Брать приемного ребенка или нет


Содержание

Зачем вам нужен приемный ребенок?

Наверняка любому человеку хоть раз в жизни приходила в голову мысль о приемном ребенке. Часто это происходит под влиянием сиюминутного импульса: увидев плачущего малыша в палате отказников городской больницы или попрошайничающего на церковной паперти замарашку, а может даже во время просмотра очередного слезного ток-шоу по телевизору. Движет в этот момент человеком обычная жалость – не самый правильный мотив при принятии решения об усыновлении.

Да-да, в таком благородном и сложном деле, как усыновление, бывает правильная и неправильная мотивация. Помочь разобраться в ней и не наделать ошибок, калеча при этом и свою жизнь, и ребенка, помогают психологические тренинги и консультации в Школе Приемных Родителей.

Рассмотрим наиболее часто встречающиеся типы усыновителей:

  • Семейные пары, страдающие бесплодием. К тому моменту, когда решение о необходимости приемного ребенка уже принято, пара прошла долгий и сложный путь. Устав от горьких разочарований, потенциальные родители ждут появления ребенка, пусть и неродного, с эйфорией, которая скоро сменится растерянностью и, возможно, разочарованием;
  • Пары, уже вырастившие собственных детей, или люди, не состоящие в браке, чаще всего женщины, боящиеся одиночества и обеспечивающие себе таким образом эфемерный «стакан воды» в старости;
  • Семьи с утратой – самая сложная категория потенциальных родителей. Взяв приемного ребенка, они пытаются заменить им своего, потерянного. Они часто забывают, что приемыш – это не точная копия родного ребенка, а индивидуальность, и его нужно либо принимать таким, какой он есть, либо отложить вопрос об усыновлении до тех пор, пока родители полностью не придут в себя после утраты.

А теперь разберемся с мотивами, они в той или иной степени присутствуют у каждой группы желающих принять в семью неродного ребенка.

  • Вам стало скучно, вы надеетесь, что приемный ребенок сохранит ваш брак;
  • Вы уступаете просьбам супруга(-и), у вас уже есть дети, но они хотят «брата» или «сестру»;
  • Вы хотите совершить благородный поступок, покрасоваться перед окружающими;
  • Вы хотите стать «учителем», передать свой бесценный опыт подрастающему поколению и ждете в ответ благодарности.

Как вы видите, неправильная мотивация бывает крайне разнообразной и выглядит вполне благопристойно. Жаль только, что за этим часто скрывается разочарование и обида, а порой и мощнейший стресс и боль, когда приемного ребенка, не оправдавшего надежд, возвращают обратно. Однако, при грамотной работе психологов, психотерапевтов и, конечно же, самих родителей, даже неправильный мотив видоизменяется, а конечный результат – счастливая семья – стоит затраченных усилий.

А вот с «правильной» мотивацией все просто – избыток любви, желание одарить ею еще одного ребенка, наполнить его жизнь счастьем и радостью. Перед силой и жаждой любви меркнут все трудности процесса усыновления, сложности периода адаптации, материальные проблемы.

Хочется сказать о еще одном мотиве усыновления – поиске материальной выгоды. Пособие на приемного ребенка, выгодный кредит на строительство жилья или получение льгот как многодетной семьёй – стоят ли эти весьма условные блага игры с государством? Игры, в которой на кону судьба, а иногда и жизнь маленького человека, уже обиженного людьми?

Можно ли осуждать таких людей? Знаю одну семью, вырастившую своих четверых детей и взявшую на воспитание двух девочек-подростков с синдромом Дауна. «Какие благородные люди!» — подумают многие, не зная всей подоплеки ситуации. Эта семья занимается выращиванием овощей на продажу и животноводством. Дети, естественно физически здоровые, были взяты как бесплатная рабочая сила. «Какие меркантильные сволочи!» — занегодует народ. Но сами девочки, к слову сказать, обожающие своих приемных родителей и с охотой исполняющие их поручения, счастливы. Они растут в семье, о них заботятся и, наверное, по-своему любят. А какое будущее ожидало бы их после интерната? Доживать свой век в доме для престарелых? Все очень неоднозначно. Тем не менее, если ребенок берется в семью ради материальных ценностей, но при этом вполне счастлив, почему бы и нет?

Принимать решение об усыновлении нужно осознанно, следует понимать, какие мотивы вами движут. И если есть хоть малейшее сомнение в правильности поступка, лучше отказаться от своих намерений, чтобы не допустить еще одного предательства в жизни ни в чем не повинного маленького человека.

Разрешенный прием: как в России усыновить ребенка

Порыв помочь несчастным сиротам возникает у большинства из нас. Большинство из нас не имеют ни малейшего представления о том, как это правильно делать.

24 октября 2020

России сейчас примерно 45 тысяч сирот, ожидающих, когда за ними придут хоть какие-то родители. Это на 20 тысяч меньше, чем было десять лет назад, так как детей начали неожиданно разбирать. Страна, которая всегда с настороженностью относилась к усыновлению чужих детей, похоже, решила в этом плане измениться.

И это не может не радовать. Если ты тоже периодически подумываешь о том, чтобы помочь детдому, а то и забрать к себе домой какую-­нибудь мелочь и вырастить ее достойным человеком, то, возможно, нижеследующая информация тебя заинтересует.

Кто может и кто не может взять на воспитание ребенка

Для того чтобы стать приемным родителем, не надо практически ничего. Можно не иметь жены — одинокому мужчине тоже выдадут ребенка без проблем. Не нужно иметь седой бороды — усыновителем или опекуном вполне можно стать с 18 лет. Не нужны златые горы — достаточно справки о получении скромной зарплаты, да и ту не всегда требуют. Не нужна даже обширная жилплощадь — достаточно небольшой комнаты в коммуналке, например.

Важнее то, чего у тебя не должно быть:

✖ некоторых заболеваний — например, ВИЧ или открытой формы туберкулеза. (Кстати, борьбу за право людям с ВИЧ быть усыновителями сейчас вовсю ведут правозащитные организации, так как, если человек принимает терапию, он никого заразить не может, даже если будет заливать своей кровью все поверхности в доме);

✖ судимости за насильственные преступления;

✖ лишения родительских прав в отношении собственных детей;

✖ учета в псих- и наркодиспансерах;

✖ нетрадиционной сексуальной ориентации — геям, лесбиянкам и трансгендерам детей выдавать не положено;

✖ восьми детей — своих и приемных. Если уже у тебя есть восемь несовершеннолетних детей на воспитании — больше тебе не дадут.

Кроме того, нужно будет несколько месяцев посещать два раза в неделю ШПР — школу приемных родителей. Такие школы есть во всех регионах, и обучение там не так бессмысленно, как может показаться, поскольку в приемном родительстве есть масса подводных камней.

После обучения, получив направление из ШПР, уже можно идти в местные органы опеки или заходить в общероссийскую базу детей, ищущих родителей, и выбирать себе воспитанников.

Какие существуют формы «ребенковзятия»

Усыновление (удочерение)

Ребенок по всем законам становится твоим, и только ты отныне несешь за него полную ответственность — и финансовую, и социальную, и любую другую. Государство выдает тебе маленького человечка и практически самоустраняется, как будто ты сам этого ребенка родил. Если вдруг возникают биологические родители, они идут лесом. Ну или как ты сам решишь — это же твой собственный ребенок. Еще первые три года раз в год тебя будут навещать органы опеки — смотреть, не съел ли ты младенца ненароком. Если ты теперь надумаешь отказаться от ребенка, готовься платить государству алименты на его содержание до 18 лет.

Опека

Ты становишься законным представителем этого ребенка, участвуешь во всех решениях, с ним связанных, представляешь его интересы, выбираешь его место жительства (можно стать опекуном, даже не забирая ребенка из детдома, хотя обычно опекуны детей берут к себе). При этом государство выплачивает тебе деньги на содержание ребенка (сумма зависит от региона, состояния здоровья и потребностей ребенка). Кроме того, если у ребенка нет своего жилья, в 18 лет государство выделит ему какую-нибудь хибарку. Взамен органы опеки будут навещать тебя в первый год четыре раза, а потом пять лет по два раза в год, чтобы видеть, насколько ребенок грязен, голоден и несчастлив. А ты им будешь сдавать финансовую отчетность по расходам на дитя. И да, если вдруг биородители возьмутся за ум и захотят общаться с деточкой, ты обязан будешь им это право предоставить, согласовав режим посещений с чиновниками из опеки. Забрать у тебя ребенка по суду они тоже имеют шансы, если захотят.

Приемное родительство

Все то же самое, что и опека, только тебе еще за каждого воспитываемого ребенка зарплату платят. Ты подписываешь аналог трудового договора с органами опеки и считаешься как бы их условным служащим.

Какие бывают дети

Белокурую новорожденную девочку, дочку трагически погибших в авиакатастрофе профессора и балерины, в детском доме обнаружить практически нереально. Дети из благополучной среды, к счастью, сиротами становятся редко, а если такое и происходит, то их немедленно усыновляют бабушки, дедушки, тети, дяди и друзья семьи. Девочки-тинейджеры из хороших семей, забеременевшие от одноклассника (спортсмена и красавца), в нашей малорелигиозной стране практически в ста процентах случаев делают аборт, а если вдруг паче чаяния беременность сохраняют, то с младенцем будут возиться дедушки и бабушки с обеих сторон — ни о каких детских домах тут тоже речи не идет.

Большинство детей, которые оказываются в детдоме, были рождены вполне маргинальными родителями, потому что у нас не война и не зона стихийного бедствия. Поэтому ребенок в детском доме — это чаще всего дитя алкоголиков, уголовников, людей с тяжелыми социальными и ментальными проблемами и так далее. Здоровые, социально адаптированные матери, конечно, иногда тоже отказываются в роддомах от здоровых новорожденных — всякое в жизни бывает, но это большая редкость, и на таких младенцев стоит очередь, которая может тянуться годами. Чаще всего здоровых новорожденных оставляют трудовые мигрантки из среднеазиатских республик, так как патриархальные нравы их родины не приветствуют, когда девушка возвращается с заработков с пищащим кульком. Младенцы с ярко выраженной азиатской внешностью тоже идут нарасхват, так как на новорожденных, особенно девочек, самый большой спрос. Мальчиков всех возрастов традиционно берут хуже. Большинство потенциальных усыновителей мечтают именно о дочках, так как с девочкой, если что-то пойдет не так и дитя унаследует социальную программу биологических родителей, меньше риска с точки зрения обывателя. Все-таки девочки реже гоняются за домочадцами с топором, и вообще девочки как-то приятнее и миловиднее, а еще им можно косички заплетать.

Итак, чаще всего в детдома попадают следующие дети:

1. Дети с тяжелыми заболеваниями, от которых родители отказались при рождении или сразу после обнаружения серьезной болезни (это ДЦП, муковисцидоз, аутизм, синдромы Дауна, бабочки, кошечьего крика и прочие генетические проблемы и пороки внутриутробного развития). Сейчас детей с тяжелыми патологиями рождается несколько меньше, чем лет пятнадцать назад, так как лучше стал мониторинг беременных и большинство женщин решают прервать беременность в случае серьезных болезней плода. И тем не менее дети-инвалиды чаще прочих оказываются сиротами на государственном попечении. Неродственное (то есть не кровными родственниками) усыновление детей — тяжелых инвалидов — большая редкость, а вот под опеку или в приемную семью больных детишек берут довольно часто, так как государство берет на себя расходы по лечению и уходу за этими детьми и выплачивает родителям относительно приличное пособие, помогающее им растить тяжелого ребенка. Так что нередко это становится своего рода благородной профессией: человек берет на воспитание двух-трех больных детей, получает на них пособие и может больше не работать, а тратить все время и силы на уход за ними. Не то чтобы такие приемные родители шиковали и питались черной икрой, но, по крайней мере, они могут реализовать себя в любви к детям, не сходя с ума от отсутствия денег на лекарства, еду и одежду. Все в выигрыше.

2. Дети с менее серьезными болезнями, которых тем не менее не жаждут разбирать из роддомов и домов малютки, так как большинство усыновителей все-таки предпочитают здоровых детей. Больные почки, заячья губа, ВИЧ, задержка психоречевого развития, диабет, заикание и тому подобное. У ребенка с такими диагнозами шанс оказаться в семье не слишком велик. Но часто усыновители, берущие тяжелого-претяжелого ребенка, через пару лет снимают большинство, а то и все его диагнозы. Дело в том, что в некоторых детдомах любят выбивать из врачей страшные диагнозы воспитанникам, поскольку чем болезненнее малютка, тем больше средств детдома получают от государства на его выращивание.

3. Дети, которые не подлежат передаче в семью, так как их родители не лишены родительских прав, а временно оставили детей в детдоме в связи с тяжелым социальным и материальным положением. Таких детей, по свидетельству Александра Гезалова, директора социального Центра святителя Тихона, в некоторых детдомах бывает до 70%. Сюда же можно отнести детей, у которых родители имеют смутный статус: сидящие в тюрьмах папы; мамы, которые оспаривают лишение родительских прав; бабушки, которые сдали внучка в детдом на полгодика, пока радикулит не пройдет, а так-то они кровиночку свою не бросят… может быть… Таких детей нельзя усыновлять, но можно брать под опеку или в приемную семью. Но многие приемные родители категорически не хотят иметь весьма вероятных контактов с биологическим семейством ребенка.

Каждая мама обязана знать:  Вопрос о гиперактивности

4. Дети, которых полностью признали сиротами, оформив все документы по лишению родительских прав. К сожалению, пока тянулась вся эта волокита, ребенку уже могло стукнуть больше десяти лет, а подростками усыновители интересуются мало.

5. Дети, у которых есть братья и сестры. Раньше такие семьи легко делили, сейчас же стараются все-таки не раздавать детей поодиночке. Но очень трудно найти желающих взять на воспитание помимо очаровательного двухлетнего малыша еще трех его сестричек и братиков в возрасте от тринадцати до семнадцати лет.

А вот потенциальные родители, которые готовы взять не новорожденного, а уже подращенного ребенка, чаще всего ищут девочку в возрасте от года до пяти лет, здоровую, развитую, хорошенькую, с европейской внешностью, без братьев, сестер и прочих родственников на горизонте.

Самые популярные и самые тяжелые проблемы, возникающие у приемных родителей

Со времен Оливера Твиста сироты сильно поменялись. (Впрочем, судя по реальным записям с судебных заседаний той поры, маленькие тихие забитые ангелы и в тогдашних работных домах были редкостью.) В школах приемных родителей подробно рассказывают, как тяжело идет привыкание друг к другу, если только речь не идет о совсем младенце. Детдомовский ребенок неизбежно страдает нарушением способности строить социальные связи. Да и где ему было развивать эту способность? Грубость, равнодушие, воровство, агрессия, педагогическая запущенность, категорический отказ от учебы и какой-либо осмысленной деятельности — характерные черты ребенка в первый год после детдома. Чудные крошки, мило лепечущие «Папочка и мамочка, какой счастье, что вы меня нашли!» после короткого «медового месяца» превращаются во вполне себе крокодилов, и открываются бездны, от которых седеют даже морально готовые ко многому родители.

Поэтому возврат детей из-под опеки или из приемной семьи обратно в детдом, увы, не редкое событие: в некоторых регионах возвращают до половины всех разобранных по семьям детей. Потому что, как ни рассказывают о правде жизни в ШПР, реальность часто превосходит самые смелые ожидания. Представители Благотворительного фонда содействия семейному устройству «Найди семью» (www.sirota.ru) приводят самые сложные случаи, с которыми им приходилось работать (фонд оказывает помощь приемным родителям, имеющим сложности с адаптацией детей — содействует в решении психологических, медицинских и юридических проблем).

Внезапная тяжелая болезнь ребенка

Как уже говорилось выше, детдомовские дети часто имеют серьезные проблемы со здоровьем. Но некоторые болезни могут не проявляться до какого-то времени и манифестируют, когда ребенок уже находится в семье. И родители нередко оказываются не готовы бороться с болезнью — ни физически, ни материально (от тяжелобольных детей нередко и родные мать с отцом отказываются). В этом случае фонд стремится изыскать средства на лечение ребенка, ищет пути госпитализации, врачей, дает рекомендации и т. д., чтобы поддержать приемного родителя, который все же решится вступить на этот крестный путь.

Агрессия

Жестокость, злоба, сломанные вещи, избитые животные, синяки на братьях и сестрах — не редкость при адаптации сироты. И многие родители в ужасе понимают, что они взяли в дом монстра и убийцу. Хотя именно агрессивность проходит безвозвратно, когда с помощью психологов и кураторов до ребенка доносят идею о том, что свой гнев можно выражать и более приемлемыми в обществе способами.

Равнодушие и лень

А вот с нежеланием учиться, читать, самостоятельно заправлять постель и убирать игрушки приходится сражаться годами, так как навыки самообслуживания и самодисциплины в детдомах не прививаются вообще. Равно и привычку говорить «спасибо» и «пожалуйста», вежливость и дружелюбность обычно приходится выращивать с нуля, долго и кропотливо.

Побеги

То, что очень часто приводит к возвращению ребенка в детдом. Потому что побег из приемной семьи — это сегодня еще и юридические проблемы у родителей, вплоть до наступления уголовной ответственности за ненадлежащее исполнение обязанностей по надзору за несовершеннолетними. Дети, которые убегают из дома потому, что их попросили переодеть промокшую обувь, или потому, что захотелось на поезде покататься, возвращаются в детдома с надежностью бумерангов.

Сексуальное поведение

То, с чем не готовы мириться практически все приемные родители. Ребенок, который говорит о сексе, предлагает свое тело старшим или покушается на своих сверстников — тут отступают даже самые закаленные ветераны опекунского дела. Это поведение опасно в том числе для самих родителей и для других детей, потому что, не приведи господь, ребеночек что-то такое вякнет при враче или в школе — и все, можно сушить сухари и искать лучшего адвоката, защитника педофилов. Да, ребенок не виноват, что набрался этих взрослых премудростей в родной когда-то семье или в детдоме со старшими воспитанниками, но мало кто готов мириться с таким положением дел. Юристы и психологи фонда в этом случае проводят долгую и кропотливую работу и с родителями, и с ребенком, благо эту раннюю псевдосексуальность можно притушить и сделать поведение ребенка более приемлемым.

Почему детдома — не элитные пансионы

В современном мире детские дома признаны беспримесным злом, плодящим несчастных, не приспособленных к жизни людей, поэтому всюду происходит или уже произошла их практически полная ликвидация. Детей всеми правдами и неправдами оберегают от казенных учреждений и отправляют в семьи — временные (фостеровские) и постоянные.

При этом иногда возникает вопрос: а каким образом тогда функционировали (да и сейчас функционируют) все эти элитные закрытые пансионы, иезуитские колледжи и прочие республики ШКиД? Если ребенок может полноценно формироваться только в семье, то каким образом из бродяжек ранних советских годов в ШКиД воспитывали писателей и авиаконструкторов, как итонские школы в казарменной обстановке ухитрялись выдавать на-гора джентльменов и научных светил? И почему богатые люди до сих пор платят миллионы за то, что их отпрыск будет содержаться в отрыве от семьи, в условиях жесткой дисциплины, штурмуя латынь и древнегреческий в непротопленной классной?

Причины, почему детские дома не похожи на элитные школы:

1. Ребенок попадает в элитную школу из семьи, уже в возрасте 9–10 лет, а до этого его с рождения занеживают любящие матушки и наемные Мэри Поппинс, которые носят младенчика на ручках с утра до вечера, объясняя ему, что вот у нас зе стол, а вот зе кот, а вот наш зе наследственный замок, принадлежащий семье нашего зе папеньки со времен зе цезаря. То есть у ребенка уже развита речь, оформлена личность, есть зачатки мировоззрения, есть социальные связи, ум обогащен регулярным чтением, самые важные годы он провел в семье и не теряет с ней связи даже во время долгих учебных семестров. Он всегда знает, кто он и что его ждет за стенами школы.

2. В элитной школе он общается с детьми, выросшими, прямо скажем, не на помойке.


3. В английских школах для джентльменов или в той же ШКиД преподавателями были вовсе не троечницы из провинциальных педвузов, а люди с отличным университетским образованием и желательно научными степенями. И учебные успехи каждого девятилетки были для этих преподавателей чрезвычайно важны, так как только благодаря этим успехам они и получали свою престижную высокооплачиваемую работу.

В детских же домах все обстоит совершенно иначе.

Почему ребенку лучше быть в семье

Ребенок в детском доме, во всяком случае в современном его состоянии, — это объект на передержке. В большинстве мест жуткие казармы советского периода канули в прошлое: современный детдом — вполне чистое, хотя и явно казенное заведение, в котором детей, как правило, не бьют, не морят голодом и уж точно не изнуряют трудом — их моют, причесывают, укладывают спать, отправляют на уроки в общеобразовательные школы по соседству, выдают им регулярно чистые штаны и носки, кормят, моют за ними посуду и в целом ничего от них не требуют, если они не очень шумят и не дерутся. Непослушных отправляют в психбольницы, их там таблетками и уколами лечат от непослушания. Возвращаются послушными. При этом степень нравственного и умственного одичания детей в большинстве даже хороших детдомов не поддается описанию, так как воспитанники по большей части предоставлены обществу друг друга и телевизора. Работающие посменно воспитатели и нянечки регулярно увольняются, заменяются новыми, значимых взрослых у детей нет, взрослые редко к ним прикасаются, еще реже разговаривают, особенно один на один. Детдомовец с первых недель жизни начинает отставать от домашних сверстников: его редко носят на руках, с ним мало лепечут, он лежит в кроватке один, ожидая, когда придет его очередь на общение с нянюшкой. Он позже начинает говорить, улыбаться, ползать. Чтобы пообщаться с взрослым, ему нужно конкурировать с толпой сверстников. В три года его забирают из привычного дома малютки и переводят в детдом для старших детей — в новый коллектив, новый дом, часто в другой город. Там заточение и отставание продолжается: в город детей не выпускают, своего имущества и места дети не имеют, они практически лишены возможности уединения, их толком не воспитывают и особо ничему не учат, они варятся в собственном бульоне из усвоенных в родных семьях житейских правил, которые могли бы потрясти опытного зэка. Иногда приезжают волонтеры, задаривают конфетами, игрушками и телефонами — все это быстро съедается и ломается. Но в целом жизнь ребенка в приличном детдоме сегодня трудно назвать несчастной. До восемнадцати лет он вполне может ощущать себя принцем в странном закрытом королевстве, принцем, которому все должны просто по факту его существования: его жалеют, хвалят за любой чих, дают ему вкусные вещи. А потом уходят.

Но вот принцу исполняется восемнадцать лет, и он превращается в тыкву. Последнее, что ему выделяют, — плохонькую комнатку или однокомнатное помещение в общежитии семейного типа — сирот наше государство снабжает жильем. И он остается один в новой клетке. Крайняя скудость личного опыта вкупе с определенной избалованностью и бесконечной праздностью приносит свои плоды: бывший детдомовец обычно совершенно не готов к самостоятельной жизни. Он не знает, как разбить яйца, как кипятить воду, как платить за свет и пользоваться общественным транспортом. Он не приучен к труду, не умеет обращаться с деньгами. У него нет ни родных, ни близких, ни круга общения (кроме тех двух замечательных господ, с которыми он познакомился вчера на вокзале и которые пока поживут у него, если он будет бегать за водкой). Неудивительно, что к тридцати годам трое из четырех выпускников детдомов либо спиваются, либо торчат, либо сидят, либо уже покинули наш мир, предварительно населив свой бывший детдом парой собственных отпрысков…

Поэтому люди, которые вырывают детей из этого колеса безнадеги, делают очень правильную и достойную вещь. Очень похожую на смысл жизни, как бы мы ни старались избегать всякой патетики.

Частые вопросы

Если я живу в деревне Гадюкино, или, например, в Москве, мне дадут ребенка только москвича или гадюкинца?

Нет, детей можно выбрать в любом детском доме в любом регионе.

А в детдомах вообще рады, когда забирают детей?

Когда как. Некоторые детдома делают все, чтобы дети попадали в семьи. А в депрессивных нищих регионах детей иногда стараются удерживать, так как на них идут отчисления из федерального бюджета, а страх потерять работу при сокращении фондов превышает заботу сотрудников о сиротах.

Чем еще можно помочь сиротам, если не готов взять и усыновить ребенка?

Елена Цеплик, президент благотворительного фонда содействия семейному устройству «Найди семью», просила тебе передать следующее: «Только не надо везти в детдома игрушки, сладости, одежду и телефоны! Там достаточно всего этого. Тем более что у детей там нет даже личных вещей, так что эти курточки и платья попадут в общий котел при первой же стирке. Телефон могут отнять и разбить другие дети. А сладостями наедятся до тошноты и больных зубов. Хорошим вариантом было бы взять шефство над кем-то из детей. Особенно над подростком. Чтобы раз или два в месяц ребенок мог провести с тобой время, поговорить о своих проблемах, пожить вне казенного заведения, научиться варить макароны хотя бы… Подростки почти не имеют шансов найти семью, а тут у них появится опыт наблюдения за нормальной жизнью вне стен детдома».

Кто и почему решает взять приемного ребенка?

О том, что двигает людьми, решившимся на усыновление, редакции Вести.Медицина рассказала Диана Машкова, писатель, журналист, основатель клуба «Азбука приемной семьи» фонда «Арифметика добра».

Не так давно мы с коллегами – специалистами государственных учреждений и сотрудниками благотворительных фондов – проходили стажировку в Великобритании. В программу было включено посещение многих структур и организаций, занятых помощью детям-сиротам. Мы встречались с представителями фонда Lumos – того самого, учрежденного Джоан Роулинг. Побывали в одном из старейших фондов Англии Сoram BAAF, существующем с 1739 года. Посетили самое известное в стране агентство по усыновлению и опеке TACT Fostering and Adoption. Множество других интересных мест. И, так или иначе, разговор не раз заходил о том, «кто эти люди, принимающие в семьи детей-сирот». Удивительно, но слушая британских коллег, мы узнавали в их рассказах собственных соотечественников-усыновителей и опекунов.

Как правило, кандидаты в замещающие родители это люди в социальном плане весьма устойчивые, сумевшие решить в своей жизни основные материальные и карьерные задачи. Оно и понятно. В ситуации, когда нечего есть самому или нет возможности прокормить кровных детей, речь о сиротах просто не пойдет. Чаще всего в собственности у семей, которые решаются принимать детей, есть та или иная недвижимость. Это может быть и небольшая однокомнатная квартира, и вполне солидный дом – суть только в том, что собственность это тоже некий внешней признак стабильности. Хотя, к сожалению, если говорить не о социальном, а о психологическом плане, гармонией и стабильностью могут похвастаться не все и не всегда. Но обо всем по порядку.

Каждая мама обязана знать:  Драки

Кандидаты в замещающие родители по своей мотивации могут поделиться на несколько условных групп – в этом вопросе тоже не оказалось существенных территориальных или национальных различий. И вот, какая общая картина постепенно сложилась.

Хочу ребенка

Значительная часть людей, которые приходят в приемное родительство, все-таки руководствуется желанием иметь ребенка. Это могут быть бездетные пары. Или семьи, которые воспитывают детей от предыдущего брака, но по разным причинам не могут родить общего ребенка. После многочисленных попыток они приходят к выводу, что их путь – это усыновление. Если родители подходят к вопросу осознанно, серьезно готовятся к принятию ребенка и не включают необоснованных ожиданий (чтобы был похож, чтобы рос таким и таким), складываются весьма успешные истории. Среди семей нашего клуба немало прекрасных примеров таких вот реализованных желаний. Но там всегда есть место безусловному принятию, настоящей любви. Неважно, что ребенок другой национальности. Не имеет значения, что у него непохожий цвет глаз и волос. Совершенно не пугает то, что у малыша есть кровные родители и придется честно рассказывать ему историю жизни. Люди пришли в тему проработанными. И это самое важное.

У нас есть прекрасная молодая семья, которая усыновила малыша-нанайца из Хабаровска. Есть другая пара, принявшая мальчика-казаха. Есть родители, которые забрали в свою семью братьев и сестер афроамериканцев. Можно привести сотни примеров не только разных национальностей, но и детей с разными особенностями развития. Главное, они приняты и они в семьях родные, свои. Так и случается, если родители вкладывают в свое желание глубинный истинный смысл, а не ошибочное стремление иметь ребенка, подражая другим семьям с детьми или из страха остаться в одиночестве «на старости лет».

Хочу помочь ребенку

Вторая категория усыновителей и опекунов – это те, у кого преобладает стремление помочь ребенку-сироте. Как правило, эти люди неплохо осведомлены о том, что институциональное воспитание вовсе не то, что необходимо детям для счастливого и гармоничного развития. Такие кандидаты могли сталкиваться с системой сиротства лично – дружить в детстве с ребенком, который остался сиротой, увидеть в больнице маленького отказника или ходить в детский дом в качестве волонтера. Погрузившись в реальность сиротства, пережив первый шок, они начинают изучать вопрос, погружаться в него. И прекрасно, если на этом этапе не делают резких движений, не идут на поводу у первых эмоций. Потому что и здесь – при всей положительности мотивации – нужна глубокая осознанность.

«Спасатели» и «герои» – худший вариант кандидатов в приемные родители. Они, сломя голову, бросаются на амбразуру, прошибают головой стены ради того, чтобы забрать ребенка в свою семью, а после их ресурс оказывается исчерпан. И сил на то, чтобы поддерживать ребенка, социализировать его, заниматься его реабилитацией 24 часа в сутки и 7 дней в неделю, уже нет. В этом деле гораздо выше скорости все-таки ценится выносливость. Родительство, особенно приемное, это точно не спринт. Это марафон – причем, на максимально длинную дистанцию.

Хочу помочь себе

Был у меня в практике один запоминающийся случай. Я его описала в своей книге «Чужие дети». Кандидат – назовем ее как в романе Тамарой Сергеевной – пришла к нам в фонд, чтобы присоединиться к мероприятию –знакомству с детьми, которое мы проводили совместно с детским домом. Одного часа собеседования было более чем достаточно, чтобы уяснить: человек задумал с помощью ребенка решить собственные проблемы. Во-первых, пожилой даме было одиноко – ни детей, ни внуков – и представлялось, что подросток-сирота скрасит жизнь. Во-вторых, в силу возраста многие вещи стало трудно делать самой и потому хотелось помощи в быту. В-третьих, не слишком хватало пенсии, и были надежды на пособие, которое государство обязано платить ребенку. Было еще и в четвертых, и в пятых, и в шестых. Но, главное, требовался круглый сирота, без единого родственника, зато с хорошим анамнезом и огромным чувством благодарности к опекуну за то, что его «спасли». Требования невыполнимые.

За годы работы мне приходилось столкнуться с очень разными мотивами «помощи себе». Самый частый – потребность в близком человеке и его поддержке. Надежда на пресловутый «стакан воды» в старости. Бывают и другие мотивов, которые диктуются собственной психологической травмой кандидата и ожиданием, что ребенок способен ее залечить. Здесь кроется самое страшное заблуждение и большая опасность. Однако это вовсе не означает, что приемными родителями должны становиться идеальные люди, без единой травмы и изъяна. Такое в принципе невозможно. Но очень важно, чтобы человек осознавал свой истинный мотив и понимал, как работать над собой. Потому что необходимо прийти к принятию ребенка в осознанном и ресурсном состоянии.

Разумеется, все три потребности – «хочу ребенка», «хочу помочь ребенку» и «хочу помочь себе» – в действительности нередко между собой соединяются и тесно переплетаются. Больше того, я знаю немало семей, которые разных детей принимали исходя из разных соображений. За примером даже ходить далеко не надо – младшую дочку мы с мужем удочерили из желания иметь еще одного ребенка, а потребность помочь ребенку-сироте была вторична. Но вот старшего сына и среднюю дочь (16 и 13 лет) принимали уже из тех соображений, что подросткам очень нужна поддержка. Нужна семья, которая станет в их жизни надежной порой.

Поэтому, конечно, бессмысленно говорить об одной-единственной мотивации в чистом виде. Но все же важно понимать, из чего семья исходит в первую очередь. И психологи, ведущие занятия в Школах приемных родителей, владеют методиками прояснения этого важного вопроса. Ведь то, как сложится наша совместная жизнь с приемным ребенком, станем мы для него ресурсом для развития и надежной гаванью или нет, во многом зависит от того, чем мы руководствовались в самом начале пути. А вот национальные особенности, цвет глаз, волос, а заодно и страна проживания, здесь в общем-то не при чем.

Как создать приемную семью

1. Что такое приемная семья?

Приемная семья — это один из видов опеки и попечительства над детьми-сиротами и детьми, оставшимися без попечения родителей (есть еще собственно опека (попечительство) и патронатное воспитание).

Отличие приемной семьи от простой опеки (попечительства) в том, что ребенка берут в семью на возмездной основе. При таком устройстве ребенка в семью между органом опеки и попечительства и приемным родителем (родителями) заключается срочный договор о приемной семье (отношения, возникающие в результате заключения такого договора, регулируются не Трудовым, а Гражданским кодексом). Срок нахождения ребенка в приемной семье определяется договором.

В приемной семье не может быть больше 8 детей, включая родных и усыновленных. При этом братьев и сестер можно взять на воспитание в приемную семью только вместе, за исключением тех случаев, когда раздельное воспитание служит их интересам.

Размер вознаграждения, причитающегося приемным родителям, размер денежных средств на содержание ребенка, а также меры социальной поддержки, предоставляемые приемной семье, определяются законодательством субъектов Российской Федерации и обязательно прописываются в договоре.

2. Кто может взять ребенка под опеку?

Приемным родителем может быть дееспособный гражданин, достигший 18 лет, желающий взять ребенка на воспитание и соответствующий требованиям к опекунам (попечителям) .

Люди, не состоящие в браке, не могут опекать одного и того же ребенка.

3. Как найти ребенка?

Если вы еще не знаете, какого ребенка хотите взять под опеку (на попечительство), вам нужно сначала ознакомиться с банком данных о детях-сиротах.

Посмотреть анкеты детей, оставшихся без попечения родителей, вы можете онлайн. Сейчас в регионах есть территориальные банки данных о детях-сиротах (в Москве это портал usynovi-moskva.ru), кроме того, существует федеральный банк. На электронных ресурсах вы можете ознакомиться с фотографиями детей, кратким описанием их характера, узнать о состоянии их здоровья, а также о том, в каком детском доме они находятся, — таким образом, в дальнейшем вы можете обратиться непосредственно в нужное учреждение.

С просьбой подобрать ребенка вы можете обратиться и сразу в орган опеки и попечительства.

Для получения доступа к полным анкетным данным детей вам необходимо будет ответить на вопросы анкеты и предоставить документ, удостоверяющий личность, и заключение о возможности быть опекуном или попечителем (либо заключение о возможности быть усыновителем).

Когда вы выберете ребенка, вам выдадут направление на его посещение.

4. Как проходит встреча с ребенком?

Вы обязаны встретиться с ребенком в присутствии специалиста по охране детства органа опеки и попечительства. Кроме того, вам должны показать все документы ребенка.

Факт ознакомления с его медицинским заключением подтверждается в письменной форме. Вы имеете право также обратиться в медицинское учреждение для проведения независимого медицинского освидетельствования ребенка. На медосмотре должен присутствовать сотрудник организации для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей.

После встречи с ребенком вам необходимо сообщить оператору органа опеки, что вы готовы взять ребенка под опеку (попечительство), затем вам будет выдан акт о назначении вас приемным родителем.

5. Как заключить договор о приемной опеке?

В течение 10 дней после того, как вам выдадут акт о назначении вас приемным родителем, орган опеки и попечительства по будущему месту жительства ребенка должен заключить с вами договор о приемной семье, содержащий сведения о ребенке или детях, передаваемых на воспитание в приемную семью (имя, возраст, состояние здоровья, физическое и умственное развитие). Также в нем должны быть указаны: срок действия договора, условия содержания, воспитания и образования ребенка или детей, права и обязанности приемных родителей, права и обязанности органа опеки и попечительства по отношению к приемным родителям, размер и периодичность денежного вознаграждения, а также основания и последствия прекращения договора.

В случае изменения места жительства ребенка этот договор необходимо будет расторгнуть и заключить другой — с органом опеки и попечительства по новому месту жительства ребенка.

6. Будет ли кто-то следить за тем, как воспитывается ребенок?

Да. После того как вы возьмете ребенка на воспитание в приемную семью, органы опеки и попечительства будут проверять, в каких условиях он живет и воспитывается. Проверки включают в себя оценку жилищно-бытовых условий ребенка, его состояния здоровья, внешнего вида и соблюдения гигиены, эмоционального и физического развития, навыков самообслуживания, отношений в семье, возможности семьи обеспечить его потребности развития. Плановые проверки проводятся:

  • в течение первого месяца после передачи ребенка в семью — 1 раз;
  • в течение года после передачи ребенка в семью — 1 раз в 3 месяца;
  • в течение последующих лет — 1 раз в 6 месяцев.

Кроме того, если поступят жалобы о неисполнении или ненадлежащем исполнении приемными родителями своих обязанностей, орган опеки и попечительства может провести внеплановую проверку.

Также приемным родителям ежегодно нужно предоставлять в орган опеки и попечительства отчет о расходовании денежных средств, выделяемых на ребенка, и состоянии его имущества.

7. На какие выплаты можно рассчитывать?

Вы можете рассчитывать на следующие виды материальной поддержки:

  • единовременное пособие при передаче ребенка на воспитание в семью.
  • денежные средства на содержание ребенка, находящегося под опекой (попечительством) или переданного в приемную семью;
  • ежемесячную компенсацию на возмещение расходов по оплате за жилое помещение и коммунальные услуги и за пользование телефоном в жилом помещении, в котором фактически проживает подопечный или дети, переданные в приемную семью, на патронатное воспитание;
  • ежемесячную компенсационную выплату отдельным категориям детей, оставшихся без попечения родителей.
  • ежемесячное вознаграждение приемным родителям, патронатным воспитателям.

8. Какое наказание грозит за невыполнение обязательств?

Опекуны, попечители, приемные родители и патронатные воспитатели за некачественное исполнение или неисполнение обязанностей по воспитанию детей несут административную (ст. 5. 35 КоАП РФ) и уголовную (ст. 156 УК РФ) ответственность.

Временная приемная семья: чтобы не отдавать ребенка в детский дом

Закона о фостерной семье в России нет, но стать замещающей семьей можно уже сегодня

Юлия Курчанова психолог благотворительного фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам»


Бывает, что родители, родные или приемные, какое-то время не могут заниматься ребенком: например, тяжело заболели. В России в таких случаях малыша могут отправить в сиротское учреждение, что для него большая травма. В других странах давно придумали хорошее решение — временную приемную семью. Она берет ребенка на какой-то срок, пока не наладятся дела в его основной семье, спасает его от приюта или детдома. Об этой практике рассказывает Юлия Курчанова, психолог благотворительного фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам».

Приемная семья — это работа

— В других странах есть понятие «фостерная семья». Это профессиональная семья, которая решает задачи по воспитанию детей исходя из их потребностей. У нас такая форма устройства юридически отсутствует, и это, на мой взгляд, большая проблема. Если ребенку надо на время разлучиться с мамой и папой, то у нас есть только один вариант — приют или детский дом. Если от ребенка отказывается опекун или приемная семья, то у него тоже одна дорога — в сиротское учреждение. Процедурно возможности попасть на время в другую семью не существует — все работает на помещение ребенка в сиротскую систему.

Но ребенку было бы полезнее на время оказаться у хорошо подготовленных замещающих родителей, которые помогут ему с реабилитацией, поддержат в трудный для него период, дождутся разрешения ситуации в той семье, в которой он был раньше — и вернут его туда. Ведь бывает, что семье нужно просто передохнуть — замещающие семьи часто сталкиваются с эмоциональным выгоранием. Или приемным родителям нужно лечь в больницу.

Каждая мама обязана знать:  Вадим Панов Непревзойденные

Но поместить ребенка в другую приемную семью (или даже в учреждение на короткий срок) приемная семья не может сейчас по закону. Она должна перестать быть приемной семьей. А ребенок снова становится ничьим, государственным.

— Давайте поясним читателю, в чем разница между опекуном и приемной семьей.

— Приемные родители, в отличие от опекунов, получают от государства деньги на содержание ребенка — и вознаграждение. Опекуны вознаграждения не получают, только деньги на содержание.

Это очень логично, что приемные семьи получают вознаграждение. У нас приемная семья — это не работа, хотя по сути это именно так. Однако в трудовом законодательстве это не отражено и очень криво отражено в семейном законодательстве.

Профессиональной приемной семьей она не называется, но суть именно эта: ведь семья берет ребенка и выполняет социальный заказ от государства. Например, с юридической точки зрения форма «приемная семья» предполагает, что нет тайны усыновления и что приемная семья должна выстраивать отношения с кровными родственниками, если они тоже этого хотят и не представляют опасности для ребенка. Но на практике приемная семья часто старается этого избежать, что нехорошо для ребенка.

С одной стороны, у нас приемная семья — это вроде как работа, а с другой — ее обязанности и права внятно не прописаны. Договоры о приемной семье с органами опеки часто очень формальные, безликие, типовые. В договоре надо бы прописывать индивидуальные потребности ребенка, но опека часто вообще не в курсе, каковы они, эти потребности.

— А как обстоит дело в тех странах, где фостерная семья — это сложившийся институт?

— В Англии, например, каждая приемная семья имеет свой профессиональный профиль. Одно дело воспитывать подростка, другое — ребенка с сильными нарушениями развития. У кого-то лучше получается одно, у кого-то — другое. Профессиональная семья может специализироваться на подростках, на детях, у которых есть проблемы с законом, на детях с нарушениями здоровья, с особым образовательным маршрутом.

В западной практике ребенок по возрасту должен перемещаться из одной приемной семьи в другую. На мой взгляд, это совсем ни к чему — это разрыв привязанности, и это именно то, что делают наши учреждения, бесконечно перекидывая ребенка из одной группы детского дома в другую. Но все остальное там вполне разумно, индивидуально, учитывается большое количество факторов.

Временная приемная семья в России

— Так все эти факторы кто-то должен учитывать, то есть как минимум этот кто-то должен о них знать — и сообщить родителям?

— Да, отдельная важная проблема — что у нас приемная семья, принимая ребенка, часто получает кота в мешке и не понимает, какие у нее будут задачи. Опека дает ей минимум информации о ребенке: зачастую она не знает его историю, его диагнозы, плохо представляет себе его психологическое состояние. Семья может оказаться не готова воспитывать такого ребенка, и это может быть риском отказа и возврата его в систему.

— А как сами приемные семьи или потенциальные приемные родители у нас смотрят на возможность побыть временной семьей?

— Я бы сказала, что тенденции полярные. Есть семьи, которые не имеют своих детей и хотят усыновить ребенка, возможно, с сохранением тайны усыновления: им нужен свой ребенок, для себя. Они присваивают ребенка, пресекают его контакты с кровной семьей.

А бывает, что приемный родитель говорит: я прошел или прошла путь от идеи усыновления до того, что надо стать профессиональной приемной семьей. Часто само приемное родительство разворачивает гибких и адекватных родителей к идее профессионального семейного воспитания детей из сиротской системы.

Вообще открытость замещающей семьи дает шанс на семейное устройство детям постарше. Если приемных родителей не смущает, что ребенок уже большой и может помнить свою предыдущую жизнь, они легче возьмут его к себе.

— Как государство относится к идее временной приемной семьи? Опека, к примеру?

— Очень по-разному. Специалисты опеки — очень неоднородная масса. Есть профессионалы, которые понимают, что профессиональная семья — это хорошо. Но есть и те, кто считает, что это корыстолюбивые люди, которые используют сирот для своих нужд.

Такое тоже бывает — когда семья набирает детей, чтобы получать за это приличные деньги. Но нельзя всех считать такими. Хотеть вознаграждения за воспитание приемного ребенка совершенно нормально. Часто травмированный ребенок, прошедший через систему и тяжелейшие события, может нуждаться в серьезной реабилитации. Далеко не всегда она покрывается вознаграждением, которое полагается за это.

Государство вообще довольно криво относится к институту приемной семьи. Опека может в один день прийти и расторгнуть договор с приемной семьей без суда. Я бы сказала, все происходит на глазок, у них нет внятных критериев оценки кризисной ситуации, того, насколько семья справляется с удовлетворением потребностей ребенка с учетом его особенностей и ограничений.

Бывает, что опека приходит к ребенку с особенностями и говорит родителям: он у вас плохо развивается. А он и не может развиваться иначе! Или, допустим, у ребенка проблемы с законом — и для опеки это повод его из приемной семьи забрать и отправить в сиротское учреждение. Есть и такие случаи, и другие, и непонятно, что перевешивает.

— Если нет такой юридической формы, но есть в ней потребность, как фонд с этим справляется?

— Если возникает необходимость в замещающей семье, мы идем к нотариусу и оформляем согласие на передачу ребенка другому взрослому лицу, замещающему родителю. Этот документ не передает все полномочия полностью, но дает ему возможность ходить с ребенком в поликлинику, в школу, на кружки и так далее. Например, сейчас по такой форме из кровной семьи передан ребенок на три месяца, пока решаются вопросы со здоровьем кровной мамы.

Закона нет, но нам ничто не мешает уже сейчас с уважением относиться к фостерной семье, помогать ей выстроить взаимоотношения с кровной семьей эффективно и экологично.

Как наладить отношения между кровной и приемной семьей

— Что же самое сложное в теме временной приемной семьи?

— Я считаю, что наиболее проблемная и болезненная зона — это отношения приемной семьи с кровной. Есть такой образ маргинальной агрессивной семьи с неуправляемым проявлением гнева и агрессии, с неадекватным поведением. Приемная семья боится агрессии или непредсказуемости взрослых, которые могут навредить ей или ребенку.

— Это действительно так? Кровные семьи на самом деле такие?

— Это часто миф. Так тоже бывает, но бывает и иначе. Кровные родители могут быть разными. Это могут быть спокойные и покладистые выпускники сиротских заведений, которые просто не знали, как воспитывать детей. Могут быть горюющие бабушки, которые очень переживают, что потеряли внука, или старшие братья и сестры.

Это очень разные истории. Кстати, когда мы говорим про кровную семью, мы имеем в виду не только родителей. В это понятие мы включаем сестер, братьев ребенка, которые живут в другой приемной семье, бабушек-дедушек, тетей и дядей — любых родственников.

Ситуации, приведшие к изъятию ребенка, могут быть разные: низкие социальные компетенции кровных родителей, злоупотребление алкоголем, психические особенности. Пока мы с семьей не встретимся, мы ни в чем не уверены.

— Что же делать приемной семье, которая как-то должна взаимодействовать с кровной? А приемный родитель в тревоге, он не знает, чего ждать.

— С кровной семьей должен работать кто-то третий — оценивать возможность общения, отслеживать стабильность состояния кровных и приемных родителей. У приемной семьи другая задача — она должна заниматься ребенком. Помогать кровной и приемной семье договариваться о взаимодействии в интересах ребенка — это профессиональная история, ее надо грамотно вести и сопровождать. Это часть нашей работы, специалистов фонда.

— А какого рода проблемы вы решаете, когда становитесь тем самым нейтральным третьим?

— Проблемы может вообще не быть. Но приемная семья совершенно не знает, что ее ждет в коммуникации с кровными родителями. То есть скорее проблема — это тревога и страх, связанный с неизвестностью, непонимание, как с этим обойтись.

Если работой занимается третья сторона, то мы можем прийти к пониманию, что кровной семье не стоит сейчас общаться с ребенком — например, когда кровный родитель злоупотребляет алкоголем.

— А если кровный родитель говорит: «Я хочу встречаться с ребенком»? Разве фонд может ему запретить?

— Если он так говорит, то мы отвечаем: вам нужно прийти трезвым, это обязательное условие, без этого ребенка не приведут на встречу. Органы опеки делегируют нам право выстраивать коммуникацию так, как мы считаем нужным. Кровная семья приходит в опеку, просит разрешения общаться с ребенком, а опека делегирует нам право выстроить линию. Мы диктуем и задаем правила для всех участников коммуникации.

Сначала идет оценочная работа по ситуации в кровной семье, аналогичная — с приемной семьей. Мы проводим какое-то количество предварительных встреч кровной и приемной семьи без ребенка. Когда мы считаем, что обе семьи готовы, они встречаются еще раз, опять без ребенка, и на этой встрече мы договариваемся, как провести встречу уже с ребенком: где именно (обязательно на нейтральной территории), сколько времени, что можно делать во время встречи, чего нельзя.

— Дальнейшие встречи проходят по той же схеме?

— Первое время — да. Могу предположить, что в какой-то момент мы разрешим встречу на нейтральной территории, но, может быть, без специалиста.

— Кровный родитель может прийти на встречу трезвым, а в остальное время продолжать пить. И что тогда?

— Мы не можем вернуть ребенка в такую семью, пока родители эту проблему не решат. Они могут общаться, когда у родителей просветление и она или он трезвые, но жить в такой семье ребенку нельзя.

У нас нет полномочий вернуть или не вернуть ребенка в семью. Мы действуем по ситуации. Возможно, увеличиваем срок работы с семьей. Или обращаемся в опеку и сообщаем, что не видим для ребенка перспектив в кровной семье.

Почему приемной семье нужна специальная подготовка

— Получается, что кровная семья в любом случае будет присутствовать в жизни ребенка, только формы могут быть разные?

— Если речь идет про временное устройство ребенка в приемную семью, то в этом случае всегда предполагается работа с кровной семьей. Встречи с ней — обязательная часть этой программы (кроме исключительных ситуаций), конечно, когда это не несет угрозы жизни и здоровью ребенка.

Ему важно понимать, что кровная мама никуда не делась, что у нее трудности, но она его любит и хочет забрать к себе. Это важно и для ребенка, и для кровной семьи, и для приемных родителей, потому что иначе у приемных родителей повышается риск «присвоить» ребенка, который вообще-то пришел на время. Наша задача — помочь всем потом благополучно расстаться.

— Но люди ведь понимают, что они приняли ребенка на время?

— Понимают, но тревога — вещь иррациональная. Ты можешь понимать, что тебе и ребенку ничего не угрожает, но на уровне чувств у тебя, приемного родителя, может быть злость на кровного родителя, который не справился со своим родительством, ревность, недоверие к этому кровному родителю — справится ли он, или будет очередное «падение», из которого кровная семья уже не выберется.

Наша задача — ориентировать замещающих родителей на то, что кровная семья не лишена родительских прав и не ограничена в них, и что она старается сделать все, что в ее силах.

— Но если кровная семья действительно не может выбраться из ситуации, в силу которой ребенок оказался в приемной семье?

— Если ребенку небезопасно возвращаться, то встает вопрос о выходе в суд на лишение родительских прав или ограничение. Но нас нет задачи дать ребенка на время и ждать, когда кровная семья провалится. Наоборот, мы заинтересованы, чтобы она смогла восстановить свои ресурсы и взять его обратно.

— Не вредно ли для ребенка, что его перекидывают из семьи в семью? Он не запутается — чей он вообще?

— Ребенок, у которого сформирована привязанность, не путается. Какая бы ни была замечательная приемная семья, он все равно хочет вернуться к маме. А если путается и не хочет вернуться, то для нас это показатель, что у него есть серьезные проблемы с привязанностью в кровной семье.

— Нужна ли приемной семье помощь специалистов после того, как она вернула ребенка кровным родителям?

— Да, бывает, что приемной семье непросто отдать ребенка. Бывает, что ей нужна дальнейшая психологическая поддержка, чтобы она могла принять реальность, в том числе то, что ребенок вернется в материально худшие условия.

Приемная семья по определению должна быть более ресурсной, чем кровная, и в кровной у ребенка действительно будут материальные условия хуже, чем в приемной. Но таковы правила игры. Если для замещающего родителя эта мысль — «я вложился в ребенка и вернул его в худшие условия» — невозможна, то, наверное, временное приемное родительство не для него.

Беседовала Анастасия Нарышкина

Фонд «Волонтеры в помощь детям-сиротам» в рамках Школы приемных родителей регулярно проводит курс «Семья в поддержку» — для тех, кто хотел бы стать временной приемной семьей для ребенка, оказавшегося в сложной жизненной ситуации. Этот проект реализуется при поддержке Комитета общественных связей г. Москвы. Также в ШПР можно пройти специальные модули:

  • Курс «Подростки» — идет набор в группу, занятия начнутся в ноябре 2020 года.
  • Курс «Дети с ОВЗ» — набор на новый курс начнется в марте 2020 года.
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Воспитание детей, психология ребёнка, обучение и социализация