет по пути либерализации и смягчения нравов. Настало время сказать, что наказание во всех его формах устарело, потому что оно не эффективно и наносит ребёнку больше вреда, чем пользы. Для блага ребёнка надо полностью отказаться от любых видов наказания и заменить их более действенными и менее травмирующими мерами: сочувственными принуждением и запретом.

2. Соревновательность приводит к тому, что ребёнок учится или занимается какой-то деятельностью ради того, чтоб оказаться лучше других и заслужить похвалу, а не ради интереса к учебе или получению какого-то результата. При использовании этого метода главными становятся не достижения ребёнка как личности, а его достижения по сравнению с другими. И тут для ребёнка возникает соблазн поступать не всегда честно. Такой метод воспитания также неэффективен. Сравнивать успехи ребёнка можно только с ним самим, а не с достижениями других детей.

3. Сочувственная, понимающая, дружеская реакция на детское неблагополучие не только уменьшает проявление нежелательных форм антисоциального поведения, но и способствует воспитанию альтруистической личности, умеющей лучше взаимодействовать и сотрудничать с другими людьми. Тёплые отношения с родителями в детстве помогают получать больше удовлетворения от жизни во взрослом возрасте и способствует успешности в профессиональной деятельности.

Когда хочется шлепнуть. Альтернатива физическому наказанию

Знание того, чего не следует делать – это только первый шаг.

Многие родители осознают пагубные эффекты от физического или словесного наказания. Они знают, что крики, шлепки и битье разрушают самооценку, вызывают злость, вредят обучению и разрушают отношения между родителем и ребенком.

Однако знание того, чего не стоит делать, является только первым шагом. Родители размышляют, что же делать вместо этого.

Дело в том, что усвоенная с детства родительская модель воспитания воспроизводится на уровне автоматизма, особенно в стрессовой ситуации. А ситуации, когда хочется шлепнуть ребенка, всегда вызывают сильные эмоции у родителей. Изменение привычного способа требует сознательных усилий. Иногда значительных: порой трудно справиться без профессиональной психологической поддержки. Иногда получается вполне легко и приятно по-новому строить отношения со своим ребенком. В любом случае, решение не шлепать необходимо подкрепить пониманием, что же делать вместо этого. Рассмотрим несколько вариантов.

Ситуация первая. Когда родители испуганы

Каждый неоднократно видел подобное: маленький ребенок выскакивает на проезжую часть дороги. Родители, хватая его, часто просто не могут удержаться от шлепка. Можно ли по-другому? Да. Довольно сложно, потому, что сильный страх «отключает голову», мы «реагируем телом». И все же реакции могут быть разными: можно схватить ребенка и крепко к себе прижать, женщины могут позволить себе расплакаться, можно, наконец, словами выразить свои эмоции. Очень важно найти свой способ справиться со стрессом. Что касается воспитательной стороны вопроса, не сомневайтесь: ребенок даже лучше поймет ваши чувства, если выражать их без физического наказания, и обязательно усвоит необходимый урок.

Ситуация вторая. Когда родители рассержены

Например, мальчик шумно веселится, стучит по игрушечному барабану и так увлекся, что не реагирует на замечания взрослых. Если прибавить к этому усталость мамы или головную боль отца, поводов для раздражения более чем достаточно. Что же делать?

Во-первых, нужно убедиться, что ребенок вас услышал и понял. Порой родители говорят: «Прекрати немедленно», а ребенок не понимает, что именно ему нужно прекратить. Особенно часто такая ситуация возникает, если запретов слишком много. Поэтому важно говорить конкретно: «У меня разболелась голова, трудно выносить шум. Играй, пожалуйста, потише». Еще лучше предложить варианты, как это можно сделать: перейти в другую комнату и закрыть плотно дверь, накрыть барабан мягкой тряпкой, заняться другой игрой.

Во-вторых, стоит здраво оценить, в силах ли ребенок выполнить требования взрослого. Можно услышать, как двухлетнему малышу велят: «Успокойся сейчас же». Если ребенок утомлен или перевозбудился, он не может успокоиться сам, просто не умеет. Вернее может — накричавшись и обессилев от этого, — но обычно это не очень устраивает окружающих. Если вы хотите, чтобы он справлялся с излишним возбуждением иначе, его надо этому научить. Предложите спокойную игру, но обязательно с партнером и четкими правилами (для двухлетнего подойдут даже «ладушки» или «ляпки-тяпки»), увлеките совместным действием («я буду мыть посуду, а ты собирай и приноси ложки»).

В-третьих, если ребенок понял вас и может выполнить ваши требования, но не делает этого, постарайтесь понять почему. Может быть, он обижен или расстроен, или наоборот, хочет заслужить вашу похвалу (ведь вчера бабушка так радовалась, когда он стучал на барабане), или так соскучился, что готов терпеть даже крик, лишь бы на него обратили внимание. В этом случае, лучше всего поговорить с ребенком, выразить свою заинтересованность, спросить, что происходит, и внимательно выслушать, постараться понять. Ребенок обязательно будет учитывать ваши интересы, если вы проявите готовность считаться с его потребностями.

Ситуация третья. Когда родители расстроены

Причин для беспокойства может быть множество: ребенок обманывает, плохо учится, не выполняет обещанного и так далее. Родители, конечно, хотят развить положительные качества своего чада. Но опять же, наказание не лучший способ. Какие еще есть варианты?

Первое . Похвала, как уже подсчитали специалисты, в 4 раза эффективнее. То есть можно 4 раза шлепнуть за проступок, а можно с тем же результатом один раз похвалить за хорошее поведение. С той разницей, что последнее значительно приятнее и вам, и ребенку. Только хвалить нужно четко описывая поведение, заслужившее ваше одобрение. Например: «Как здорово, что ты собрал все игрушки (приготовил уроки, вымыл посуду. ) к моему приходу».

Второе . Позвольте сыну или дочери столкнуться с последствиями своих действий. Даже для маленького ребенка можно найти возможности. Например, разбил чашку — теперь придется пить из обычной, без всякого рисунка; полез на дерево — упал, оцарапал коленку. Реальность оказывается лучшим учителем, а ваши отношения не страдают — вы вполне можете посочувствовать в беде.

Третье . Предложите ребенку по возможности исправить сделанное. Скажем, разбил чашку. Даже малыш может осторожно собрать осколки и вытереть лужу. Подростка попросите купить такую же из его карманных или заработанных денег. Ребенку очень важно знать, что ошибки можно исправить — это повышает уверенность в своих силах и желание вести себя хорошо.

Родителям стоит помнить, что дети ВСЕГДА стремятся жить в мире с родителями, они всегда готовы идти навстречу, им нужно только помочь. Проблемы в поведении появляются тогда, когда ребенок не может справиться с самим собой, объяснить родителям свои нужды. Это понимание значительно облегчает общение с ребенком и дает дополнительные силы на поиски новых решений.

Желаю успехов! С уважением, Ольга Зяблицкая, педагог-психолог ОГБУ ДО «МОСТ»

Для детей и родителей


Как наказывать ребенка. Альтернатива наказанию

Мы сами были детьми. А потом выросли. У нас самих появились дети. И самое интересное, что наши дети тоже не слушаются или ведут себя плохо как это делали когда-то мы. Как поступить правильно? Как не переступить ту черту, за которой можно сделать больно ребенку? Ведь каждый папа с мамой хочет только найти рычаги управления своим малышом, но не причинять ему боль или переживания. Давайте вместе попробуем разобраться в некоторых возможных ситуациях.

Каждая мама обязана знать:  Как запретить сыну мастурбировать

Двадцать альтернатив наказанию

1. ИЩИТЕ СКРЫТЫЕ ПОТРЕБНОСТИ.
Например: пока вы ожидаете своей очереди, дайте ребенку во что-то поиграть.

2. ДАЙТЕ ИНФОРМАЦИЮ И ОБЪЯСНИТЕ ПРИЧИНЫ.
Например: если ваш ребенок разрисовал стену, объясните ему, почему рисуют только на бумаге.

3. ИЩИТЕ СКРЫТЫЕ ЧУВСТВА.
Признавайте, принимайте и выслушивайте чувства.
Например: если ваш ребенок бьет младшую сестренку, побудите его выражать свой гнев и ревность способами, не причиняющими боль другим. Возможно, он должен кричать или злиться.

4. ИЗМЕНИТЕ ОКРУЖАЮЩУЮ СРЕДУ.
Иногда это легче, чем пытаться изменить ребенка.
Например: если ваш ребенок постоянно вынимает вещи из кухонных шкафов, закройте их так, чтобы он не мог открыть (есть специальные приспособления).

5. НАЙДИТЕ ПРИЕМЛЕМЫЕ АЛЬТЕРНАТИВЫ.
Направьте поведение вашего ребенка в другое русло.
Например: если вы не хотите, чтобы ваш ребенок строил крепость в столовой, не говорите только ‘нет’. Скажите ему, где он может строить ее.

6. ПОКАЖИТЕ РЕБЕНКУ, КАК ВЫ ХОТИТЕ, ЧТОБЫ ОН СЕБЯ ВЕЛ.
Например: если ваш ребенок тянет кота за хвост, покажите ему, как погладить кота. Не полагайтесь на одни слова.

7. ЖЕЛАТЕЛЬНО ДАВАТЬ ВЫБОР, А НЕ УКАЗАНИЯ.
Принятие решения укрепляет детей; указания вызывают противодействие.
Например: «Ты хочешь почистить зубы до или после того, как наденешь пижаму?»

8. ИДИТЕ НА МАЛЕНЬКИЕ УСТУПКИ.
Например: «Я разрешаю тебе не чистить зубы сегодня вечером, потому что ты сильно устал».

9. ДАЙТЕ ВРЕМЯ НА ПОДГОТОВКУ.
Например: если вы ожидаете к ужину гостей, скажите ребенку, как вы хотите, чтобы он себя вел. Будьте конкретны. Ролевая игра может помочь подготовить детей к возможным сложным ситуациям.

10. ПОЗВОЛЬТЕ СЛУЧИТЬСЯ ТОМУ, ЧТО ДОЛЖНО СЛУЧИТЬСЯ (когда это возможно).
Не слишком оберегайте и исправляйте.

Например: ребенок, который не повесил свой купальный халат и полотенце, может найти их назавтра все еще влажными.

11. СООБЩАЙТЕ ВАШИ СОБСТВЕННЫЕ ЧУВСТВА.
Дайте детям знать, как их поведение влияет на вас.
Например: «Я очень устаю от собирания крошек в гостиной комнате».

12. ПРИМЕНЯЙТЕ ДЕЙСТВИЕ, КОГДА ЭТО НЕОБХОДИМО.
Например: Если ваш ребенок хочет упрямо бегать по улице во время совместной прогулки, держите его за руку (при этом объясняя опасности).

13. ДЕРЖИТЕ ВАШЕГО РЕБЕНКА.
Ребенок, который ведет себя агрессивно или несносно, может извлечь пользу, если вы будете крепко держать его, но одновременно с любовью и поддержкой. Это позволит направить его скрытые чувства в слезы облегчения.

14. УДАЛИТЕ РЕБЕНКА ИЗ КОНФЛИКТНОЙ СИТУАЦИИ И ОСТАНЬТЕСЬ С НИМ.
Используйте это время, чтобы выслушать, разделить чувства, поддержать и разрешить конфликт.

15. ДЕЛАЙТЕ ВМЕСТЕ, ИГРАЙТЕ.
Много конфликтных ситуаций можно превратить в игру.
Например: «Пока мы убираем, давай представим, что мы семь гномов», «Давай почистим друг другу зубы».

16. РАЗРЯЖАЙТЕ КОНФЛИКТ СО СМЕХОМ.
Например: если ваш ребенок сердится на вас, предложите ему выплеснуть свою злость в подушечной войне с вами. Играйте вашу роль, драматично сдаваясь. Смех помогает высвободить гнев и чувство беспомощности.

17. ЗАКЛЮЧАЙТЕ СДЕЛКУ, ВЕДИТЕ ПЕРЕГОВОРЫ.
Например: если вы готовы уйти с игровой площадки, а ваш ребенок все еще хочет играться, договоритесь, сколько раз он может спуститься с горки перед уходом.

18. ПРИНИМАЙТЕ ОБОЮДНОЕ РЕШЕНИЕ КОНФЛИКТА.
Обсудите с ребенком нынешнюю конфликтную ситуацию, заявите о ваших собственных потребностях и попросите его помощи в поиске решения. Вместе установите правила. Ведите семейные встречи.

19. ПЕРЕСМОТРИТЕ ВАШИ ОЖИДАНИЯ.
Маленькие дети обладают сильными чувствами и потребностями, и поэтому для них естественно быть шумными, любопытными, неряшливыми, упрямыми, нетерпеливыми, требовательными, творческими, забывчивыми, пугливыми, эгоистичными и полными энергии. Постарайтесь принимать их такими, какие они есть.

20. ДЕЛАЙТЕ СЕБЕ ПЕРЕРЫВ.
Выйдите из комнаты и сделайте то, что поможет вам восстановить самообладание и ровное суждение (например: позвоните другу, поплачьте, помедитируйте, примите душ).

5 веских аргументов, чтобы забыть о физическом наказании ребенка раз и навсегда (Подзатыльники тоже считаются)

Ребята, мы вкладываем душу в AdMe.ru. Cпасибо за то,
что открываете эту красоту. Спасибо за вдохновение и мурашки.
Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте

Не секрет, что физический метод воспитания до середины прошлого века считался нормой. Позднее, опираясь на мнения психологов и педиатров, многие страны стали законодательно запрещать телесные наказания детей. Недавно такой запрет был введен в Японии. Тем не менее дискуссии на тему «можно ли поднимать руку на ребенка» не утихают до сих пор, хотя многие научные исследования доказали неэффективность подобных мер.

Мы в AdMe.ru решили выяснить, почему физическое воздействие на ребенка имеет мало общего с воспитанием и к каким последствиям может привести подобное поведение родителей.

1. У ребенка может выработаться психология жертвы

В детях, которых физически наказывали в детстве, может сформироваться неверная реакция на агрессию. Регулярные физические наказания могут привести к тому, что впоследствии человек станет невольно тянуться к тем, кто будет плохо с ним обращаться.

В подтверждение этого американские ученые даже провели специальный эксперимент под названием «Природа любви», чтобы выяснить, как дети реагируют на проявления агрессии со стороны родителей. Исследования показали, что если в детстве на ребенка поднимают руку, то во взрослом возрасте подобное обращение будет для него нормой и даже синонимом любви, потому что другого примера он не видел.

2. Обратный случай: он может вырасти агрессором

Выработанная психология жертвы — не единственный возможный сценарий. У тех детей, которых били в раннем возрасте, может развиться психология агрессора, и в дальнейшем они будут срывать свою злость на тех, кто слабее. Не надо думать, что, практикуя физические наказания, родители растят сильную личность, способную постоять за себя.

На самом деле такой человек во взрослой жизни будет проявлять агрессию только к тем, кто не сможет дать ему сдачи. А вот ответить тому, кто сильнее или даже равен ему, он будет не в состоянии, поскольку эта фигура будет для него равна родительской. Таким образом, чаще всего жертвами агрессоров оказываются их дети, близкие и подчиненные.

3. У ребенка может притупиться восприятие более тонких эмоций

Часто сторонники физического воздействия на детей исходят из странных представлений о том, что ребенок менее разумен и восприимчив, поэтому он может понять только такую форму воспитания. На самом деле эмоциональная восприимчивость детей очень высока, и в этом смысле они намного чувствительнее взрослых. Пока ребенок не может говорить, он должен уметь считывать множество чужих эмоций, чтобы просто выжить. Поэтому он прекрасно распознает и агрессию, и нелюбовь, и отлично различает все оттенки чувств. Во взрослом возрасте подобные тонкие эмоции часто заслонены рассудком и саморефлексией.

Так вот, если малыш привыкнет к тому, что его бьют, когда он сделал что-то плохое, у него может притупиться или совсем исчезнуть распознавание и восприятие более тонких родительских эмоций. Порог его чувствительности поднимется, и тогда действительно может возникнуть ситуация, что ребенок будет понимать только шлепки и подзатыльники, ведь родители сами приучили его к такому восприятию. Но это не метод воспитания, а лишь агрессия взрослого. Ребенок зачастую вообще не может понять, почему его бьют; он просто испытывает страх, и все.

4. У детей, которых били в детстве, часто наблюдается снижение уровня IQ

Частые подзатыльники и удары по голове могут привести к нарушению физического развития ребенка. Ученые из США несколько лет назад провели исследование, которое выявило, что дети, часто получавшие от родителей оплеухи, во взрослом возрасте отличаются менее высоким интеллектом, чем те, кого воспитывали без физических наказаний.

Данные томографии показали, что у молодых людей 18–25 лет, которых били в детстве, наблюдается довольно низкий уровень серого вещества в префронтальной коре, что вызывает снижение IQ и может привести к физическим и умственным отклонениям. Соответственно, такие дети впоследствии смогут рассчитывать на менее высокооплачиваемые должности.

5. Физические наказания могут повлечь за собой неврозы и проблемы с алкоголем

Помимо эмоциональных проблем, часто насилие со стороны родителей становится причиной нарушения психики и различных неврологических заболеваний во взрослом возрасте. Результаты нескольких исследований показали, что физические наказания могут провоцировать тревогу, инфантильность и проблемы дефицита внимания. Кроме того, некоторые ученые выявили связь между рукоприкладством в детстве и проблемами с алкоголем, наркотиками и законом по взрослом возрасте. Наконец, американский журнал Pediatrics несколько лет назад опубликовал статью, в которой показана корреляция между физической агрессией и разными психиатрическими расстройствами.

Это происходит по двум причинам. Во-первых, у ребенка возникает сильнейший диссонанс, когда его бьет родитель. С одной стороны, мама и папа — самые близкие и родные люди, от которых он ждет защиты, а с другой — эти же люди унижают его и причиняют боль, причем мотивируя это заботой. Во-вторых, во время телесных наказаний ребенок, как правило, невольно подавляет здоровую агрессию и обращает ее внутрь себя. Таким образом, он учится испытывать невротический страх и постоянное чувство вины.

«Раньше детей наказывали, и ничего»

В спорах вокруг допустимости физических наказаний часто можно услышать фразы вроде «а раньше вообще детей пороли и это считалось нормой». Да, действительно, телесные наказания были весьма распространены до XX века, но раньше могли не только бить детей, а вообще к любому физическому воздействию на другого человека относились намного проще. Понятия социальной нормы были совершенного другими, и практически отсутствовали представления о телесных и прочих границах личности.

Так что сегодня, когда ученые подтвердили, что телесные наказания не действеннее других методов воспитания, подобные аргументы не кажутся убедительными. Психологи говорят, что для маленьких детей громкий окрик оказывается не менее убедительным, чем шлепок, а в более старшем возрасте альтернативой может стать лишение ребенка чего-то приятного, например любимого гаджета.

Как вы относитесь к физическим наказаниям? Согласны с тем, что в современном мире они недопустимы?

Недостатки наказания: альтернативы, которые ведут к самодисциплине. Часть 2

— Ну, хорошо, — рассмеялся Кен, — теперь я вижу небольшую разницу между этими подходами.

— Небольшую?! — воскликнула Джейн. — В первом диалоге, когда Марко наказали, он почувствовал злость и беспомощность.

— А во втором диалоге, — подхватила я, — Марко понял, что родители очень недовольны им, но он может исправить ситуацию. Он почувствовал себя хорошим человеком, который хоть и совершил ошибку, но может ее исправить!

Кен повернулся к Марии.

— Что же ты будешь делать? — спросил он. — Помогли ли тебе наши разговоры?

Мария мрачно посмотрела на него.

— Я знаю, что скажу сегодня вечером мужу, — сказала она. — И я знаю, что мы оба должны сказать Марко.

Памятка

Альтернативы наказанию дома и в школе

Ребенок: Черт побери! Я не могу решить этот пример.

Взрослый: Я много раз говорил тебе, чтобы ты не сквернословил. Теперь ты будешь наказан!

Вместо угрозы наказания вы можете:

  1. Указать способ правильного поведения.
    «Я понимаю, что ты расстроен. Но было бы лучше, если бы ты сообщил о своих чувствах, не сквернословя».
  2. Высказать свое неодобрение (без личных выпадов).
    «Такие слова мне не нравятся!»
  3. Высказать свои ожидания.
    «Надеюсь, ты найдешь другой способ показать мне, насколько ты расстроен».
  4. Объяснить, как ребенок может исправить ситуацию.
    «Мне бы хотелось, чтобы ты составил список слов, которые можно было бы использовать вместо тех, что ты произнес. Если тебе нужна помощь, возьми словарь».
  5. Предложить выбор.
    «Ты можешь пользоваться такими словами мысленно, не произнося их вслух, или выбирать такие слова, которые никого не оскорбляют».
  6. Показать ребенку последствия его поведения.
    «Когда я слышу подобные слова, у меня пропадает всякое желание помогать тебе решать примеры или делать что-нибудь еще».

Вопросы и истории родителей и учителей

Вопросы родителей

1. Я недавно стала мачехой для двух мальчиков. Мой муж считает, что, если они получают плохую оценку, то их нужно лишать карманных денег. Я считаю, что нужно увеличивать сумму на карманные расходы, когда они получают хорошие оценки. Не является ли подобная награда более позитивным способом мотивации?


Хотя это может показаться странным, но исследования показывают, что и награды, и наказания в течение определенного срока снижают у детей желание учиться. Лучше всего дети учатся, когда заинтересованы в овладении предметом. Ребенок, получивший хорошую оценку, уже получил награду. От родителей ему будет достаточно обычной радости и гордости его достижениями. Ребенок, получивший плохую оценку, уже наказан. Родители должны понять его огорчение, а потом помочь ему найти способ исправить ситуацию.

2. Когда моя дочь Джилл приходит из детского сада расстроенная и несчастная, я знаю, что воспитательница вновь сажала ее на «наказательный» стул. Как-то вечером я разозлилась на мужа, и Джилл сказала: «Папочка, я думаю, тебе лучше сесть на «наказательный» стул». Я очень удивилась, потому что дома никогда ее так не наказывала. Интересно, не стоит ли применить такой способ в школе? Что вы думаете?

«Наказательный» стул — это звучит вполне невинно, ведь ребенка не бьют и не кричат на него. Девочку просто остановили и исключили из происходящих действий. Но хотя некоторые специалисты по детскому воспитанию настойчиво рекомендуют этот метод, Национальная ассоциация по воспитанию дошкольников полагает, что эта дисциплинарная мера является очень вредоносной, сопоставимой с телесными наказаниями, упреками и обвинениями.

Легко понять эту точку зрения. Взрослый человек может представить себе, насколько обидно и унизительно оказаться в изоляции за то, что ты сказал или сделал. Но гораздо труднее представить, что происходит в душе ребенка, которого усадили на «наказательный» стул. Тем не менее, попробуйте это сделать. Поставьте себя на место четырех- или пятилетнего малыша. Представьте, что вы разозлились на мальчика из вашей группы (он или обидел вас, или что-то у вас забрал, или обозвал вас обидным прозвищем). В ответ вы ударили его, пнули, обругали или бросили в него лопатку. А теперь представьте две разные реакции на ваше поведение со стороны педагога.

В первом варианте она говорит: «Прекрати немедленно! Так себя вести нельзя! Сейчас же отправляйся на «наказательный» стул!»

Скорее всего, вы уныло поплететесь к стулу, думая про себя: «Она несправедлива. Она не видела, что Джеффри сделал мне. Это все его вина!» или «Может быть, я действительно плохой! Настолько плохой, что меня нужно изолировать».

Во втором случае воспитатель говорит вам: «Ты был так зол на Джеффри, что пнул его. Пинаться запрещено. Скажи Джеффри о том, что тебе не понравилось, словами. «

В такой ситуации вы наверняка скажете себе: она понимает, почему я разозлился на Джеффри. Она не позволила мне пнуть его, но считает, что я могу сказать ему о своих чувствах словами. Может, это действительно будет лучше».

Перед нами два совершенно разных представления. В первом случае ребенок убежден, что он настолько плох, что его нужно изолировать от общества. Во втором — он учится взаимодействовать с обществом, убедительно и без помощи насилия.

Означает ли это, что ребенка никогда не нужно отделять от группы? Некоторые учителя считают, что в каждом классе должно быть место, где ребенок может укрыться в минуты стресса. В таком уголке должны быть книжки, карандаши, бумага и подушки, которые можно бить и на которые можно прилечь. Очень важно, чтобы ребенок отправлялся в такой уголок добровольно, а не по приказу. Учитель может предложить ребенку выбор, чтобы тот сам решил, стоит ли ему уходить от сверстников: «Я вижу, что ты все еще зол на Джеффри. Поговорим об этом или ты хочешь немного побыть в нашем укромном уголке, чтобы изобразить свои чувства на бумаге?»

3. Для такого несдержанного человека, как я, большой прогресс — отправить ребенка в угол, а не шлепать его. Что еще можно сделать, когда чувствуешь, что теряешь контроль над собой?

Одна женщина рассказала нам, что сама уходит «в угол», когда чувствует, что вот-вот взорвется. Она написала: «Увидев, что сын бессмысленно царапает полированный обеденный стол своим новым компасом, я отобрала у него игрушку и сказала: «Я так разозлена тем, что увидела, что должна немного побыть в своей комнате, чтобы остыть!» Когда эта женщина успокоилась, она показала сыну, как можно восстановить поверхность стола.

Каждая мама обязана знать:  Кричу на дочь при выполнении домашних заданий

Доктор Хаим Гинотт так ответил на аналогичный вопрос другого родителя. Он сказал, что выпрямился бы в полный рост, посмотрел на воображаемого маленького обидчика, поднял правую руку угрожающим жестом и проревел: «Я так зол! Я готов ударить тебя. Беги, чтобы спасти свою жизнь!»

4. Учительница моего сына задержала всех мальчиков после уроков: охранник сказал ей, что кто-то из ее учеников курил в туалете. В результате сын пропустил тренировку по баскетболу и был очень расстроен. Он считает групповые наказания несправедливыми. Что вы думаете об этом?

Нетрудно понять ту неприязнь, которую ваш сын испытывает в отношении групповых наказаний: они глубоко оскорбляют невиновных. Ребенок может подумать: «Какой смысл соблюдать правила? Меня же все равно наказали!» А виновник подумает: «На этот раз меня не поймали. Возможно, меня не поймают и в следующий раз». Если цель учительницы — помочь ученикам стать более дисциплинированными, то наказание — групповое или индивидуальное — не поможет ее достичь.

5. В нашей школе применяются телесные наказания, которые разрешены законом штата. Некоторые родители, в том числе и я, возражают против порки или шлепков. Но мы не знаем, можем ли мы выступить против телесных наказаний в нашей школе. Где мы можем найти поддержку нашей точки зрения?

Вы не одиноки в своей борьбе. Вот лишь несколько организаций, которые выступают против телесных наказаний в школе:

  • Американская ассоциация педиатров;
  • Американская медицинская ассоциация;
  • Американская психологическая ассоциация;
  • Американская лига детского благополучия;
  • Национальный комитет по предотвращению насилия в отношении детей;
  • Национальная ассоциация школьных психологов;
  • Национальная ассоциация психического здоровья.

Телесные наказания запрещены в ряде стран, в том числе в Великобритании, Польше, Италии, России, Китае, Франции, Германии, Испании, Скандинавских странах, Израиле, Турции и Японии.

Национальный центр по изучению телесных и альтернативных наказаний в школах, который находится в Пенсильвании, распространяет полезную информацию и обеспечивает поддержку тем, кому это необходимо. Цель этой организации — превратить Соединенные Штаты в страну, где запрещены телесные наказания.

Родительские истории

Первую историю нам рассказала мать девятилетней Меган.

Я вернулась домой с работы в два часа, потому что неважно себя чувствовала. Представьте, как я была удивлена, когда услышала доносящийся из комнаты моей дочери детский смех. Я поднялась наверх и увидела Меган и ее подругу Джоан. Увидев меня, они перестали смеяться и виновато переглянулись. Мне было нелегко узнать у них правду, но наконец они признались, что пришли пообедать и решили не возвращаться в школу.

— Вы прогуляли школу? — спросила я.

— Но мы сделали это не нарочно, — ответила Джоан. — Мы заболтались и просто не посмотрели на часы.

Я сказала, чтобы Джоан отправлялась домой, потому что мне нужно поговорить с Меган наедине. Когда девочка ушла, я спокойно сказала Меган:

— Ты не забыла посмотреть на часы.

Меган опустила голову и ответила:

— Мы просто экспериментировали, каково это будет — не возвращаться в школу.

Я просто не знала, что делать. Мне хотелось наказать ее — запретить общаться с Джоан целый месяц. Но вместо этого я сказала:

— Все это мне очень не нравится. Когда ты должна быть в школе, я считаю, что ты там и находишься. Теперь мне будет звонить твоя учительница.

— Напиши мне записку, мама, — попросила Меган. — Напиши, что я болела, и тогда она не будет тебе звонить.

— Меган, — твердо ответила я, — записку должна написать ты, и написать только правду.

Дочке это совсем не понравилось, но она все же написала (с моей помощью) записку, в которой говорила, что просто «экспериментировала» и никогда больше не будет пропускать занятия.

Я почувствовала себя прекрасно. Я проявила твердость, не стала выходить из себя, и, хотя учительница сурово отчитала Меган, я понимала, что помогла дочери справиться с проблемой и проявить ответственность.

Вторую историю рассказала нам мать старшеклассницы.

Моя шестнадцатилетняя дочь Кэрол сказала, что писала реферат по детскому развитию. Учительница спросила ее: «Как ты думаешь, что произойдет с ребенком, которого никогда не наказывали?» Когда Кэрол ответила перед всем классом, что родители никогда не наказывали ее, другие ученики только что рты не разинули от удивления. Одна девочка сказала: «Но. но. ты хорошая!»

Полагаю, дети не могли поверить в то, что кто-то оказался настолько «хорошим», что его ни разу не наказывали. Если детей воспитывают с помощью розог и наказаний, то им трудно понять, что родители могут доверять детям и общаться с ними уважительно. Тогда дети вырастают очень «хорошими» и очень ответственными людьми, и моя Кэрол тому живое доказательство.

На прошлой неделе мы с мужем вернулись домой вечером и нашли на подушке записку от дочери:

Дорогие мама и папа!
Сегодня вечером я неудачно заехала на двор, задела дуб и помяла бампер вашей машины. Вот десять долларов — первый платеж за ремонт машины. Каждый месяц я буду выплачивать ту же сумму, пока не оплачу весь ремонт. Мне очень жаль. Это была случайность.
С любовью,
Кэрол

Должна признаться, что поначалу мы немного рассердились, но, успокоившись, стали еще больше гордиться нашей дочерью.

А вот какую историю рассказал нам один мужчина.

Директор школы собрал родительское собрание, чтобы обсудить серьезную проблему — распространение наркомании в нашем районе. Перед нами выступили психиатры и психологи. Все они говорили очень хорошо. Но больше всего меня тронули слова выпускницы нашей школы, которая недавно прошла программу реабилитации. Она рассказала нам о своем отце-алкоголике, которому не было до нее дела, о матери, которая снова вышла замуж и перестала заботиться о дочери, о множестве проблем, с которыми она сталкивалась в школе. Неудивительно, что эта девушка в конце концов увлеклась наркотиками, стала жить на улице и безумно боялась СПИДа, от которого умерли несколько ее друзей.

В конце выступления она посмотрела на нас и сказала:

— Самое главное, что я хочу вам сказать: слушайте своих детей! Я уверена, что если бы мама выслушивала меня, а не наказывала, то я могла бы слушаться ее. Но вместо этого я злилась на то, что ей нет дела до моих проблем. Я вылезала через окно своей комнаты и убегала. Если бы мама была для меня другом, а не наказывающим родителем, моя жизнь сложилась бы по-другому. В семье ребенок может найти все, что ему нужно. Именно родители должны стать ему лучшими друзьями. Вы должны больше слушать и меньше судить, и тогда мы, дети, будем больше вам рассказывать.

Вопросы учителей

1. Я преподавала в разных школах и сталкивалась с самыми разными наказаниями — от саркастических замечаний до угроз исключения. Некоторые учителя лишали детей того, что нравилось им больше всего: спорта, музыки, путешествий и т.п. Другие предпочитали физические наказания. Они шлепали, встряхивали, щипали или таскали учеников за волосы. Как вы считаете, какое наказание причиняет наибольший вред?

В своей книге «Чтение, письмо и палка» доктор Ирвин Хайман пишет, что все эти наказания обладают серьезными и длительными последствиями для ребенка. Его исследования показали, что даже один болезненный опыт может вызвать разнообразные посттравматические стрессовые симптомы. Ребенок может потерять интерес к учебе, перестать делать домашние задания, начать вести себя агрессивно. В нем могут поселиться тревога или депрессия, он может перестать доверять взрослым. Некоторые дети начинают мочиться в постели, грызть ногти, заикаться. У кого-то неожиданно возникают головные боли и спазмы в животе. Других мучают ночные кошмары, детям становится трудно заснуть. Хотя у ребенка может и не появиться всех подобных симптомов, он не заслуживает даже одного из них. Наши дети стоят того, чтобы те, кто их воспитывает и учит, относились к ним гуманно и заботливо.

2. Я до сих пор не могу смириться с тем, что не существует ситуаций, в которых ребенка можно наказать. А что делать с хулиганом, который сорвал с первоклассника очки, довел его до слез, а сам хохотал над ним? Неужели ребенка, который проявил такую жестокость, нельзя наказать?

Такого ребенка нужно остановить и направить его энергию в другое русло. Не нужно еще раз демонстрировать ему, что большой и более сильный человек может угнетать маленьких и слабых. Скорее всего, «хулиган» отлично знает это по личному опыту. Если мы хотим учить ребенка доброте, то должны пользоваться добрыми методами. Ребенок, который проявляет жестокость по отношению к другому, нуждается в убеждении, а не в боли. Ему нужно строго сказать: «Мне не нравится то, что я вижу! Никого нельзя доводить до слез — никогда!» Ребенок должен узнать ваши ожидания: «Я хочу, чтобы ты стал добрым. И ты можешь стать таким прямо сейчас — верни первокласснику очки». Уважению к другим людям можно научить только уважительно.

3. Вы считаете, что с помощью уважительного отношения можно перевоспитать любого школьника?

Хотелось бы, чтобы это было так! К сожалению, есть дети, которые настолько «замучены», что просто не способны отвечать на уважение и заботу. За учебный день невозможно возместить тот моральный ущерб, который они уже понесли. Лучшее, что могут в такой ситуации сделать учителя, это защитить других учеников и себя от неисправимо трудных детей. Однако в такой ситуации особенно важно проявлять твердость одновременно с уважением, чтобы не наносить трудным детям новую травму. По крайней мере, так всем будет лучше.

4. Во время моего дежурства две девочки подрались в столовой. Охранник хотел отвести их к директору, но я сказала, что справлюсь сама. Каждая из девочек старалась перетащить меня на свою сторону. Я отказалась их слушать и сказала, что, если это еще раз повторится, я сама отведу их к директору. А теперь я думаю, правильно ли поступила? Не могла ли я разрешить ситуацию другим способом?

Вы могли выслушать обеих девочек, а потом сформулировать их точки зрения: «Значит, Элен, ты рассердилась на Розу, потому что. А ты, Роза, разозлилась, потому что подумала. » Подтвердив право каждой из девочек на негативные чувства, вы помогли бы им избавиться от них.

Директор школы рассказал, что, когда к нему в кабинет приводят подравшихся детей, он применяет метод, описанный детским психологом, доктором Хаимом Гиноттом. Он усаживает школьников по разные стороны стола, дает каждому по карандашу и желтому блокноту и говорит: «Я хочу точно знать, что произошло. Пишите!»

Как правило, один из драчунов начинает протестовать: «Но я не виноват!» Другой поддакивает: «Он первым меня ударил!» Директор обычно кивает и говорит: «Вот и напишите об этом. Я хочу подробно знать, как все началось, что произошло дальше и что каждый из вас почувствовал. И не забудьте написать о своих планах на будущее!»

Когда дети заканчивают писать, директор читает их сочинения и признает право каждого из драчунов на негативные чувства. Потом он просит их поделиться друг с другом своими планами. Обычно после этого дети мирятся.

Учительские истории

Первую историю нам рассказала учительница старших классов.

Я вошла в класс и увидела, что Джо рисует на обложке учебника математики. И это на следующий день после того, как я прочитала детям целую лекцию о необходимости бережно относиться к школьному имуществу!

Раньше я бы подняла его с места и накричала на него: «Сколько можно! Немедленно иди к директору!» Теперь же я подошла к его парте и остановилась. Джо захлопнул учебник, пытаясь спрятать рисунок. Я сказала: «Хочу повторить то, о чем говорила вчера: мне не нравится, когда люди портят книги. Этими учебниками будут пользоваться еще пять лет, и я хочу, чтобы мои ученики относились к ним бережно».

«Извините, — пробормотал Джо. — Я забыл».

«Понимаю», — сказала я и вернулась за свой стол. Через несколько минут я снова подошла к парте Джо. Мальчик изо всех сил пытался стереть рисунок своим крохотным ластиком. Я протянула ему новый блокнот и свой ластик и сказала: «С ним тебе будет проще. А когда захочешь порисовать, рисуй в этом маленьком блокноте». Джо был очень удивлен и поблагодарил меня.

Я ответила: «Пожалуйста!» и начала урок.

Прошел месяц. Джо больше никогда не рисовал на учебниках. В кармане рубашки он постоянно носит мой блокнот и иногда показывает мне свои рисунки. Я рада, что в тот день не отправила его к директору. Может быть, он и перестал бы рисовать на учебниках, но мы никогда не стали бы настоящими друзьями, как теперь. Кто знает, может быть, я помогла будущему Пикассо?

Школьный психолог рассказала нам о том, как ей удалось помочь ученику избежать наказания. Она поняла чувства ребенка и предложила ему выбор.

Я пришла в третий класс, чтобы отобрать троих учеников для участия в специальной образовательной программе. Двое из них сразу же поднялись и пошли со мной. Халил же остался на месте. Он опустил голову и казался сердитым. Классная руководительница сказала: «Халил, пришла миссис Гордон. Она ждет тебя. [Никакой реакции.] Что ж, я вижу, Халил не хочет сегодня работать вместе с нами. [По-прежнему никакой реакции.] Халил, если ты хочешь завтра поехать на экскурсию, тебе лучше сейчас отправиться с миссис Гордон». Мальчик еще ниже опустил голову. Я подошла к нему, наклонилась и шепнула: «Ты не хочешь идти со мной?»

Он сердито ответил: «Я не хочу быть вместе с Джозефом!»

Я сказала: «Что ж, тогда я вижу две возможности. Ты можешь пойти со мной, и я постараюсь держать Джозефа подальше от тебя. Или я дам тебе пройти тест прямо здесь, в твоем классе».

Халил задумался. Потом поднялся и пошел за мной. Я была очень рада, что сумела придумать альтернативу, которая позволила ребенку без потерь выйти из сложной ситуации.

Последнюю историю рассказал нам школьный социальный работник.

Шону было семь лет. Он был симпатичным, вежливым ребенком, оказавшимся в классе для детей с эмоциональными и поведенческими проблемами. Шон плохо учился в школе. Никакие поощрения, золотые звезды и похвальные наклейки не могли сломить его сопротивления. Он не смотрел в глаза тем, кто хотел ему помочь, пожимал плечами, когда его спрашивали, в чем его проблема, а дома просто убегал от материнских нотаций. Кроме этого, Шон боялся высоты. Он никогда не катался с горок, не лазил по канату или по брусьям.

Родители рассказали мне, что в первом классе Шона отшлепали за невнимательность, а во втором учительница не раз хлопала его линейкой по спине и по пальцам за плохое поведение на уроке. Мать Шона считала, что учительница все делает правильно. В присутствии мальчика она дала учительнице разрешение обращаться с ее сыном так, как она сочтет нужным.

Я посоветовала родителям спокойно обсудить эту проблему с сыном в неформальной обстановке. Им хватило всего пары бесед, чтобы понять, что эти наказания оказали глубокое влияние на Шона. Он до сих пор помнил, как его шлепали. Не забыл он и учительскую линейку. Во время разговора он впервые дал волю своей долго подавляемой ярости. Он бросился к матери и стал молотить кулаками по ее коленям: «Мама, ты же сказала, что она может бить меня! Ты ей это позволила!»

Мать была потрясена. Она объяснила, что никогда не собиралась никому позволять бить ее сына. В конце разговора мать и сын впервые за целый год обняли друг друга.

На другой день Шон играл с отцом в мяч. Мяч улетел на крышу дома. Отец достал лестницу, чтобы полезть за мячом, но Шон неожиданно сказал: «Можно, я сам?». Он ловко поднялся по лестнице и достал мяч. Мальчик явно был доволен собой. Он вбежал в дом, обхватил мать за талию и радостно закричал: «Мама, теперь, когда я рассказал тебе свой секрет, я могу сделать все, что угодно!»

Не стоит и говорить, что с этого момента Шон стал гораздо лучше учиться.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Воспитание детей, психология ребёнка, обучение и социализация