Беспокоюсь о сексуальной ориентации моей дочери


Содержание

Ищу совета #3 Дочь нетрадиционной ориентации. Что делать в такой ситуации?

ИнформБюро

Начинающий

Часто у нас в жизни происходят события, которыми хочется поделиться, по поводу которых хочется спросить совета или просто высказаться. Но или идти не к кому, или такое никому не расскажешь. Знакомо? А если анонимно, закрыв лицо руками и изменив голос? Или так, чтобы никто не узнал имени. Рассказали бы? Пришли бы за помощью?

Итак, ждем ваши истории по адресу nekurimanonim@gmail.com или в личное сообщение @ИнформБюро. Гарантируем полную анонимность. А вот чего мы гарантировать не можем, так это однозначной реакции: это может быть поддержка, нужный совет, а может быть критика или флуд не по делу. В любом случае — высказаться, поделиться и выискать в комментариях нужные слова вы всегда сможете!

Отдельно для комментаторов! Прежде чем написать, вспомните любой момент когда вам было плохо. Что бы вы хотели услышать: слова поддержки или насмешку? Даже критиковать нужно так, чтобы не обидеть. Достаньте из себя самое доброе и мудрое и помните: не навреди.

По модерации:

  1. Раз в неделю будет выбираться одна тема для обсуждения. День размещения — среда. @ИнформБюроразместит то, что ему больше понравится. Возможно вашу историю выложат в следующий раз.
  2. Переходы на личности и откровенный флуд не по теме будут пресекаться. Для пустого трепа и личных стычек обменяйтесь номерами телефонов и предайтесь своим желаниям по максимуму!
  3. Описание подобных ситуаций и их разрешение приветствуются. Ваш опыт важен для нас! Напишите нам сколько раз вы наступали на грабли и какого размера были ваши синяки — мы будем рады не повторять ваших ошибок!

Родителям-ЛГБТ: Что делать если мой ребенок гей / лесбиянка?

Как принять то, что ваш ребенок представитель ЛГБТ-сообщества

Когда вы узнаете, что ваш сын или дочь — гей, лесбиянка или бисексуал, это может привести вас в состояние шока, но в данном случае очень важно, чтобы вы научились понимать и принимать своего ребенка таким, какой он есть. Важность этого заключается в том, что если вы не окажете поддержку его мировосприятию, это может понизить уверенность вашего ребенка в себе и своих силах.

Какие шаги следует предпринять

Постарайтесь показать своему ребенку, что вы его любите. Он тоже испытывает большие трудности и страдает от внутренней путаницы, поэтому не надо еще и усугублять его переживания. Только представьте себе ту внутреннюю борьбу, которую он вел при осознании своих противоречивых чувств.

Поговорите с ним. Гордитесь тем, что ваш ребенок достаточно доверяет вам, чтобы поделиться своими переживаниями. Общество сегодня не всегда лояльно относится к подобным вещам. Постарайтесь поговорить с ним откровенно, чтобы иметь возможность задать друг другу разные вопросы и поделиться своими тревогами. Не забывайте о том, что ваш ребенок, вероятно, испытывает некоторое смущение и одновременно с этим большую нервозность. Сосредоточьтесь на том, чтобы не навязывать свое мнение и не выдвигать никаких обвинений, даже если тема разговора вызывает у вас неловкость. Самыми ободряющими могут быть такие слова: «Я люблю тебя и горжусь тем, что ты мне об этом рассказал».

Помните о том, что ваш ребенок такой, какой он есть, и независимо от того, верите ли вы в то, что он таким родился, или нет, вам все равно хочется, чтобы он чувствовал себя спокойно и мог говорить вам правду о себе. Это — часть его личности, такая же как веснушки или смех. Он никоим образом не изменился, он остался тем же человеком, каким был вчера.

Постарайтесь найти информацию о том, что такое сексуальная ориентация. Это поможет вам лучше понимать мысли и чувства своего ребенка. Кроме того, подобная информация даст вам возможность найти дополнительные темы для разговора. Возможно, вам стоит попытаться узнать какие-то новости из жизни ЛГБТ-сообщества и поп-культуры.

Попытайтесь принять своего ребенка. Если вы испытываете трудности с принятием его сексуальной ориентации, постарайтесь найти специализированную группу для родителей, где вы сможете обсудить с другими родителями свои чувства по этому поводу. Как вариант, можно обратиться к психологу.

Помните, что многие стереотипы о членах ЛГБТ-сообщества не отвечают действительности. Бисексуальные и гомосексуальные люди склонны к промискуитету не в большей степени, чем гетеросексуальные люди, равно как и к педофилии и изнасилованиям.

Задайте себе вопрос: если человек является геем или бисексуалом, кого он этим обижает? Неужели отношения, в которые вступают по взаимному согласию, причиняют кому-то вред?

Задумайтесь, а не придерживаетесь ли вы сами каких-либо предрассудков? Почему вы испытываете именно такие чувства? Может, вы приписываете другим людям собственные страхи и ненависть?

Станьте защитником своего ребенка перед другими членами семьи и друзьями. Если вы говорите о своем ребенке с чувством стыда или открыто осуждаете его, то другие члены вашей семьи, возможно, станут относиться к нему таким же образом. Поощряйте его приятие со стороны семьи и друзей, показывая, что вы уважаете и понимаете своего ребенка. Даже если вы будете его поддерживать только на словах, это может стать конкретным шагом в сторону непредвзятости и подлинного приятия.

Постарайтесь успокоиться. Не злитесь и не говорите ему, что его «решение или признание» является неверным. Не внушайте ему мысль о том, что это только этап его развития, который пройдет. Помните, что ваш ребенок может бояться рассказать вам все или думать, что вы отречетесь от него или станете его ненавидеть. Если вы полагаете, что он «выбрал» подобный образ жизни и вполне мог бы, по своему желанию, быть и гетеросексуалом, задайте себе вопрос: а кто добровольно станет выбирать жизнь, полную страха того, что кто-то об этом узнает, полную дискриминации и изоляции со стороны одноклассников, друзей, коллег и членов семьи? Вы бы сами решили жить в условиях, которые бы сильно затрудняли ваше существование, а вы бы все равно продолжали вести такую жизнь — просто забавы ради?

Спросите своего ребенка, что означает его сексуальная ориентация для него самого. Для некоторых она не представляет большой проблемы. Это просто один из аспектов того, кем они являются. Для других же это может быть наиболее существенной их частью. Вам важно понять, чем является для вашего ребенка его сексуальная ориентация. Если он считает, что это всего лишь один из аспектов его личности, то постоянные подталкивания с вашей стороны к тому, чтобы он чаще ходил на свидания, и разговоры о его сексуальной ориентации могут вывести его из равновесия. Если же, напротив, он считает свою ориентацию существенной частью своей личности, то ваш интерес к активизму в поддержку ЛГБТ-сообщества и к его личной жизни будет оценен им очень высоко.

Полезные советы

Если вы полагаете, что он «выбрал» подобный образ жизни и вполне мог бы, по своему желанию, быть и гетеросексуалом, задайте себе вопрос: а кто добровольно станет выбирать жизнь, полную страха того, что кто-то об этом узнает, полную дискриминации и изоляции со стороны одноклассников, друзей, коллег и членов семьи? Вы бы сами решили жить в условиях, которые бы сильно затрудняли ваше существование, а вы бы все равно продолжали вести такую жизнь — просто забавы ради? Вы думаете, что вы сами и его друзья с легкостью бы приняли подобный его выбор? А то, что вы — натурал, тоже является «выбором»?

Каждая мама обязана знать:  Законопроект о введении в школах пятидневной учебной недели

Имейте в виду: даже если вы полагаете, что чувства или поступки вашего ребенка являются «неправильными», для него или нее они вполне естественны, так же как и для вас естественно ваше влечение или любовь к своему партнеру. Что бы вы сами почувствовали, если бы кто-нибудь сказал вам, что держать своего партнера за руку на людях или проводить с ним или с ней время является неприемлемым, если не сказать хуже?

Ваш ребенок лучше, чем кто другой знает, кто ему нужен и к кому его влечет. Даже если он совершает камин-аут в достаточно взрослом возрасте и никак не вписывается в сложившиеся у вас стереотипы о ЛГБТ-людях, или же в более юном возрасте у него были романтические влюбленности в представителей противоположного пола, это не означает, что он на самом деле является абсолютно гетеросексуальным. А ваш отказ поверить ему на слово относительно своей сексуальной ориентации может навсегда разрушить отношения между вами.

Выслушайте своего ребенка. Не упускайте ничего из того, что он вам скажет. Помните о том, что он долго скрывал этот большой секрет, поэтому должен многое сказать.

Поймите, что ваш ребенок испытывал сложную внутреннюю борьбу. Скрывать свою гомо/бисексуальность, равно как и сталкиваться с предрассудками — одинаково сложно, а особенно в старших классах. Не забывайте о тех страданиях, через которые он прошел. Скажите, что вы гордитесь тем, что он нашел силы принять себя, и окажите ему поддержку.

Если ваши религиозные убеждения не поощряют некоторые аспекты гомосексуальности, расскажите своему ребенку о том, что это может значить для него. Подготовьте его к тому, что он может подвергнуться дискриминации в вашей религиозной общине, и объясните, что, возможно, ему придется делать выбор, как ему жить (воздерживаться от секса, не говорить публично о своей гомосексуальности или что-то другое, в зависимости от того, к какой общине вы принадлежите). И знайте, что, может быть, он откажется от религии.

Также скажите, что у него есть возможность перейти в другую религиозную группу. Например, у молодой лесбиянки могут быть трудности с католической доктриной, но она продолжает любить Иисуса, поэтому она стала прихожанкой вне конфессиональной христианской церкви.

Спрашивайте своего ребенка, но не будьте при этом агрессивны или высокомерны.

Если ваш ребенок совершил камин-аут как бисексуал или гомосексуал, не думайте, что он запутался. Существует и тот, и другой вид сексуальных предпочтений.


Предостережения

Не выгоняйте своего ребенка из дома и не оскорбляйте его — такой подход может разрушить ваши отношения навсегда.

Не пугайте постоянно своего ребенка теми трудностями, с которыми гомосексуальные и бисексуальные люди сталкиваются в обществе вследствие дискриминации. Вероятно, он уже испытал на себе какие-то виды дискриминации, а если вы его начнете еще и запугивать, то сделаете ему только хуже.

Не пытайтесь изменить сексуальную ориентацию своего ребенка. Он не может стать натуралом, равно как и вы не можете стать гомосексуалом.

Обсудите с ним важные и насущные вопросы контрацепции точно так же, как вы бы их обсудили с гетеросексуальным сыном или дочерью. Напомните, что во время секса надо предохраняться, при этом неважно, с кем ты занимаешься сексом, так как беспокоиться надо не только о беременности.

Оригинал материала на английском языке доступен по адресу

Команда RUSA LGBT DC

Перевод — Олег Томилин

Дизайн — RUSA LGBT DC

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

«Проблема была во мне, а не в ребенке»: Мамы ЛГБТ на Марше равенства

С каждым годом представители ЛГБТ-сообщества, борющиеся за равные гражданские права, собирают вокруг себя все больше сочувствующих. При этом многие из них до сих пор не находят поддержки среди самых близких — своих родителей. О том, каково это — принять гомосексуальность своего ребенка — Татьяне Безрук рассказали мамы ЛГБТ.

18 июня в Киеве прошел Марш равенства, в котором приняли участие около двух тысяч человек. Среди сочувствующих были и мамы ЛГБТ. Некоторые из них признаются, что в прошлом были гомофобами, считали нетрадиционную ориентацию своих детей дурной модой и временным помешательством.

Анна Медуо

— Моя дочь была волонтером в ЛГБТ-организации, потом стала там работать. Я пошла с ней на встречу к девочкам-лесбиянкам. Когда увидела девушку с перевязанными руками, спросила: «Боже, дитё, как ты поранилась, как обе руки порезала?» Она расплакалась и сказала, что это была попытка суицида: ее мама сказала, что она «грязная лесбиянка» и «лучше бы сдохла». У меня от этого ответа была истерика. Когда-то я потеряла первенца, был риск вообще никогда не иметь детей, и я не понимала, как можно не принять своего ребенка. Когда родилась дочь, мне было абсолютно все равно, какой она ориентации или какого цвета.

Будущий приемный сын снимал квартиру вместе с моей дочерью. Когда у них заканчивался срок аренды, она спросила, могут ли они оба пожить какое-то время у нас дома, — я разрешила. Знакомясь, Дима подал мне руку и сказал, что он гей. На что я ему ответила: «Меня зовут Анна, и что?»

Один раз Дима долго не приходил домой: час нет, два нет. Позвонила — оказалось, он в клубе. Я сказала, что мне важно знать, где он, чтобы не беспокоиться. Через десять минут приехал домой на такси в слезах. Ему было непонятно, что о нем кто-то заботится, потому что понятия «дом» у него не было. Попросил разрешения называть меня мамой. Так у меня появился приемный ребенок.

18 июня на киевский «Марш равенства» в поддержку своих детей вышли родители гомосексуалов

Три моих брата — пограничники. На Новый год дети устроили для нас с ними замечательный праздник с конкурсами, а после Дима в шутку спросил: «Мам, ну я как мужик себя вел? Офицеры подавали бы мне руку, если бы узнали, что я гей?» Я ему сказала, что они знали.

На моей предыдущей работе тоже знали о моем сыне. Один из охранников сказал: «Это же пидор». Но я ему объяснила, что он не «пидор», а гей. Потом этот охранник поправлял в такой же ситуации других.

Антонина Янковая

— Мой сын гей, и я раньше была гомофобкой. Я не понимала и не принимала сына, обзывала и оскорбляла его, думала, что это прихоть или мода. Думала, что если ему найти хорошую девушку и в церкви помолиться, то все пройдет. У меня была страшная депрессия, случился инсульт.

Когда мы с сыном нашли общий язык, мне стало не важно, что скажут другие. Я потеряла очень много друзей и даже родственников, потому что они не понимают и не принимают нас с сыном. Родственники в селе предлагают его увести за 100 километров от города. Я отвечаю: «Нам с вами не о чем разговаривать, пока вы не узнаете об этом столько, сколько знаю я». Нам не нужно бороться: у нас все нормально.

Главное — как геи себя показывают в жизни, а не то, с кем они спят. Некоторые друзья, не зная, что мой сын — гей, спрашивают, как я вырастила детей такими хорошими и воспитанными. Им нравится, как мой сын себя ведет, как относится к членам семьи. Не зря я встала на его сторону.

Каждая мама обязана знать:  Сделать счастливыми наших детей (дошкольники, начальная школа, подростки)

Ольга Сторчай

— Я не была гомофобом и до того, как узнала, что мой сын гей: мне все равно, кто кого любит. Но я не понимала, что быть открытым геем, ходить на парады так страшно. Два года назад моего сына на прайде в Киеве покалечили — сломали нос, пришлось делать операцию. Я тогда ездила волонтером в АТО, в тот день была в 20 километрах от Донецкого аэропорта, спала рядом со снарядами — а в мирном Киеве избили ребенка шестнадцати лет.

У меня был шок, я хотела бежать из страны. Потом постепенно стала подключаться к борьбе. Сначала сказала об ориентации сына своей сестре — она расплакалась и приняла его. Сын был очень рад — он хотел, чтобы его все приняли. Когда бабушке купили планшет, внук сразу добавил ее во все социальные сети. По постам она все поняла (хотя мы сначала отрицали, что сын гей) и начала мне писать, что он попал в какую-то секту и нужно вытаскивать ребенка. В итоге она его приняла, стала интересоваться его отношениями с парнями.

Сейчас мы с сыном открылись всему городу. На работе я не стала об этом рассказывать, но в социальных сетях, где я борюсь с гомофобией, все всё читают и лайкают. Меня как волонтера узнают в городе, и это помогает: люди прислушиваются к тому, что я говорю про ЛГБТ. Я состою в организации ТЕРГО, это родительская инициатива, мы занимаемся защитой прав людей ЛГБТ-сообщества, дружим с мамами из других стран и делимся опытом борьбы.

Когда я « вышла из шкафа », мне стало очень легко. Мне пишут, что я смелая, но нет — я просто мама.

come out of the closet — каминг-аут, публичное признание своей принадлежности к меньшинству

«Проблема была во мне, а не в ребенке»: Мамы ЛГБТ на Марше равенства

С каждым годом представители ЛГБТ-сообщества, борющиеся за равные гражданские права, собирают вокруг себя все больше сочувствующих. При этом многие из них до сих пор не находят поддержки среди самых близких — своих родителей. О том, каково это — принять гомосексуальность своего ребенка — Татьяне Безрук рассказали мамы ЛГБТ.


18 июня в Киеве прошел Марш равенства, в котором приняли участие около двух тысяч человек. Среди сочувствующих были и мамы ЛГБТ. Некоторые из них признаются, что в прошлом были гомофобами, считали нетрадиционную ориентацию своих детей дурной модой и временным помешательством.

Анна Медуо

— Моя дочь была волонтером в ЛГБТ-организации, потом стала там работать. Я пошла с ней на встречу к девочкам-лесбиянкам. Когда увидела девушку с перевязанными руками, спросила: «Боже, дитё, как ты поранилась, как обе руки порезала?» Она расплакалась и сказала, что это была попытка суицида: ее мама сказала, что она «грязная лесбиянка» и «лучше бы сдохла». У меня от этого ответа была истерика. Когда-то я потеряла первенца, был риск вообще никогда не иметь детей, и я не понимала, как можно не принять своего ребенка. Когда родилась дочь, мне было абсолютно все равно, какой она ориентации или какого цвета.

Будущий приемный сын снимал квартиру вместе с моей дочерью. Когда у них заканчивался срок аренды, она спросила, могут ли они оба пожить какое-то время у нас дома, — я разрешила. Знакомясь, Дима подал мне руку и сказал, что он гей. На что я ему ответила: «Меня зовут Анна, и что?»

Один раз Дима долго не приходил домой: час нет, два нет. Позвонила — оказалось, он в клубе. Я сказала, что мне важно знать, где он, чтобы не беспокоиться. Через десять минут приехал домой на такси в слезах. Ему было непонятно, что о нем кто-то заботится, потому что понятия «дом» у него не было. Попросил разрешения называть меня мамой. Так у меня появился приемный ребенок.

18 июня на киевский «Марш равенства» в поддержку своих детей вышли родители гомосексуалов

Три моих брата — пограничники. На Новый год дети устроили для нас с ними замечательный праздник с конкурсами, а после Дима в шутку спросил: «Мам, ну я как мужик себя вел? Офицеры подавали бы мне руку, если бы узнали, что я гей?» Я ему сказала, что они знали.

На моей предыдущей работе тоже знали о моем сыне. Один из охранников сказал: «Это же пидор». Но я ему объяснила, что он не «пидор», а гей. Потом этот охранник поправлял в такой же ситуации других.

Антонина Янковая

— Мой сын гей, и я раньше была гомофобкой. Я не понимала и не принимала сына, обзывала и оскорбляла его, думала, что это прихоть или мода. Думала, что если ему найти хорошую девушку и в церкви помолиться, то все пройдет. У меня была страшная депрессия, случился инсульт.

Когда мы с сыном нашли общий язык, мне стало не важно, что скажут другие. Я потеряла очень много друзей и даже родственников, потому что они не понимают и не принимают нас с сыном. Родственники в селе предлагают его увести за 100 километров от города. Я отвечаю: «Нам с вами не о чем разговаривать, пока вы не узнаете об этом столько, сколько знаю я». Нам не нужно бороться: у нас все нормально.

Главное — как геи себя показывают в жизни, а не то, с кем они спят. Некоторые друзья, не зная, что мой сын — гей, спрашивают, как я вырастила детей такими хорошими и воспитанными. Им нравится, как мой сын себя ведет, как относится к членам семьи. Не зря я встала на его сторону.

Ольга Сторчай

— Я не была гомофобом и до того, как узнала, что мой сын гей: мне все равно, кто кого любит. Но я не понимала, что быть открытым геем, ходить на парады так страшно. Два года назад моего сына на прайде в Киеве покалечили — сломали нос, пришлось делать операцию. Я тогда ездила волонтером в АТО, в тот день была в 20 километрах от Донецкого аэропорта, спала рядом со снарядами — а в мирном Киеве избили ребенка шестнадцати лет.

У меня был шок, я хотела бежать из страны. Потом постепенно стала подключаться к борьбе. Сначала сказала об ориентации сына своей сестре — она расплакалась и приняла его. Сын был очень рад — он хотел, чтобы его все приняли. Когда бабушке купили планшет, внук сразу добавил ее во все социальные сети. По постам она все поняла (хотя мы сначала отрицали, что сын гей) и начала мне писать, что он попал в какую-то секту и нужно вытаскивать ребенка. В итоге она его приняла, стала интересоваться его отношениями с парнями.

Сейчас мы с сыном открылись всему городу. На работе я не стала об этом рассказывать, но в социальных сетях, где я борюсь с гомофобией, все всё читают и лайкают. Меня как волонтера узнают в городе, и это помогает: люди прислушиваются к тому, что я говорю про ЛГБТ. Я состою в организации ТЕРГО, это родительская инициатива, мы занимаемся защитой прав людей ЛГБТ-сообщества, дружим с мамами из других стран и делимся опытом борьбы.

Когда я « вышла из шкафа », мне стало очень легко. Мне пишут, что я смелая, но нет — я просто мама.

come out of the closet — каминг-аут, публичное признание своей принадлежности к меньшинству

Муж проявлял сексуальный интерес к родной дочери.

Три недели назад я узнала шокирующую для меня информацию. Дочь призналась, что мой муж — ее родной отец — периодически ее «лапает». Сначала он делал это как-бы между прочим, когда будил ее по утрам и вскользь проводил руками по груди и трусикам. Проходя мимо иногда шлепал по попе, как-бы заигрывая. А однажды, когда они были у бабушки в деревне, он предложил им посмотреть на звездопад. Устроил на улице лежанку, и лежа рядом с ней под одеялами положил ей руку между ног. Т.е. это был не просто какой-то порыв, с которым он не смог справиться, получается что это были его целенаправленные, спланированные действия!! Я до сих пор не могу понять, почему он был уверен, что она будет молчать? Неужели он совсем не боялся, что я узнаю? Почему дочка не сопротивлялась этим действиям и призналась мне в этом только спустя 2 недели?! В этот же день я рассказала мужу, что знаю про его домогательства, он долго отпирался, но когда понял, что дочь поведала мне все подробности — признался, сказал что совершил глупость и на самом деле не имел ввиду ничего такого. Я до сих пор чувствую себя как в каком-то кошмарном сне, мир рухнул в один день. Мне сложно было разговаривать с мужем, и я написала ему письмо, где высказала всю свою боль, все свои мысли, постаралась сделать это как можно аккуратнее, но твердо обозначила свою позицию — быть вместе мы больше не можем ни при каких условиях. Он ушел. Первые дни часто писал смс-ки, раскаивался, просил примирения, но мои ответы были короткими и категоричными. Иногда он заезжает к нам, привозит гостинцы, проводит немного времени с детьми. У нас их четверо, младшему — полтора года и он безумно его любит, думаю что для него это сейчас самая большая боль. Старшая дочь его естественно избегает. После этих встреч я чувствую ужасную вину и сожаление, что все так получилось. Понимаю, что сейчас мне нужно больше своего внимания и любви давать дочке, которая в этой ситуации оказалась жертвой, но мне почему-то больше всего жаль именно мужа. Уже три недели он живет в гараже, условий для жизни там никаких, сыро, холодно. И когда он заезжал последний раз — я увидела, что он болеет. Предложила ему пожить пока дома — отказался, боится заразить детей. Три дня не писал, я за него переживаю, постоянно думаю как он и что с ним. Вчера не выдержала и написала ему сама — узнать как себя чувствует. Ответил, что уже немного лучше. Предложила помочь снять квартиру — сказал, что не нужно. Это чувство своей вины и жалости меня просто парализует, я ничего не могу делать. А у меня дети, мне нужно с ними общаться, работать, просто жить. Также волнует что происходит с дочкой, как я могу ей помочь, когда сама нахожусь в ужасном состоянии. Иногда замечаю за собой, что злюсь на нее. Еще тяжким грузом висит предстоящий разговор с родителями, никто пока ничего не знает. Я очень не хочу, чтобы истинная причина нашего разрыва стала хоть кому-то известна! Во-первых не хочу, чтобы от мужа все отвернулись, а во-вторых, чтобы дочка стала предметом всяких сплетен и обсуждений. Никому не могу рассказать, не с кем посоветоваться, целыми днями хожу и разговариваю сама с собой. В голове куча разных голосов — моих, его, родственников. Иногда ловлю себя на том, что говорю что-то вслух. Один раз я посетила психолога, чтобы просто выговориться, он провел расстановку, которая мне помогла увидеть ситуацию со стороны, я осознала, что сейчас мне просто необходимо думать и заботиться о себе, о дочке, а не о муже, но пока у меня это не очень хорошо получается. И еще хотелось бы узнать у специалистов — подобные наклонности как у моего мужа они вообще поддаются какому-то лечению, проработке? Иногда я начинаю сомневаться в правильности своего решения. Может быть стоило попытаться вместе справиться с этой проблемой? Раньше я не раз задумывалась о том, чтобы развестись, а вот теперь, когда появилась действительно серьезная причина для этого — сомневаюсь — точно ли хочу этого. Понимаю, что вывалила здесь много вопросов, переживаний, сомнений но буду благодарна получить ответы хотя бы на некоторые из них или просто объективный взгляд со стороны.

Каждая мама обязана знать:  Пособия гражданам, имеющим детей

Автор вопроса: Ольга Возраст: 36

На вопрос отвечает психолог Гладкова Елена Николаевна.

После прочтения Вашего письма возникло много слов и много чувств. Хочется очень поддержать Вас в Вашем решении оградить семью от инцестуозных порывов. Но еще больше хочется попытаться помочь Вам взглянуть на ситуации отстраненно, чтобы Вы могли оценить все стороны произошедшего и дать себе возможность избавиться от разрушительных чувств вины и осуждения всех участников произошедшего.

Трудно переоценить влияние отца на становление и развитие дочери! Именно благодаря отцу девочку учится признавать в себе те качества, которые со временем позволят ей принять свою идентичность, наследуемую от матери. Видя в глазах отца любовь и признание, она научится распознавать эти чувства в других мужчина, что поможет ей еще больше и лучше справиться с ролью любимой женщины, заботливой матери.

Но грань восхищения, которое она получает от отца, слишком тонка, а психическая устойчивость мужчин в сегодняшнем вседозволяющем мире слишком слаба порой для того, чтобы четко разграничить любовь отцовскую от любви мужской, которую девушки в этом возрасте уже начинают искать и ощущать внимание мужчин на себе.

Поэтому первые неосознанные попытки «соблазнения» Вашей дочерью мужчины, который определенно важен для нее в жизни, могли послужить толчком для запуска «инстинктов», присущих любому мужчине, которые и не смогли быть сдержаны его другой ролью – ролью отца.

Я не хочу, не буду и Вам не советую винить Вашу дочь, но я могу понять реакцию слабого мужчины, которому трудно устоять перед натиском этих пробуждающихся инстинктов сексуальности, присущей подростковому возрасту. Не удивлюсь, если фигура отца в семье Вашего мужа была слабой или полностью отсутствовала.

То, что Ваша дочь не сразу решилась на то, чтобы рассказать Вам о случившемся, может свидетельствовать о том, что она сама могла испугаться и своего поведения и реакции близкого человека на него. Вполне возможно, что он мог сказать ей, что в том, что между ними происходило, она сама виновата. А подростку очень тяжело справиться с таким чувством вины, именно поэтому большинство инцестов так и не бывает раскрыто.

Даже если предположить, что не все происходившее было на самом дела, а некоторые факты могли стать результатом фантазий ребенка о том, как это могло бы быть, повод для таких фантазий все равно был, если Вы не замечали за своей дочерью каких-либо отклонений в психическом развитии! Инцестом в сегодняшнем мире может быть расценено даже вхождение в ванную или санитарную комнаты, в тот момент, когда ребенок принимает душ или ванну, или справляет свою нужду!

Поведение ребенка можно оправдать тем, что она еще не является зрелой личностью и может не отдавать отчет своим действиям. Но взрослый человек должен справляться со своими влечениями, тем более направленными на собственных детей!

Я как и психолог, которого Вы посещали, рекомендую Вам уделить внимание дочери, поскольку подобная травма, помимо возможных сексуальных расстройств в будущем, может сопровождаться чувством вины за разрыв родителей и надолго окрасить дальнейшую жизнь ребенка поисками возможности загладить эту вину.

Хотелось бы успокоить Вас тем, что такое поведение лечится, но буду нечестна, если скажу что подобное поведение нуждается в усиленном контроле, а его, похоже, Ваш муж обеспечить не может.

Принимая и отстаивая свое решение оградить детей от подобных травм, Вы можете позволить своему мужу принимать участие в заботе о детях издалека, тем самым лишив его возможности идти на поводу у своих неконтролируемых желаний и причинить возможный вред кому-то еще из детей. А чувство жалости не с одним жалеющим уже сыграло злую шутку, поэтому считаю это чувство неприемлемым для принятия столь важных решений не только в Вашей жизни, но и в жизни Ваших детей.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Воспитание детей, психология ребёнка, обучение и социализация