Депрессия, паника, проблемы во взаимоотношениях


Содержание

Депрессия, паника, проблемы во взаимоотношениях

Актуальность проблемы депрессий обусловлена большой их распространенностью и тяжестью последствий. Согласно данным ВОЗ, примерно 4-5 % населения земного шара страдает депрессиями, при этом риск заболеть депрессией в течение жизни достигает 20%. Депрессия является хроническим рецидивирующим заболеванием, причем повторные эпизоды возникают примерно у 60% больных. Около 15 % больных депрессией совершают суицид; среди всех случаев самоубийств в 60% их причиной являются депрессии. Таким образом, смертность при депрессиях лишь немного уступает смертности от сердечно-сосудистых заболеваний. Кроме того, биологические механизмы депрессии и тревоги вызывают различные соматические нарушения, которые иногда могут способствовать развитию даже такой тяжелой патологии, как онкологическая. Не случайно существует высказывание: “рак – болезнь печали”.

Нельзя не упомянуть об одной из острейших проблем — проблеме наркомании. Дело в том, что больные наркоманией и алкоголизмом — это клинически неоднородная группа . У части этих пациентов наркологическое заболевание формируется на фоне и в непосредственной связи с психическим- например, с депрессией. Да и патогенетически аддикции, т.е. зависимости, имеют общие звенья с аффективными расстройствами, вследствие чего при лечении аддикций в ряде случаев бывают эффективны антидепрессанты. То же можно сказать, например, о некоторых формах переедания и связанного с ним избыточного веса. Заболевание, которому в последние годы уделяется большое внимание исследователей – синдром хронической усталости — требует при диагностике исключить, помимо прочей, психическую патологию. Подробнее обо всем этом будет сказано ниже.

По прогнозам американских исследователей, к 2010-2030 году депрессии выйдут на 1-е место по распространенности, опередив сердечно-сосудистые заболевания. Чем обусловлена “экспансия” депрессий? Если считать достоверными данные о распространенности депрессии в прошлом, то число людей, страдающих этим расстройством, возросло в 200 раз за последние 100 лет. Отчасти это связано с тем, что раньше врачи не располагали достаточными сведениями, и депрессии просто не диагностировались. Увеличение числа психиатров, знакомство врачей других специальностей с проявлениями депрессии, достижения в изучении клиники и выработке диагностических критериев способствовали большему распознаванию депрессий. Однако несомненно, что имеются и объективные предпосылки роста распространенности этой болезни. Как и многие заболевания, депрессия развивается в зависимости и от биологических, и от социальных факторов, но внешние факторы играют при депрессии особую роль. Многие исследователи считают, что после мощного психотравмирующего воздействия может развиться психическое расстройство, клинически неотличимое от эндогенного, даже если не было никакой биологической предрасположенности. Более того, существует гипотеза, что психические расстройства, полученные в результате таких воздействий, могут “закрепляться” в генотипе, и, следовательно, передаваться по наследству. Нет нужды говорить, что различных психотравмирующих событий в настоящее время происходит в избытке.

По статистике, депрессии чаще наблюдаются у женщин, чем у мужчин. Считается, что здесь играют роль специфика женской психологии, особенности аффективной реактивности, большая стрессодоступность, характерная эндокринная цикличность. Существуют данные о том, что в мозге женщины содержится меньше серотонина, чем в мозге мужчины. Но есть и факты, на мой взгляд, говорящие об обратном. Большинство законченных суицидов совершают мужчины, а основной причиной самоубийств (в 60% случаев) являются депрессии. Среди мужчин явно больше злоупотребляющих алкоголем, курящих, что свидетельствует о возможной недостаточности нейромедиаторных систем, вынуждающей к употреблению стимуляторов и ведущей к зависимости от них. Традиционный образ “настоящего мужчины” – сдержанный, успешный в карьере, обеспеченный – налагает на мужчин определенные обязательства, что для многих является дополнительным стрессогенным фактором. Это же обстоятельство, вероятно, мешает мужчинам обращаться за медицинской помощью, в то время как женщины, как правило, делают это более охотно.

Природа депрессий сложна, многое остается неизвестным, но достаточно изучены отдельные звенья патогенеза. Так, несомненна задействованность в патогенезе норадренергической и серотонинергической нейротрансмиттерных систем. При исследовании содержания основного метаболита серотонина в цереброспинальной жидкости больных эндогенными депрессиями обнаружилось снижение его концентрации, особенно при обострениях болезни. Имеются и другие доказательства участия серотониновой системы в патогенезе аффективных расстройств. Известно, что тромбоциты крови человека являются экстрацеребральной моделью для изучения состояния центральных серотонинергических нейронов, т.к. на тромбоцитах находятся фармакологически идентичные центральным нейронам элементы. У больных аффективными расстройствами выявлены различные изменения функционирования этой системы тромбоцитов. Например, у больных тяжелыми депрессиями в тромбоцитах не были обнаружены серотониновые гранулы, которые имеются у здоровых.

Нейротрансмиттерные системы ЦНС взаимосвязаны между собой, поэтому задействованность одной из них включает действие других.

Механизм действия большинства антидепрессантов направлен на увеличение содержания серотонина и норадреналина в синаптической щели нейрона.

Среди других факторов, способствующих развитию депрессии, называют дисбаланс между работой полушарий головного мозга с доминированием активности правого полушария. Как известно, левое полушарие связано с рационально-логическим мышлением и “ответственно” за положительные эмоции; правое связано с образным мышлением и “отвечает” за отрицательные эмоции. Может быть, поэтому люди искусства среди больных депрессией встречаются чаще, чем, например, ученые. Одним из предполагаемых механизмов патогенеза аффективного расстройства является “переключение” какого-то очага повышенной активности с одного полушария на другое, из-за чего происходит смена аффективных фаз. На этом основано применение в качестве нормотимиков (препаратов, выравнивающих колебания настроения) антиконвульсантов. Локальные поражения головного мозга в зависимости от объема и локализации могут вызвать как гиперактивацию, так и функциональную инактивацию пораженного полушария с растормаживанием структур контрлатеральной половины мозга.

Помимо уже упомянутых норадренергической и особенно серотонинергической медиаторных систем, на биохимическом уровне в патогенезе депрессий (и вообще аффективных расстройств) задействован водно- электролитный обмен. Выделяется роль ионов кальция, в связи с чем в качестве нормотимиков стали использовать блокаторы кальциевых каналов. Соли лития применяются с этой целью уже давно.

Определенную роль в развитии депрессий может играть недостаток в пище триптофана — незаменимой аминокислоты, являющейся предшественником серотонина. Было показано, что диета, практически не содержащая триптофана, может вызвать даже у здоровых людей появление депрессивной симптоматики, а у больных – ее обострение (что является еще одним доказательством роли серотонина в развитии депрессии). Наиболее богатым источником триптофана являются мясные продукты (особенно печень), молоко, яйца. Считается, что употребление в пищу шоколада (особенно горького “черного”) тоже способствует выработке серотонина.

Как известно, одним из проявлений депрессии являются нарушения сна. Выяснено, что изменения длительности и структуры сна могут сами по себе играть роль в патогенезе депрессий. То есть, вынужденный недостаток сна у здоровых людей (связанный, например, с работой по ночам) может вызвать развитие симптомов депрессии.

Определенную роль играет и такой внешний фактор, как изменение освещенности при смене дня и ночи и времен года. Известно, что освещенность влияет на функцию гипоталамуса, серотонинергические ядра ствола и их проекции, воздействуя таким образом на субстрат эмоций — лимбическую систему. Увеличение освещенности тормозным образом влияет на гипногенные зоны этих структур. (Вспоминаются и Болдинская осень Пушкина и строки: “…я не люблю весны. Весной я болен. Кровь бродит, чувства, ум тоскою стеснены …” ).

Доказана задействованность в патогенезе депрессий гормона эпифиза мелатонина. Его секреция происходит в циркадном ритме: минимум его образования приходится на светлую часть суток, а максимум — на темную. Мелатонин контролирует состояние гипоталамо-гипофизарной системы и активность многих эндокринных желез. По механизму обратной связи он влияет на деятельность ядер гипоталамуса, являющихся водителями суточного ритма. При исследовании действия антидепрессантов оказалось, что эпифиз является их местом действия; на мелатониновой гипотезе основано лечение сезонных депрессий ярким светом и, отчасти, терапия лишением сна.

Таковы, в общих чертах, современные представления о механизмах развития депрессий.

Многих интересует, каковы общие звенья в патогенезе столь распространившейся в последние годы наркомании. Общим является, во-первых, анатомический субстрат, на котором “развертывается драма”: это лимбическая система, ответственная за формирование эмоций. Все вещества, способные вызвать зависимость, влияют на катехоламиновую нейромедиацию в “системе подкрепления” лимбической области мозга. Выше отмечалось, что катехоламиновая нейромедиация вовлечена и в патогенез депрессий. Воздействие наркотиков приводит к интенсивному выбросу нейромедиаторов группы катехоламинов из депо, что вызывает возбуждение “системы подкрепления” и, соответственно, положительные эмоции. Хроническое употребление наркотиков вызывает истощение запасов нейромедиаторов. Повторные приемы наркотиков временно компенсируют их дефицит, но это приводит к еще большему уменьшению их содержания. Так формируется психическая зависимость. Затем происходит подавление ферментов, контролирующих превращение дофамина в норадреналин. Накопление дофамина ведет к физической зависимости. На этих данных основано применение при лечении наркомании антидепрессантов и нейролептиков (нейролептики действуют на обмен дофамина)

Понятие “ депрессия” охватывает широкий круг психопатологических проявлений, различающихся как по структуре, так и по выраженности и продолжительности аффективных расстройств. На своеобразие клинических проявлений влияет их нозологическая принадлежность. Депрессии могут наблюдаться в рамках эндогенных психических заболеваний (шизофрения, аффективное расстройство), расстройств круга невротических, при органических поражениях головного мозга, при реакциях на дистресс и нарушении адаптации (психогенные депрессии), при соматических заболеваниях (соматогенные депрессии). Существуют депрессии, связанные с репродуктивным циклом у женщин, депрессии при алкоголизме и длительном приеме некоторых медикаментов, обладающих депрессогенным действием. Соответственно этому многообразию депрессивные состояния могут быть различными по проявлениям, обладать определенной спецификой. Условно их можно разделить на типичные и атипичные депрессивные синдромы. К последним относятся и стертые формы. В зависимости от психопатологического регистра депрессии могут быть психотического уровня, т. е. тяжелыми по проявлениям, и непсихотического, или невротического, уровня. Понятно, что тяжелые и типичные по симптоматике чаще всего попадают в поле зрения психиатров, и, как правило, не вызывают особых диагностических затруднений. А вот различные атипичные формы депрессий встречаются в практике терапевтов и других врачей-интернистов.

Считается, что до 80% депрессивных пациентов лечатся не у психиатров, а у врачей других специальностей. Как показывают исследования, каждый пятый пациент на приеме у терапевта нуждается в лечении депрессии, в общесоматическом стационаре — каждый четвертый.

Из числа обратившихся лишь в 30% случаев устанавливается правильный диагноз и лишь в 25% случаев назначается адекватная терапия. Это обусловлено не только и не столько недостаточной осведомленностью врачей в области психиатрии, но и объективными сложностями диагностики атипичных, стертых форм депрессий. Так, более половины больных не осознают, что страдают психическим расстройством, и предъявляют только соматические жалобы. Такие больные нередко отказываются обсуждать с врачом свои душевные переживания, расценивая их как проявление слабости характера или как следствие своих жизненных проблем. Форма изложения и особенности психологических переживаний могут зависеть от уровня образования, культуры, социального происхождения. Так, отмечается, что факторами риска в плане гипонозогнозии (недостаточного осознания болезни) являются пожилой возраст, мужской пол, низкий культурный уровень. В то же время, некоторые врачи принимают депрессивную симптоматику за психологически понятную, “нормальную”, негативно относятся к психиатрическому вмешательству, чрезмерно используют термины “истерия”, “ипохондрия”, “невроз”.

Несмотря на то, что о депрессиях в последнее время имеется достаточно сообщений как в специальной литературе, так и в СМИ, нередко даже врачи задают вопрос: а что же является депрессией? Чем она отличается от “просто плохого настроения”, которое, как известно, бывает и в норме? В каких случаях требуется психиатр, в каких – психотерапевт, в каких –психолог? Когда нужно принимать лекарства, а когда –нет? Эти вопросы не так уж просты, как кажутся, несмотря на наличие в психиатрии четкой дефиниции понятия и критериев диагностики, на которых мы остановимся позже. Речь здесь идет, конечно, не о “больших” депрессиях, которые обычно не представляют диагностических затруднений, а о депрессиях, возникающих в рамках так называемых пограничных состояний. ( Название “пограничных” они получили потому, что находятся на грани нормы и патологии, которая представляет собой, образно говоря, не тонкую линию, а довольно широкую полосу). Так, следует ли считать больным депрессией человека, который недоволен, скажем, своей работой, зарплатой, семьей и т.п. и в связи с этим почти всегда находится в “дурном расположении духа”? Или человека, у которого произошло несчастье, и он подавлен, плохо спит и ест, не может продуктивно работать? Отмечается, что в настоящее время, помимо термина “депрессия” в медицинском, клиническом смысле, существует бытовое понятие “депрессия”, которым многие, особенно образованные, интеллигентные люди обозначают любое плохое настроение.

Каждая мама обязана знать:  Молодые родители основные ошибки в воспитании детей

Если начать с более простого вопроса – кто нуждается в медицинской или психологической помощи при подавленном настроении – то ответ на него понятен сразу: каждый, кто за этой помощью обращается. Другое дело, какова именно должна быть эта помощь.

Остановимся на реакциях горя вследствие тяжелых утрат. Внезапная потеря объекта привязанности (“ значимого другого” в терминологии психологов) – любовная драма, трагическая гибель и т.п. – рассматриваются как катастрофическое стрессорное воздействие. Последнее приравнивается к событиям экстремального характера, обладающим способностью вызвать дистресс. Напомню, что distress (англ.)- “горе, страдание, истощение”- это стресс, оказывающий негативное, дезорганизующее действие, итогом которого могут быть патологические состояния. Реакция горя может быть “ нормальной” и патологической. Обычно первой реакцией на утрату является шок и недостаточное осознание того, что произошло. Может присутствовать ощущение нереальности происходящего. Следующий этап – полное осознание случившегося, понимание того, что дальнейшая жизнь будет протекать без ушедшего человека. На этом этапе обычно присутствует негативизм по отношению к окружающему. Наконец, следующий этап- принятие случившегося с постепенным возвратом интересов, полноты чувств. Человек, если это зрелая личность, даже приобретает новый опыт, приходит на более высокий уровень осмышления бытия. Этот процесс занимает, в среднем, около года. В течение его часто наблюдаются явления, которые относятся и к депрессивным симптомам, например, нарушения сна, снижение аппетита, утрата прежних интересов. Но эти явления не бывают стойкими, их динамика обязательно должна убывать, редуцироваться с течением времени.

Признаки формирования патологической реакции горя – реактивной депрессии, посттравматического стрессового расстройства — обнаруживаются уже на начальных стадиях психогении. Так, при развитии посттравматического стрессового расстройства имеют место неспецифические истерические, различные диссоциативные нарушения (“отчуждение”, эмоциональный паралич, галлюцинации воображения и пр.). Люди импульсивно высказывают, например, свое желание “соединиться с умершим” с демонстрацией суицидальных намерений. В дальнейшем чаще всего развивается депрессия по типу дистимии (хронически сниженного настроения), причем происходит амальгамирование (“сплавление”) аффективной и личностной патологии, вследствие чего человек фактически становится другим. (Посттравматические стрессовые расстройства являются отдельной темой). При формировании затяжной реактивной депрессии подавленность, нарушения сна, аппетита становятся стойкими, нарастают; в течение длительного времени нарушается поведение, социальное функционирование пациентов. В этих случаях требуется психофармакотерапия с учетом общих принципов лечения аффективных расстройств.

Что же касается состояний, называемых “экзистенциальными депрессиями”, но не являющихся депрессиями в клиническом смысле, которые протекают без особых нарушений поведения, работоспособности и физиологических функций, без тягостных и необычных ощущений, но с чувством неудовлетворенности жизнью, “отсутствия счастья”, то здесь, как правило, лекарства не помогают. Обычно такие состояния встречаются у недостаточно зрелых личностей, которые не могут научиться жить “здесь и сейчас”, видеть хорошее в реальном, обыденном окружении. Когда такие люди обращаются за помощью, им могут помочь психотерапевт, психолог, а некоторым — даже священник.

Итак, что мы называем депрессией. Депрессия ( от лат.- подавление, угнетение) – психическое расстройство, характеризующееся патологически сниженным настроением (гипотимией) с негативной, пессимистической оценкой самого себя, своего будущего и часто прошлого, сопровождающееся искажением мыслительных процессов, двигательным торможением, снижением побуждений к деятельности, соматовегетативными дисфункциями.

В современной классификации (МКБ –10) основное значение придается вариантам течения депрессии – единственный депрессивный эпизод, рекуррентная депрессия, биполярное расстройство (смена депрессивных и маниакальных фаз), циклотимия, дистимия, а также степени их выраженности — легкая, умеренная, тяжелая депрессии. Центральное место в систематике занимает категория “ депрессивный эпизод”. Основные диагностические критерии представлены ниже.

Диагностические критерии депрессивного эпизода

-снижение настроения, очевидное по сравнению с присущей пациенту нормой, преобладающее ежедневно и большую часть дня и продолжающееся не менее 2 недель вне зависимости от ситуации;
-отчетливое снижение интересов или удовольствия от деятельности, обычно связанной с положительными эмоциями;
-снижение энергии и повышенная утомляемость.

-сниженная работоспособность к сосредоточению внимания;
-снижение самооценки и чувство неуверенности в себе;
-идеи виновности и самоуничижения (даже при легких депрессиях);
-мрачное и пессимистическое видение будущего;
-идеи или действия, касающиеся самоповреждения или самоубийства;
-нарушенный сон;
-нарушенный аппетит.

Депрессивный эпизод, как правило, завершается полным выздоровлением. У 20-30 % больных в ремиссии отмечается резидуальная симптоматика (в первую очередь астеническая и соматовегетативная). У трети больных депрессия приобретает рекуррентное течение, причем могут появиться и маниакальные эпизоды, что говорит о прогрессировании заболевания.

Далее приводятся критерии тяжести депрессий.

Депрессии тяжелые, F 32.2 по МКБ-10

-тяжелые депрессии без психотических проявлений: доминируют либо тоска, либо апатия, психомоторная заторможенность, тревога, беспокойство, выявляются суицидальные мысли и тенденции;

-тяжелые депрессии с психотическими проявлениями: бредовые идеи вины, двигательная заторможенность (вплоть до ступора) или беспокойство (ажитация).

Депрессии средней тяжести (умеренные), F 32.1 по МКБ-10

-основные проявления депрессии выражены умеренно; снижено социальное и профессиональное функционирование.

Депрессии легкие (субдепрессии), F 32.0 по МКБ-10

-основные проявления выражено слабо

-в клинической картине могут проявляться лишь отдельные черты (моносимптомы) — утомляемость, нежелание что-либо делать, ангедония, нарушение сна, ухудшение аппетита

-депрессивные симптомы могут быть замаскированы другими психопатологическими расстройствами (тревожно-фобическими, ипохондрическими, вегетативными, алгическими и др.). В клинической картине доминирует один симптом без выраженных проявлений всего аффективного синдрома.

Не останавливаясь на клинической картине типичных аффективных синдромов, рассмотрим варианты атипичных депрессий. Среди них особое место в общемедицинской практике занимают маскированные (скрытые) депрессии.

Нужно подчеркнуть, что маскированная депрессия – это не диагноз в клиническом смысле, а лишь феноменологическая характеристика клинической картины, подозреваемой на депрессию (Kielholz). Депрессии, маскированные соматовегетативными проявлениями, представляют собой сложный психобиологический комплекс, связанный с кортико-висцеральными и висцеро-кортикальными нарушениями. В их патогенезе имеет значение определенная недостаточность тех или иных органов и систем организма (locus minoris resistentiae).

Вследствие того, что больной не осознает, что его недомогание имеет душевное происхождение (этот феномен носит название алекситимии), депрессия может манифестировать расстройствами в физиологической или соматической сфере, что носит название соматизации депрессии. Так образуются “маски”, которых описано множество. Вот некоторые из них.

1.“Маски” в форме алгий
-цефалгии
-кардиалгии
-абдоминалгии
-фибромиалгии
-невралгии (тройничного, лицевого нервов, межреберная невралгия, пояснично-крестцовая)
-псевдоревматические артралгии

2.“Маски” в форме вегетативных, эндокринных расстройств
-синдром вегетососудистой дистонии, головокружение
-функциональные нарушения внутренних органов
-нейродермит, кожный зуд
-анорексия, булимия
-импотенция, нарушения менструального цикла

3. “Маски” в форме нарушения биологического ритма
-бессонница
-гиперсомния

4. Депрессии, скрытые другой психопатологической или патохарактерологической симптоматикой
-тревожно-фобические расстройства
-навязчивости
-ипохондрическая сиптоматика
-расстройства влечений (алкоголизм, нарко- и токсикомании)
-антисоциальное поведение (импульсивность, конфликтность) — чаще у подростков
-истериформное поведение.

Напоминая критерии диагностики легких депрессий, к которым и относятся маскированные депрессии, отметим, что в клинической картине доминирует обычно один симптом.

Понятно, что именно депрессии, принимающие соматические “маски”, а также “маски” в форме ипохондрической симптоматики, встречаются чаще в общемедицинской сети. По некоторым данным, такие больные составляют не менее трети всех пациентов, наблюдающихся у врачей широкого профиля. Часто такие больные убеждены в наличии у себя какого-либо редкого и труднодиагностируемого заболевания и настаивают (предполагая некомпетентность врача) на многочисленных обследованиях. Эта убежденность связана с необъяснимым для пациента ощущением неблагополучия, снижением жизненного тонуса. Кроме того, сами биологические механизмы депрессии могут вызывать соматовегетативные нарушения, что осложняет картину. Так, повышение тонуса симпатической нервной системы, свойственное депрессии, вызывает тахикардию, чувство нехватки воздуха, неприятные ощущения за грудиной, нарушения функции ЖКТ, эндокринные нарушения (например, повышение секреции адреналина и кортизола, обусловливающее гипергликемию). Нарушение циркадного ритма секреции кортизола ведет к снижению иммунитета, что облегчает возникновение инфекционных заболеваний, а иногда злокачественных новообразований (что уже отмечалось, когда речь шла об актуальности проблемы депрессий).

Среди других разновидностей атипичных депрессий можно выделить астеническую депрессию (“депрессия истощения”). Здесь преобладают жалобы на истощаемость, утрату энергии, “ изношенность”. Особенностью депрессивной утомляемости, отличающей ее от обычной усталости и даже от так называемого синдрома хронической усталости, является особое чувство мышечной вялости, нарушение общего чувства тела.

Существуют также так называемые смешанные аффективные состояния, при которых отдельные симптомы депрессии замещаются симптомами, присущими противоположному аффективному полюсу – мании. Среди них встречаются “улыбающиеся” депрессии, отличающиеся повышенным суицидальным риском. Обычно они не сопровождаются выраженными идеаторной и моторной заторможенностью, больной даже улыбается, как бы выражая иронию по отношению ко всему, испытывая при этом особенное чувство безнадежности, безысходности, отсутствия смысла жизни.

Как же распознать атипичную депрессию?
Врач может заподозрить депрессию, когда:

-имеется множество жалоб при отсутствии объективных признаков соматического заболевания;
-самочувствие подвержено суточному ритму с улучшением вечером (реже утром);
— можно отметить периодичность (сезонность), ремиттирующее течение болезни.

При депрессиях, сопровождающих действительно имеющееся соматическое заболевание, признаком является несоответствие выраженности соматовегетативных расстройств и их динамики незначительной тяжести, характеру и закономерностям развития внутренних органов.

Пространство исцеления жизни. Личный сайт Елены Барымовой

Этот сайт о Квантовом процессинге LHS, Терапии QHS ,, исцелении воспоминанием и ренкарнационике. Услуги. Консультации

Об эпидемии депрессии, панических атаках и страхе близких отношений

Об эпидемии депрессии, панических атаках и страхе близких отношений

Почему депрессия опаснее для мужчин, чем для женщин, что делать в случае панической атаки и в чём причина нашей национальной агрессии,— разговор с психотерапевтом и психиатром, доктором медицинских наук з Сергеем Бабиным о том, как отличить депрессию от плохого настроения, почему русские люди такие агрессивные и как понять, что поход к психиатру уже не стоит откладывать.

Про депрессию

— Этим летом погиб актёр Робин Уилльямс, и многие вдруг задумались о том, что депрессия — это не когда тебе грустно и некому руку подать, а серьёзное заболевание, которое может случиться с близким человеком и закончиться суицидом. Объясните, пожалуйста, как понять, что ты болен и уже нужна помощь.

— Действительно, депрессия — одна из наиболее распространённых сейчас проблем. Считается, что она чуть ли не обогнала сердечно-сосудистые заболевания, вот-вот выйдет на первое место. Депрессия — это синдром. Есть разные проявления депрессии: от тяжёлых депрессивных психотических расстройств, когда необходимо интенсивное стационарное лечение, до лёгких форм, которые можно лечить амбулаторно с помощью психолога. У каждого может быть плохое настроение: у нас что-то происходит в жизни, мы все живые люди. Это не имеет отношения к депрессии. Мы говорим о депрессии в первую очередь тогда, когда это состояние не очень связано с какими-то обычными жизненными проблемами. То есть проблемы такие же, какие были всю жизнь, но то, с чем я обычно справлялся сам, теперь я преодолеть не могу. Часто депрессия сопровождается нежеланием что-либо делать, когда человек прекращает справляться с бытовыми и рабочими обязанностями, с домашними не хочет разговаривать, резко сужается обыденное общение.


Очень часто депрессия может сопровождаться, например, нарушением питания, плохим аппетитом, похуданием, реже — перееданием. Перестают интересовать какие-то вещи, которые раньше доставляли удовольствие. Человек может сказать: «Работать мне никогда не нравилось, но футбол по телевизору я смотреть любил, а сейчас мне не хочется». Часто наши клиенты пытаются это понятно объяснить: я устаю на работе, темно, поэтому я никуда не пойду. Это состояние может сопровождаться различными психосоматическими жалобами, потому что жаловаться на психологические проблемы в нашем обществе не очень принято. Сердце болит, голова, желудок — вот это вроде приемлемо, это может вызвать сочувствие. Поэтому депрессия у нас сопровождается такими масками. Есть даже отдельный термин — маскированная депрессия, которая протекает под видом физического страдания. Такие люди чаще обращаются не к пси-специалистам, а к терапевтам, неврологам, кардиологам.

— В каком возрасте люди чаще всего страдают депрессией?

— В разном возрасте она по-разному проявляется. Депрессия молодеет: сейчас у двадцатилетних могут быть проявления депрессии, она часто поражает трудоспособный возраст, но и у пожилых она, конечно, тоже бывает. Нет чёткой закономерности по возрасту, но картина депрессивного расстройства у подростка будет отличаться от того, что мы видим у сорокалетнего. У подростка депрессия, например, часто выглядит как неправильное поведение: ребёнок стал хуже учиться в школе, дерзит старшим, и родители за этим не видят депрессии. А для взрослого человека это, конечно, немного другое: могут быть психосоматические страдания, может быть алкоголизация.

К депрессии приводят определённые стереотипы нашего мышления, которые задаются воспитанием, например так называемыйперфекционизм

Сама депрессия — это именно ощущение беспричинной тоски, подавленности, иногда тревоги. Это может сочетаться. Сложно объяснить словами, у нас очень беден язык для пересказа этих чувств.

— В чём причина депрессивных расстройств? Что говорит наука?

— Однозначной причины нет. В основе депрессии лежат биохимические изменения на уровне головного мозга, они отслежены, поэтому лекарства и действуют. К депрессии приводят определённые стереотипы нашего мышления, которые задаются воспитанием, например так называемый перфекционизм, который закладывается с детства: «Ты должен быть самым лучшим». Мужчина должензарабатывать больше всех денег, женщина должна быть самой привлекательной. В этом, конечно, опасность, потому что нельзя быть совершенным во всём. Когда человек становится взрослее и сталкивается с реальностью, у него есть выбор: или он должен пересмотреть свои взгляды, (а это сложно, потому что они вбивались, когда он был маленький), или он себе говорит: «Если я не справляюсь, значит я плохой». Это один из путей к депрессии. И это, наверное, взаимодействует с биохимическими изменениями, но психологические методы лечения тоже работают.

— То есть психотерапия работает только вместе с лекарственным лечением?

— Иногда вместе, иногда нет. Про лечение можно отдельно говорить: например, в российской культуре очень популярны транквилизаторы. Правда, сейчас их почти нет. Сейчас, наверное, на первое место вышли биодобавки, негрустины какие-нибудь, которые вообще ничего не лечат: у них разовый успокаивающий эффект. На самом деле они — так называемые седатики, то есть тормозящие. Депрессия — это и так внутренняя заторможенность, а я ещё добавляю химический препарат, который тормозит меня ещё больше. То есть, возможно, человек может чувствовать себя лучше, но после продолжительного приёма седативных средств состояние ухудшается. Сложно сказать, кто должен лечить депрессию. На Западе её лечат и обычные врачи-интернисты (врачи, которые лечат внутренние болезни, например терапевты и неврологи. — Прим. ред.), но подготовленные. Но в наших условиях они этого не знают, не видят и не умеют.

Каждая мама обязана знать:  Моя дочь очень одинока

— Расскажите, пожалуйста, про антидепрессанты.

— Антидепрессанты — это масса психотропных препаратов. Они имеют определённые показания и дозировки. Считается, что современные методы психотерапии иногда не менее эффективны, а то и более, чем медикаменты. К тому же примерно треть пациентов не поддаются медикаментозному лечению. В каждом случае нужно говорить индивидуально. Если человек в тяжёлом состоянии с достаточно выраженной депрессией и ему нужно быстрее помочь, наверное, я буду использовать медикаменты, помимо психологического лечения. Если клиент более-менее себя контролирует, пытается сам справиться, хочет разобраться, то можно не принимать лекарства или принимать минимально. Не нужно бояться этих лекарств. У нас есть ещё представление, что антидепрессанты — это почти наркотики. Отчасти это искусственно. С другой стороны, фармкомпании специально рекламируют свои препараты, потому что им выгодно, чтобы население покупало, а врачи назначали.

— По-моему, употребление Prozac уже стало частью массовой культуры.

— Недавно были опубликованы результаты исследования, согласно которым из десяти рецептурных препаратов в Америке, которые чаще всего выписывают врачи, три препарата — психотропные. Один из них — антидепрессант. Это, может быть, другая крайность. С другой стороны, не нужно бояться. Сейчас довольно много специалистов — психиатров, психотерапевтов, психологов. Может быть, пару слов сказать, чем они отличаются?

Про психиатров, психотерапевтов
и психологов

— Давайте, потому что их часто путают.

— Есть врач-психиатр, который лечит психические расстройства и заболевания, медикаментозно или другими биологическими методами. Психиатры бывают разные: есть люди, которые работают в стационарах с тяжёлыми психическими заболеваниями, есть те, кто работает амбулаторно: лечит неврозы, например, или невротические депрессии. Есть детские психиатры, геронтопсихиатры, которые работают с пожилыми. Есть психотерапевты.

В России психотерапевт — это врач, имеющий базовое психиатрическое образование и прошедший подготовку по психотерапии. Он лечит преимущественно психологическими методами, разными видами психотерапии. Психотерапевт лечит депрессии, тревоги, фобии, страхи, межличностные проблемы, семейные конфликты, детские проблемы — широкий круг расстройств.

— Он имеет право выписывать лекарства?

— Да, врач-психотерапевт может выписать лекарство. Психиатров мало, психотерапевтов на Западе чуть больше, но у нас тоже мало, психологов больше всего.

Если женщины делают больше попыток самоубийств, то среди мужчин больше законченных самоубийств как возможных проявлений депресси

Психологи бывают разные: есть те, кто получает образование в клинической или медицинской психологии, они тоже могут заниматься в какой-то степени психотерапией, но не выписывают лекарств. А есть, например, школьные психологи, которые работают только с нормальными детьми в школе. Или производственные психологи, которые работают с коллективом, проводят тренинги по продажам или по формированию команды. Если я начну жаловаться на подавленность психологу на работе, вряд ли он сможет мне помочь. По идее, он должен отправить меня к другому специалисту.

Как понять, что друг болен

— Если вернуться к депрессии, есть ли какая-то статистика, кто больше страдает: мужчины или женщины?

— Обращаются чаще женщины, кто больше болеет — сказать сложно. Мы же не можем выявить всех, кто болеет, потому что не все обращаются. По идее, наверное, большой разницы нет, но в нашей культуре женщине легче обратиться за помощью и её получить. А мужчины у нас не плачут: мужчине прийти к врачу с психологической проблемой означает признаться, что он не может справиться, ему тяжело — это значит поставить крест на мужественности. Поэтому мужчины больше алкоголизируются. Если женщины делают больше попыток самоубийств, то среди мужчин больше законченных самоубийств как возможных проявлений депрессии.

— Если близкий человек болеет депрессией, как понять, что это не просто усталость? Например, я вижу, что мой друг не отвечает на телефонные звонки, ни с кем не общается.

— Должна быть какая-то чуткость к ближнему. Главное, что в этом случае поведение близкого человека необъяснимо меняется. Например, я поругался с любимой девушкой и поэтому грущу — это понятно. Но если я поругался с любимой девушкой, потом она вернулась, а я продолжаю грустить, если после расставания проходит несколько месяцев, а я продолжаю грустить, или вообще у меня всё замечательно с девушками, а я говорю: «Отстаньте от меня, меня ничего не интересует», это должно настораживать. Во-вторых, когда обыденные вещи начинают человека тяготить. Он избегает общения, привычных интересов, меняется обычный рисунок поведения.

Про шизофрению

— В советское время был такой термин — «вялотекущая шизофрения», он был известен тем, что его использовали для борьбы с диссидентами. Насколько я понимаю, в западной медицине его не существует, но при этом ясно, что шизофрения бывает очень разной. Несколько лет назад мой знакомый, молодой успешный парень, уехал в командировку и там покончил собой. И только после его похорон близкие и друзья, общаясь друг с другом, поняли, что человек был не совсем психически здоров, но понять они смогли это только после его смерти. Даже его жена не догадывалась, что он болен.

— У нас есть очень много мифов о психических заболеваниях и о психиатрах. Психиатры — это вообще что-то такое страшное и непонятное, как Ганнибал Лектер. На самом деле психические расстройства — такие же болезни, как и все остальные. Сто лет назад прокажённых ссылали в резервации, а сейчас проказа успешно лечится. То же самое с психическими болезнями. Обычно близкие так реагируют на больного депрессией: он — размазня, лежит, сидит, ничего ему не интересно. «Возьми себя в руки, встань с дивана, пойдём пройдёмся!» Но нужно понимать, что человек не может взять себя в руки. Это не просто какая-то слабость, безволие. Если бы он мог взять себя в руки, то и проблем бы не было. Шизофрения — не такое распространённое заболевание, как депрессия. У неё разные формы и разные проявления: от тяжёлых форм, кончающихся инвалидностью, когда человек не может сам себя обслуживать, до форм, которые протекают невыраженно, с минимальными изменениями. Мы сейчас как раз боремся за то, чтобы эти люди могли быть социально адаптированными, могли работать, учиться и жить самостоятельно.

— Почему люди заболевают шизофренией?

— Считается, что есть наследственный фактор, но даже у одинаковых монозиготных близнецов вероятность наследования разная. Поэтому 60 % зависит не от наследования, а от чего-то другого: от воспитания, факторов раннего развития, от детских травм. У нас очень не толерантное общество. Что уж там шизофреников, мы инвалидов не любим, у нас ни пандусов для них, ничего. Поэтому во многом сама шизофрения носит мифический характер. Реальные люди почти никогда не сталкивались с этими больными. Тем не менее в социуме шизофреники воспринимаются как страшные, опасные, ужасные люди, хотя на самом деле уровень преступности среди них ниже, чем в среднем по популяции.

Как убедить пойти к психиатру

— Меня вот что волнует: даже если я заметила какие-то изменения в поведении, как я смогу уговорить моего близкого человека пойти к психиатру? Это ведь непростое дело.

— Да, конечно. Во-первых, нужно начинать не с похода к психиатру, а с установления близких отношений. Например, подростковые самоубийства обычно происходят для близких как гром среди ясного неба. Но в 99 % случаев это не внезапное самоубийство: человек готовился, он к этому шёл, у него постепенно менялось состояние. Это происходит не за день, два или три, это процесс, который длится неделями. Мы просто этого не видим. Я живу в одной квартире с человеком, но могу не знать, что у него на душе. Подросток одет, обут, учится в школе, за компьютером сидит — и ладно. То же самое с близким человеком: работает, деньги приносит, ну захандрил в последнее время, ну и что? У всех проблемы. Надо развивать глубинные отношения с близкими людьми.

Если я не просто общаюсь по формальным поводам, а действительно понимаю, чем живёт мой близкий человек и что у него на душе. И вот тогда, если я вижу, что его поведение вызывает опасение, если у нас есть доверие, я подхожу и начинаю разговаривать на эту тему. В этом случае мне легче уговорить его пойти к специалисту: сначала к клиническому психологу, врачу-психотерапевту, к психиатру. Тем более сейчас в крупных мегаполисах есть частные медицинские центры, в которые можно обратиться. У нас же ещё боятся психиатров, потому что думают, что «поставят на учёт». Но учёт отменён ещё в 90-е годы. Учёта в принципе никакого нет.

Я живу в одной квартире с человеком, но могу не знать,
что у него на душе

— Я слышала, есть такая закономерность: в любом обществе 13 % людей страдают психическими заболеваниями. Это так?

— Смотря как считать: если мы включаем сюда депрессию, которая чуть ли не у 20 % населения, то эта цифра ещё больше. Если мы говорим о людях, которые страдают тяжёлыми, инвалидизирующими расстройствами, то их несколько процентов. Кроме того, есть огромное число фобических расстройств (страхи, фобии). Считается, что страх полёта на самолёте чуть ли не у 15−20 %.

Про медицинскую реформу

— Что сейчас происходит с психиатрами? Как я поняла, теперь в районных поликлиниках нет ставки психиатра?

— Что в Москве происходит, я не могу сказать: у вас там реформа, которая нам не очень нравится. По идее, психиатрическая помощь должна быть доступна в обычной поликлинике, но сейчас психиатры больше концентрируются в психоневрологических диспансерах (ПНД). Это плохо, потому что человек боится туда идти, а если у меня депрессия или тревога, мне нужно пересилить ещё большую тревогу, чтобы пойти в ПНД. Если бы я видел психотерапевта или психиатра в своей районной поликлинике, мне было бы легче к нему зайти. Сейчас здравоохранение перешло на систему обязательного медицинского страхования, в которую психиатрия не попала. И поэтому, к сожалению, главный врач поликлиники не заинтересован иметь даже врачей-психотерапевтов, потому что они как бы едят чужие деньги: терапевт зарабатывает, а психотерапевт только тратит. Поэтому, к сожалению, в последние годы у нас вымываются из поликлиник психиатры и врачи-психотерапевты. Хотя основная масса пациентов — это лёгкие пациенты, которые должны приходить в поликлиники, где им и нужно оказывать помощь.

Про панические атаки

— В массовом сознании есть такое модное понятие, как «паническая атака». Что это такое и нужно ли её лечить?

— Есть много таких диагнозов, которые периодически становятся модными. Раньше это, наверное, была истерия, теперь — паническая атака. Она действительно широко распространена. Это специфическое расстройство, которое проявляется приступами тревоги на уровне паники, ограниченными по времени. Часто приступы сопровождаются затруднением дыхания, внутренней дрожью, потливостью, сердцебиением, обморочными состояниями. Это длится несколько минут, но человеку кажется, что дольше. Проблема в том, что паника может ограничивать наше поведение. Например, она у меня возникла первый раз в метро. Это зафиксировалось, и я начинаю бояться эскалаторов или избегать поездок в метро, или избегаю переполненных маршруток, если это произошло в маршрутке. Это даже тяжелее, чем сама паника, потому что существенно осложняет жизнь. Паническое расстройство распространено, но довольно легко лечится, в том числе и психотерапией.

— Это немотивированная паника?

— Да, конечно. Она может в сознании человека с чем-то связываться, например с метро. Я понимаю, что это глупо, но настолько плохо начинаю себя чувствовать, что лучше потрачу лишних два часа, но в подземку не полезу.

— А какие у неё причины?

Когда говорят
«мне не хватает любви», это, скорее всего, означает «я сам себя не люблю»

— Причины разные: есть теории, которые говорят о биологической или биохимической склонности к панике. Есть определённые стереотипы мышления, например предвосхищение негативного. Это когда начинаешь себя заранее готовить к худшему, хотя это худшее может не наступить. Очень часто это какие-то случайные совпадения, которые фиксируются, а потом я уже начинаю на них обращать внимание.

Про страх близости

— Ещё я слышала про расстройство привязанности: когда человек встречается с большим количеством людей, но не может построить серьёзные отношения. Как это лечится?

— С научной точки зрения расстройство привязанности — это тяжёлое расстройство, оно бывает у новорождённых, которые не могут установить контакт с матерью. То, о чём вы говорите, — это больше психологическая проблема. Здесь нужно разбираться в каждом конкретном случае. Почему этому человеку сложно устанавливать близкие отношения? Когда он к кому-то приближается и чувствует близость, как мы говорим, ощущение растворения собственного «я», он чувствует, что его границы нарушаются, возникает глубинная психологическая паника. Это довольно тяжёлая психологическая проблема, которая требует длительной работы. Здесь перебором партнёров вряд ли что-то можно сделать. Дело не в партнёрах, дело в себе: я боюсь устанавливать отношения, потому что боюсь сам себя. Когда говорят «мне не хватает любви», это, скорее всего, означает «я сам себя не люблю». Чтобы установить близкие отношения, нужно уметь принимать самого себя, рассматривать другого как субъекта. Это так называемые «я-ты» отношения, когда ты видишь в другом личность и интересуешься его миром. А если я воспринимаю другого как функцию (сексуальную, финансовую или репродуктивную), возникают проблемы. Очевидно, что у меня с самим собой примерно такие же отношения, и я себя самого воспринимаю функционально. Тем более что современная цивилизация в какой-то степени подталкивает нас к тому, чтобы мы других воспринимали как функцию.

— Ну да, потребительское отношение.

— Оно переходит на отношения с людьми. Тебе не понравился человек, как не понравилась одежда — выкини эту кофточку, купи другую. Не понравился этот человек — да господи, плюнь на него и найди другого, с которым тебе что-то понравится. Но это и к себе примерно такое же отношение. Можно машину поменять, но самого себя я поменять не могу, поэтому мне нужно самого себя принять с моими плюсами и минусами. Тогда я смогу полюбить партнёра.

Про личные странности

— Сейчас в массовой культуре неврозы и социопатия чуть ли не романтизируются: вот какой я особенный, друзья знают, что я ем только жёлтые фрукты, а разговариваю я с коллегами, которые сидят за соседним столом, только через Skype. В одном из последних New Yorker опубликован огромный рассказ Лины Данэм о её детских неврозах, Элайджа Вуд сыграл прекрасного неврастеника в «Полной иллюминации», то есть это такой популярный образ современного героя. Но у меня вопрос: когда эти особенности характера уже являются свидетельством каких-то нездоровых процессов?

— Я думаю, когда они мешают жить нам или нашим близким. Если я куда-то не хожу по пятницам и все мои приятели это знают, я сам это знаю и с юмором к этому отношусь, то, в общем, никаких проблем я здесь не вижу. Кто-то на работу приходит и начинает день с того, что поправляет стопочку бумаг на столе, раскладывает документы, а у другого — бардак на столе. Это особенность их личности. Но если я не могу приступить к работе, прежде чем десять раз не проверю рабочий стол на компьютере, электронную почту, не поправлю эти листочки, а потом я начинаю работать и вдруг вижу, что кто-то мимо проходящий сдвинул листочек, и мне нужно всё прекратить, поправить листочек и начать всё заново — тогда, конечно, это мешает мне жить. То же самое с тревогой: есть нормальный уровень тревоги, я могу переживать за детей или за собственное здоровье. Но когда, например, мать ночью будит ребёнка, потому что ей кажется, что он не дышит, и это происходит несколько раз в течение ночи, и уже ребёнок (младший школьник) ей говорит: «Мама, ты совсем ку-ку, отстань от меня!» И она плачет, понимая, что это глупо, но у неё такая тревога, ей кажется, что он не дышит, и она его будит: «Ты жив, сыночек?» Это, конечно, тяжёлый невроз, и это требует лечения.

Каждая мама обязана знать:  Настольные игры как инструмент развития ребенка

Тревога и депрессия – взаимосвязь и взаимодействие

Повышенная тревожность является важным симптомом депрессии (около 75%). Депрессия и тревога довольно часто переплетаются между собой, и редко встречаются отдельно друг от друга. Даже если человек сам по себе тревожен и склонен к беспокойству, при возникновении тревожной депрессии эти симптомы гиперболизируются и начинают проявляться более ярко.

Общие причины возникновения повышенной тревожности и депрессии

  • Генетическая предрасположенность к депрессивным и тревожным состояниям. У тех людей, родственники которых страдали от депрессии или повышенной тревожности, значительно повышается уровень возможности возникновения этих же расстройств;

  • Неудовлетворительные жизненные обстоятельства. Возникновение психотравмирующих ситуаций и неумение правильно и эффективно с ними справляться также может стать причиной возникновения тревожно-депрессивной симптоматики.
  • Результат системного дисбаланса нейромедиаторов. Наблюдается дисфункция серотонинэргической нейромедиаторной системы – гиперактивность за счет повышения пресинаптической чувствительности 5НТ1А-рецепторов.

Тревога может возникать в определенных жизненных ситуациях или же присутствовать постоянно.

Тревога – как механизм адаптации

  • Мобилизационная – наблюдается в норме, возникает периодически, мобилизует психофизический ресурс личности.
  • Личностная – наблюдается как характерная черта ананкастной личности, когда снижен порог возникновения тревоги.
  • Ситуативная – запускается стрессогенными факторами и прекращается при окончании психотравмирующей обстановки.
  • Социальная – присутствует в определенных общественных ситуациях, а также в тех случаях, когда личность находится в центре внимания (экзамены, доклады, прием пищи в общественных местах и т. п.).
  • Повышенная тревожность может рассматриваться как личностная особенность человека (тревожные личности) и как ситуативная реакция, а также как симптом при разных заболеваниях.

Какой бывает патологическая тревога?

  • Невротическая – (МКБ 10: тревожно-фобические, агарофобии, социальные фобии, смешанное тревожное и депрессивное расстройства, обсессивно-компульсивное расстройство).
  • Соматическая – когда личность реагирует на «соматические симптомы». Они не подтверждаются лабораторными и инструментальными обследованиями. Это ипохондрические расстройства, соматоформная вегетативная дисфункция, хронический болевой синдром, соматоформные расстройства.
  • Физиологическая – наблюдается после операции или интоксикации.
  • Витальная – возникает тогда, когда человек испытывает страх того, что нельзя осуществить витальные функции (голод, жажда, секс и т.п.).
  • Психотическая – наблюдается при психотических заболеваниях.
  • Фармакогенная – присуща синдрому отмены, интоксикации, применению тиреотропных и др. препаратов, а также кортикостероидов.

При повышенной тревоге наблюдается страх и внутреннее беспокойство. При депрессии уровень тревоги может достигать такой степени, что больной мечется, не находя себе место, и даже способен нанести себе самоповреждение. Это состояние сопровождается страхом, двигательным возбуждением, тревожными вербигерациями (когда пациенты повторяют одинаковые фразы или слова) и называется «ажитация» или «тревожный раптус». Учащенное сердцебиение, повышение артериального давления являются характерным проявлением тревожной депрессии, потому что из-за выраженной тревоги повышается активность вегетативной нервной системы.

Тревожные пациенты более, чем в 90% случаев приходят за помощью к врачам соматического профиля.

70% их жалоб имеют соматовегетативный характер – ВСД.

Дисморфные, «необъяснимые» (medically unexplained symptoms), соматизированные, функциональные симптомы.

Но определить у пациента истинную причину (депрессивное состояние) всевозможных соматических жалоб врачу не психиатру не всегда просто. Больные депрессией, которая маскируется соматическими симптомами, на фасад выдвигают жалобы на всевозможные болевые проявления (головные боли, а также боли в области сердца, желудка и по всему телу), диспептические явления (чаще запоры), ухудшение памяти, снижение концентрации внимания и восприятие новой информации, тахикардию, повышение артериального давления и т.д. Они не рассказывают на приеме у терапевта или невропатолога о сниженном настроении, чувстве тоски, тревоги и безысходности. Но опытный и неравнодушный врач всегда увидит серое лицо, потухшие глаза, опущенные носогубные складки и односложные ответы после длительных пауз. А самое главное – поможет!

Чтобы избавиться от тревожно-депрессивной симптоматики обращайтесь за помощью к специалистам, которые помогут увидеть жизнь в ярких красках и свет в конце туннеля.

Депрессия, приступы паники, апатия.

Страдаю от приступов паники по ночам, от чувства затянувшейся апатии ко всему, что происходит вокруг меня, не испытываю абсолютно никаких эмоций, часто без причины плачу. Не хватает эмоций, какой-то живости. Присутствует чувство несостоявшейся жизни, как будто я постоянно что-то делаю не так, постоянное чувство, что я ничего не значу для окружающих меня людей. Ненависть к себе, к своему характеру, внешности, отношению к жизни. Постоянно упрекаю себя за что-то. В последнее время приступы паники участились, могу лежать всю ночь, чувство страха без причины охватывает меня с ног до головы, болит сердце, не хватает воздуха, без приметы льются слезы, трясёт. Постоянно кажется, что меня никто не слышит, даже сейчас я думаю, что нагнетаю и сама придумываю проблемы. Не могу заставить себя что-то делать, постоянная апатия, вроде и строю планы и хочу начать что-то, но заставить себя очень сложно. Дурацкое чувство нехватки чего-то. Вроде бы в жизни все нормально, ничего страшного не происходит, но постоянное чувство, что что-то не так. Зачастую грущу, плачу, корю себя за что-то. Не испытываю радости и облегчения, положительных эмоций, они кратковременно приходят, конечно, но быстро исчезают и все возвращается на круги своя. Такое ощущения, что я сижу в темной яме и изредка вижу свет, так странно. Странно рассказывать людям о панических аттиках, хотя я даже не уверена, что это они. Никто не понимает этого, никто не может дать дельный совет, поэтому я пишу вам, в надежде, что вы поможете мне прояснить мое состояние.

Автор вопроса: Элен Возраст: 25

На вопрос отвечает психолог Соколова Наталия Александровна.

Для начала необходимо установить причину, которая спровоцировала Ваше внутреннее состояние. Причина (несколько причин) может возникать в последствие:

— низкой оценки (отсутствия положительной оценки) со стороны близких людей;

— излишних самообвинений в происходящих событиях;

— бездействия и отсутствия интересов;

— отсутствия целей, невозможности реализовать себя;

— обид с последующей изоляцией от внешнего мира;

— невозможности поделиться внутренними переживаниями с близкими или друзьями (недопонимание, плохие отношения, отсутствие друзей).

Когда существующая потребность быть услышанной не удовлетворяется, внутренние переживания сдерживаются и накапливаются, тогда эмоциональная разрядка происходит через плач, который Вам кажется беспричинным.

В своем письме Вы обращаете внимание на чувство ненависти к себе, своему характеру, внешности, отношению к жизни. Какой бы Вы хотели себя видеть? Какие препятствия встречаются на Вашем пути? Что Вы можете изменить уже сейчас, чтобы приблизиться к желаемому образу?

Вы пишите, что испытываемое состояние ассоциируется с тёмной ямой, в которую изредка пробивается свет. Попробуйте образно представить, как Вы в ней оказались? Что означает появляющийся свет? Почему Вы сидите в этой яме и не предпринимаете попыток из нее выбраться? Рассмотрите максимальное количество возможных выходов, даже если они будут нелогичными.

Определив причину негативного состояния, работать в последующем нужно именно с ней. Со временем, по мере решения вопроса, Ваше физическое состояние придет в норму.

Что такое тревожная депрессия и как с ней бороться?

Тревожная депрессия — разновидность психического расстройства, невроз, лишающий человека радости полноценной жизни и обрекающий на ожидание катастрофического для него события. Подавленное настроение и тревожность влияют на уровень жизни пациента, а при отсутствии помощи способны привести к суициду.

Причины тревожной депрессии

Основная причина, по которой появляются симптомы расстройства — это фиксация внимания на травмирующих психику факторах. В норме тревога по поводу каких-то происходящих важных событий свойственна каждому. Но волнение быстро проходит, когда заканчивается сама ситуация. При тревожной форме депрессии нервное напряжение не покидает человека, даже если ему ничего не угрожает.

Вызвать такое состояние может долговременное воздействие стрессовых факторов. Чаще всего пациенты отмечают существование межличностных конфликтов на работе или в семье. Сильный стрессообразующий фактор — невозможность удовлетворения своих потребностей. При тревожной форме расстройства подавленность человека усугубляется тем, что он не находит способа удовлетворить желания и в будущем.

Постоянная причина стресса — интенсивный график работы. Отсутствие полноценного отдыха и релакса в течение дня, боязнь сделать что-то неправильно или не вовремя формируют смешанное тревожное и депрессивное состояние, которое постепенно трансформируется в психическое заболевание.

Симптомы тревожной депрессии

Поведение человека, который находится в состоянии подавленности и тревоги, меняется:

  • снижается самооценка, возникает чувство вины;
  • повышается критичность к себе: человек не может простить свои ошибки, долго переживает допущенные просчеты;
  • обладает повышенным сопереживанием к проблемам других и старается всем помочь, иногда в ущерб своим интересам;
  • становится боязливым и неуверенным в себе.

Самый частый симптом — постоянная тревога. Она выражается даже в общении: человек может часто упоминать о каких-то ожидаемых несчастливых событиях и изменениях как в своей личной жизни, так и в катастрофическом масштабе.

Тревога может быть направлена и в прошлое, и в будущее. Пациент способен сомневаться в сделанном когда-то выборе либо ожидать неприятностей от предстоящего события (свадьбы, покупки квартиры и пр.). Из-за постоянно подавленного настроения и неясной тоски появляется склонность к слезам без видимой причины. Больной человек не может ответить на вопрос о том, что является причиной его переживания.

Для окружающих могут стать явными следующие симптомы:

  • настороженность и подозрительность;
  • двигательное и речевое возбуждение (хаотичные перемещения, болтливость и пр.);
  • повышенная потливость;
  • жалобы на внутреннюю дрожь, озноб или жар;
  • ускорение ЧСС;
  • проблемы засыпания и сна, утренняя разбитость и постоянная сонливость днем;
  • сниженная работоспособность и высокая утомляемость, некачественное выполнение заданий.

Тревожное расстройство часто проявляется как депрессивный синдром с паничекими атаками. Во время приступа человек выражает крайнюю обеспокоенность за себя или близких. К этому состоянию присоединяются агорафобия (страх открытого пространства) или боязнь замкнутых помещений, общественного транспорта или метро. Человек боится оставаться в одиночестве или испытывает дискомфорт от большого скопления людей. Все это снижает уровень жизни, заставляет человека избегать чужих попыток помочь ему.

Лечение тревожной депрессии

Посоветовать правильный способ, как выйти из патологического состояния, может только врач-психиатр. Не следует применять никаких народных средств или заниматься самолечением.

Помочь человеку, страдающему тревожным депрессивным расстройством, может только профессионал и специальные методики терапии при помощи медикаментов и без них.

Препараты при тревожной депрессии

Выбирать методы, как лечить тревожную депрессию, должен психиатр. При тревожной форме нервного расстройства лечение должно продолжаться не менее 6 месяцев. В это время больному человеку необходимо постоянно принимать назначенные психиатром лекарства.

Среди медикаментов могут оказаться антидепрессанты класса СИОЗС (Амитриптилин, Имизин, Сонапакс и пр.). Их применяют в течение всего времени терапии. Дозировка подбирается индивидуально, а лечение проходит под контролем врача.

В течение нескольких первых недель лечения пациенту могут назначить и транквилизаторы (бензодиазепины). Они помогут устранить нарушения сна, снимут чувство тревоги и позволят человеку чувствовать себя лучше и уверенней. Но эти препараты нельзя принимать более 14 дней подряд, иначе они вызовут привыкание. Определять необходимость их назначения и отмены тоже может только лечащий специалист. Самостоятельно эти препараты пить нельзя.

Психотерапия

Кроме медикаментозной терапии, пациент должен получать и психотерапевтическое лечение. Психотерапия способна как бороться с тревожной депрессией, так и выявить фактор, который спровоцировал развитие патологического состояния. Желательно устранить психотравмирующую ситуацию из жизни больного, чтобы лечение проходило быстрее. Но сделать это можно не всегда, поэтому психотерапевт помогает пациенту осознать и изменить отношение к беспокоящей его проблеме. Иногда для этого требуется только снизить фиксацию внимания на событии.

Сеансы психотерапии оказывают и другое воздействие:

  1. Пациенту сообщают о механизмах формирования страха и тревожности. Специалисту важно донести до пациента мысль о том, что его состояние не представляет угрозы, и сделать отношение к своему самочувствию более спокойным.
  2. На сеансах человека учат расслабляться и снимать напряжение, достигая уравновешенного состояния. Это помогает адекватно оценить ситуацию, ее развитие или прошедшие события.
  3. Повышение самооценки происходит при формировании нового взгляда на личные особенности и попытках принять себя таким, как есть.
  4. Появление новых элементов мировоззрения помогает нормальному восприятию сложившейся ситуации и дает возможность развития личности.

Добиться успеха психотерапевтическими методами можно только при желании самого пациента выздороветь и продолжать жить без своей тревоги.

В тяжелых случаях для лечения может быть применен гипноз. Он помогает изменить патологические установки мышления на адекватные.

Физиотерапия

В активной и неактивной фазах заболевания рекомендовано и применение физиотерапевтических методик. Они направлены на устранение симптомов (нарушений сна, фантомных болей и других вегетативных проявлений). Для лечения применяют электрофорез с назначенными медикаментами, дарсонваль и др.

При тяжелом течении заболевания лечение проводят в стационаре с применением электросудорожной терапии.

Что будет, если не лечить тревожную депрессию?

При отсутствии адекватной терапии развитие тревожного расстройства продолжается. Болезнь постепенно принимает новые формы, к существующим фобиям добавляются новые. Усугубляется и физическое состояние: отсутствие полноценного сна и невозможность расслабиться и отвлечься от собственных переживаний заставляют человека терять энергию и избегать любой физической активности. Уровень его жизни падает не только в физическом, но и в социальном плане. Может распасться семья, произойти потеря работы и т. п.

Из-за происходящих изменений больного посещают мысли о суициде, а от постоянного стресса начинают страдать внутренние органы. Кроме психологических проблем появляются заболевания нервной, сердечно-сосудистой, эндокринной системы.

Уважаемые читатели! Мы настоятельно рекомендуем перед приёмом препаратов или самолечением обязательно обращаться за консультацией к врачу. Имеются противопоказания.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Воспитание детей, психология ребёнка, обучение и социализация