Домашнее обучение плюсы и минусы


ОБРАЗОВАНИЕ В МОСКВЕ

Информация, адреса, документы, отзывы .

Домашнее образование. Плюсы и минусы. Виды домашнего образования.

По какой причине родитель, имеющий возможность дать ребёнку качественное образование в проверенной школе, выбирает домашнее обучение? Адекватных причин как будто немного: особенности развития, болезнь, либо серьезные занятия спортом, предполагающие дальнейший переход в профессиональную карьеру.

Обучение на дому год от года набирает всё большую популярность по всему миру. Отказ от школы: хорошо или плохо? Модель воспитания без четко прописанной программы называется хоумскулинг. Для начала разберёмся, что содержит в себе этот международный термин.

Итак, существует несколько видов хоумскулинга.

Семейное обучение

Родители заключают со школой договор, согласно которому ребёнок может посещать любые занятия на выбор. При этом он должен проходить аттестации, сдавать экзамены, практические и лабораторные работы в установленные школой сроки.

Экстернат

Ребёнок изучает школьную программу самостоятельно, без участия школы и учителей, в удобном для него темпе и никак не зависит от сроков, установленных для детей, посещающих школу. Таким образом, учащийся может за полгода освоить двухгодичную школьную программу.

Надомное обучение

Такая модель обучения возможна при наличии медицинских показаний. Выделяются часы для посещения ребёнка школьными учителями. Преподаватели могут проводить занятия на дому от 8 до 12 часов в неделю – в зависимости от возраста ребёнка.

Анскулинг

Образование не определяется школьной программой или учебным планом. Родители выступают «посредниками» в процессе обучения. Они помогают детям познавать окружающий мир, ставить перед собой цели и реализовывать возможности. Модель основана на природном любопытстве детей.

Нонскулинг

Полное отсутствие какой-либо программы обучения. Ребёнка ни к чему специально не готовят, ничего не запрещают, не заставляют подчиняться установленному учебному алгоритму. Все желания и действия ребёнка рассматриваются как естественная потребность в получении знаний.

Преимущество домашнего обучения очевидно.

Хоумскулинг гарантирует индивидуальный подход к каждому. Ведь у всех разные способности и таланты. Ребёнок может с первого урока понять правило по русскому языку и ему не нужно тратить время на закрепление знаний, прописывая десятки упражнений.

И наоборот: если есть пробелы в какой-то дисциплине, вы можете уделить сколько потребуется внимания проблемным моментам, не озираясь на одноклассников. Учебная методика и ритм занятий «подгоняются» специально под вашего ребёнка.

Наконец, некоторые родители полагают, что обучаясь по «домашней системе», ребёнок скорее поймёт, какое профессиональное направление выбрать в будущем.

если ребёнок растёт вне конкуренции, как же он поймёт, что выигрывает именно в этом направлении? И ещё: если вы заранее выбрали определенный предмет для углубленного изучения, откуда вам знать, что именно эта дисциплина – призвание вашего ребёнка. Возможно, будь у него выбор, со временем он заинтересовался бы другим направлением и проявил иной талант.

Домашнее обучение может стать полезной альтернативой для старшеклассников.

Если вы решили отдать ребёнка в определённый вуз и предпочитаете уделить внимание отдельным предметам и не распыляться на «ненужные» дисциплины. С другой стороны, вы можете выбрать подходящее профильное направление в любой московской школе.

Многие родители, выбравшие для своих детей хоумскулинг, уверены, что обучение в стенах школы напрочь отбивает естественное желание получать знания. То есть школьная дисциплина и стремление к хорошим отметкам подменяют природную любознательность.

Противники школьного обучения также считают, что учебное заведение унифицирует детей. Более того, социализация в рамках школы абсолютно не похожа на нормальную социализацию, поскольку школьное сообщество разительно отличается от «взрослого» человеческого общества.

Между тем психологи утверждают, что школа – это обязательный этап социальной адаптации ребёнка.

Да, «школьное сообщество» зачастую бывает непохожим на общество, к которому мы привыкли. Стрессовые ситуации в школе нередко случаются, это ни для кого не секрет. Но именно такие ситуации готовят ребёнка к реалиям взрослой жизни. Выращенному в тепличных условиях индивиду будет труднее адаптироваться в суровых условиях нашей жизни.

Обучаясь в коллективе, ребёнок учится завоевывать лидерство, выдерживать конкуренцию и давать отпор противникам. Жизнь «в изоляции» навряд ли научит детей находить общий язык с разными социальными группами и темпераментами. Интеллект и навыки коммуникации далеко не одно и то же.

Наконец, отказываясь от школы, мы не только лишаем ребёнка общения со сверстниками, но берём на себя огромную ответственность.

Репетиторы и дополнительные занятия – это большие деньги. Если денег нет, получается, нет и качественного образования. Зачем рисковать, когда школа сегодня – это компетентные педагоги и выработанная годами система образования. Причём абсолютно бесплатно.

Что же касается индивидуального подхода, это один из основных принципов столичных учебных заведений. Московская школа давно отказалась от советской «строгой» модели преподавания и перешла на дружественный диалог учителя с учеником.

Если ваш ребёнок хочет уделить внимание конкретной дисциплине, он может выбрать подходящее профильное направление.

Доктор педагогических наук Анатолий Викторович Мудрик уверен, что школьная среда способна влиять не только на ребёнка, но и на общественную жизнь в целом.

По мнению специалиста, дети на подсознательном уровне усваивают в школьный период нормы поведения в обществе, подражают, отождествляют себя с отдельными людьми или группами. Иными словами, учащиеся не только получают базовые научные знания, но вольно или невольно знакомятся с социальными ролями, осваивают моральные устои и ценности. То есть с одного школьника начинается целое общество, нормальное, цивилизованное общество.

Как это всегда бывает, однозначного ответа на вопрос «Хорошо или плохо?» не получилось. Во всех вариантах обучения есть свои плюсы и минусы.

Одно ясно наверняка: при выборе модели воспитания необходимо учитывать желания и особенности вашего ребёнка. Для начала поинтересуйтесь у вашего ребёнка, хочет ли он учиться отдельно от своих сверстников.

Домашнее обучение. Опыт мамы из Екатеринбурга

Плюсы и минусы, трудности и радости домашнего обучения. Взгляд изнутри.

Перевод ребенка на семейное или домашнее обучение — серьезный шаг. Сегодня мы побеседовали с екатеринбурженкой Katiruta Ivkina, смелой мамой, которая не смирилась с кризисом в образовании и решила учить ребенка самостоятельно. За первые полгода они с дочерью освоили программу пятого класса и уже приступили изучать материалы шестого.

Каким образом семья пришла к мысли о домашнем обучении, с какими трудностями столкнулись, какие плюсы обнаружились и как пережил ребенок уход из школы, читайте в нашем интервью.

— Почему ты решила перевести ребенка на домашнее обучение?

— Причин, конечно, много. Если бы причина была одна, мы бы из школы не ушли. Всегда уходят по совокупности причин. По одной причине уходить глупо.

Первая причина это то, что у меня самой не было опыта школьного обучения, я училась на дому, а экзамены сдавала экстерном. Поэтому для меня домашнее обучение — понятно и привычно. Тем не менее, ребенка не хотелось лишать школы, тем более, я не знала, что это такое, было интересно.

Что мы видим в школе? Это та самая вторая причина. Современное школьное образование находится в глубоком кризисе независимо от школы. В чем заключается кризис? Любое государство мира дает заказ на образование. Смотрят какие профессии будут нужны через 20 лет. Инженеры, технологи… Если слишком много мальчиков, чтобы не было гражданской войны, вырастим дебилов. Это тоже госзаказ. Конечно же, вслух этот заказ не озвучивается, но общество считывает, и школа учит по конкретному заказу.

Мы же сейчас находимся в такой ситуации, когда госзаказа не существует, школа не знает, кого ей учить. И соответственно школа никого не учит.

Вот сегодня мне сказали в кулуарных разговорах на уровне департамента образования: «Школа не обязана вас учить, школа делает срез знаний». Но ведь выросли в Советском Союзе. Мы хотим образования! Мы обижаемся! Почему наших детей не учат?! Почему у нас плохой учитель. Но хороший. Он честно проводит срез знаний. Он честно выявил, что ваш ребенок читает со скоростью 120 слов в минуту. Для того, чтобы осознать, что это не учитель плохой или школа плохая, мне потребовался год. То есть ко второму классу я поняла, что проблема системная, которую я никак решить не могу.

Во втором классе у нас появилась третья проблема, которая впоследствии стала еще одной причиной нашего ухода из школы. Мой ребенок не школьный. Несмотря на то, что она очень общительная, она с замашками, она умная. Но у нее обостренное чувство справедливости. Если я работала, я вкалывала, я должна получить за это вознаграждение. Если Вася вкалывал, он тоже должен получить вознаграждение. Если Коля ничего не делал, он не должен получать вознаграждения. И когда мой ребенок оказался в ситуации, что вознаграждение можно не получить, даже если ты работал, и в тоже время вознаграждение могут дать тому, кто этого не заслужил, начался протест, истерики и конфликты.

Еще один момент. Моего ребенка начали травить. При этом негативный настрой шел именно от мам. Когда девочка говорит: «Я тебя ударю, ты мне дашь сдачу, а я сниму это все на телефон, моя мама отнесет это юристу и твою маму посадят». Однозначно же, что в 8 лет ребенок сам это придумать не мог. В итоге мой ребенок действительно дает сдачу и меня начинают вызывать к учителю, к директору. И только после того, как мы обратились к психологу, к специалистам, которые смогли доказать, что моего ребенка действительно травили, нас оставили в покое.

Поскольку я стала защищать своего ребенка, а не встала на сторону администрации, погрозив дочери пальчиком, негативно сказалось на ее учебе. Например, побеждает в олимпиаде, а на район отправляют другого ребенка, или вешают на доску почета не ее фотографию.

Еще одна причина, по которой мы ушли на домашнее обучение, это нехватка времени. Дочь профессионально занимается музыкой и биологией. А когда ребенок полдня бездельничает в школе, а потом еще полдня я ее учу дома, делая уроки, нам просто не стало на все хватать времени.

— Как ребенок пережил переход из школы на семейное обучение?

— Ребенок школу любил. И любил по той простой причине, что дома нужно учиться, а в школе полдня бездельничать в кругу себе подобных. Естественно, известие о том, что она будет теперь учиться дома, изначально было воспринято в штыки. Главной проблемой для нее стало: а как теперь общаться с ребятами? Но когда до нее дошло, что ей не нужно вставать в семь утра, что не нужно сидеть на скучных уроках, а общение с одноклассниками может проходить во внеурочное время, она согласилась.

— Как в школе восприняли ваш уход?

— Администрация школы восприняла совершенно спокойно. Это наше право. Но чувствуется обиженный подтекст: как это мы решили, что можем выучить лучше, чем они. Но спокойно прикрепили нас к себе. Хотя изначально мы хотели прикрепиться к другой школе, так как нам важно участвовать в олимпиадах и выходить на район и город. Но там нам прямо сказали, что просто не хотят связываться неизвестно с кем, во второй школе попросили 30 тысяч в год.

— Как документально это все оформляется, сложно?

— Пишутся два заявления на имя директора школы и на имя департамента образования, все образцы и бланки есть в школе. Одно заявление с просьбой выдать документы ребенка в связи с переводом на семейное обучение, второе заявление с просьбой прикрепить к школе для промежуточных аттестаций. Далее из департамента приходит разрешающий документ, при этом, разрешение дается автоматом. После этого личное дело выдается на руки.

— Вы ходите в школу только для аттестаций или можно приходить на внеурочные мероприятия?

— Закон об образовании гласит о том, что дети на семейной форме обучения имеют те же самые права, что и дети учащиеся очно. То есть они также от государства должны снабжаться учебниками, они имеют права на две консультации в месяц по всем предметам, они имеют право и должны участвовать во внешкольной деятельности, они имеют право на участие в олимпиадах, они должны проходить аттестацию, а график экзаменов должен предоставляться не позднее, чем за две недели. Но фактически ничего из этого, кроме олимпиад, нет.

Учебников нет, консультаций нет, в школу приходить нельзя, директору это не нравится. Ни про какие экскурсии и внеурочную деятельность вообще речи не идет, там классному руководителю не нравится даже если дочь приходит на школьный двор гулять с ребятами.

Ну и график экзаменов за две недели нам не предоставили. То есть мы узнаем буквально за день, что нам нужно прийти в школу на аттестацию.

— Как проходит ваш учебный день?

— Помимо школьной программы, ребенок занимается 5 дней в неделю в музыкальной школе, она ходит на робототехнику, она занимается парусным спортом, в школе ремесел и серьезно занимается биологией. Исходя из всего этого, мы составляем график с учетом дороги на каждый день. Школьной программой мы занимаемся понедельник и вторник до обеда, в среду три часа. В четверг мы не занимаемся. В пятницу репетитор по английскому. Суббота и воскресенье выходной, но в эти дни я ей подсовываю дополнительно по школьной программе.

— А как ты учишь, как учитель в школе?

— Мы составили расписание уроков с академическими часами, расписали темы с поурочными планами. Я выдаю задания, что надо сделать. Распечатки учебника, методические материалы, дополнительную литературу. Вначале она должна сама пройти теоретический материал, потом сама закрепить его. Если возникают вопросы, то она может подойти ко мне, но только после того, как сама все сделает.

По истории и географии мы подключаем видеоматериалы, по биологии мы вообще ничего не делаем, это хобби, в котором она разбирается лучше меня, хотя я победитель всероссийской олимпиады по биологии.

Два раза в неделю у нас коллоквиум по математике. То есть даю ей два часа и 100 примеров, которые нужно решить. Или задач.

— И как у тебя хватает времени на то, чтобы составить все эти поурочные планы?

— Песни о том, что составлять поурочные планы это огромный труд учителя — вранье, навязанное обществу. Потому что составление поурочных планов на год по всем предметам у меня заняло ровно 67 минут.

Я во многом не согласна с программой, поэтому корректирую под себя. Например, проблемы, которые возникнут на ЕГЭ, сеятся уже в 5 классе. Пример: в 5 классе они начинают изучать комбинаторику, но по программе им не дается понятие факториала. Ни в одной из пяти школьных программ не изучают факториал. Зато в профильном ЕГЭ есть задача на факториал. И вот отличник, прекрасно знает программу, берется сдавать профильный экзамен по математике, а там бац и факториал, которого он не изучал никогда. И таких пробелов масса.

— В чем плюсы и минусы семейного обучения?

— Стало безумно интересно. Если раньше она не думала о математике, как об искусстве, то сейчас мы решаем всякие задачи, пытаемся теорему Ферма решить, найти другое доказательство. Мы увидели красоту чисел, у нас просто появилось на это время. В школе же это арифметика и арифметика, скучно и нудно.

Из минусов — это очень нервно. Потому что нужно пойти и сдать экзамены по всем предметам. А это 14 экзаменов. Причем в один день могут поставить одновременно два предмета. И по каждому из предметов мы сдаем все промежуточные контрольные. Такой экзамен тяжело даже взрослому сдавать. Может в других школах проходит аттестация, но у нас так.

Еще один серьезный минус лично для меня, что мало единомышленников, с кем можно поделиться опытом либо же позаимствовать.

— Как ты видишь будущее своего ребенка?

— За этот год мы пройдем программу 5 и 6 классов. Потом 7 класс мы проходим без экстернов, потому что я хочу дочь отправить на курсы подготовки в СУНЦ. Ну, а дальше видно будет. Либо она поступит, либо останется и дальше на домашнем обучении.

— Страшно было переходить на семейное обучение?

— Страшно ли нам было? Очень. Особенно мне. Мне кажется, брать на себя ответственность — это вообще страшно. Тем более, ответственность за образование ребенка. Потому что если ты ошибешься — это будет не просто твоя ошибка, а ошибка, за которую придется расплачиваться другому человеку. Твоему ребенку. И вешать на него такой груз — страшно. Поэтому я считаю, что решение о семейном обучении — это решение, которое ДОЛЖНО вызывать панику. Поэтому, если вы все решили, все взвесили, а вам все равно страшно — это нормально. Если нет страха — значит вы отморозок.

Хорошая новость. Страшно недолго. Пока не начали учиться. Учиться — достаточно деятельный процесс, а всякая деятельность страхи уничтожает.

Первое, что мне диктует опыт — на первый месяц необходимо выделить время на каждодневные занятия не менее 4 часов в день. Именно на занятия по 4 часа (без учета переменок) и именно каждый день. Да, потом вы, может быть, будете заниматься 2 часа. А, может быть, день не будете заниматься, наверстывая в другой день. Но первый месяц вам нужно выделить 4 часа.

Это время, когда вы привыкаете к тому, что теперь вы учитесь сами. , имея под боком искушения в виде игрушек, книжек, интернета, телефона, печенюшек. Вы учитесь учиться самостоятельно, без тетеньки с указкой у доски. На первое время так же необходимо придерживаться расписания. Можно взять школьное, можно составить самим. Можно скачать из интернета поурочные планы. План учебы должен быть. Без плана работают только , а вы еще не такие.

Далее. Надо понять и принять, что семейное обучение — это семейное обучение. То есть учится не ребенок, а вся семья. Родителям надо научиться передавать знания своему ребенку. А ребенку принимать эти знания от родителей.

Кроме того, сам процесс совместной учебы — это дико интересно. Приключения митохондрии, каверзная задачка, шум ветра в океане великих географических открытий! Бро, у вас появился шанс пройти школьную программу снова, без нудятины, с восторгом и упоением! Отставить панику! Поднять паруса!

Первые недели пройдут под знаком «никакой окей гугл не устоит перед „мааам!“». Надо быть к этому готовым. А вот ставить оценки ребенку за выполненные задачи не надо. Вы же семья, перед кем вам выделываться? Если непонято — надо объяснить еще раз, не запомнили с первого раза — повторить еще пять.

У дочери 4 года в школе была проблема — грязные тетради. После того как я, проверяя, перестала обращать внимание на грязь — проблема ушла. Сейчас тетрадки — хоть на выставку. Подчеркнуто всякими цветными ручечками, красивенько, без исправлений. Отсутствие контроля за чепухой делает чудеса.

Сложно ли учить ребенка самой? Нет, не сложно. Особенно, если в доме есть интернет. Ибо на ютуб выложено столько обучающих роликов по всем темам, что этого хватит выучить и своего ребенка и еще поколений 10.

Каждая мама обязана знать:  Как кончается детство

Далее, технологические проблемы. Когда учим , что нуждается в усвоении без закрепления материала, например, историю или литературу, то параграф надо пересказывать. То есть ребенок должен встать на табуреточку, как перед гостями, сказать «а теперь — стих» (так смешнее) и пересказать параграф. А родители должны снять кобылу с табуретки и побеседовать по параграфу.

Географию и историю я настаиваю учить с картой. И с контурными картами. И с историями о людях, которые делали эту самую историю и географию. А литературу прикольно учить через , рассматривая не одно произведение, а сразу пачку — сравнивая их между собой, и, обязательно, проводя параллели с сегодняшней действительностью. Да, на поэтов мы еще и пародии сочиняем. И часто злые. Главное, чтобы стилистика поэта в пародии сохранялась полностью. В общем, учиться дома — не страшно. Интересно. Не трудно — но вовлеченно.

Минусы — вы потеряны для общества, ибо способны разговаривать только о приемах педагогики.

Плюсы и минусы домашнего образования

Поделиться:

Каким родителям не хочется, чтобы их ребенок вырос успешным и уверенным в себе человеком? Но, в реальности, единицы готовы взять на себя ответственность и полностью контролировать обучение своих детей. Один из самых распространенных аргументов против – домашнее образование требует большого количества времени и средств. На практике стоимость обучения по «индивидуальному плану» в нашей стране не превышает 40 долларов в месяц – так утверждают родители детей, которые учатся дома. Они же говорят, что домашнее обучение не вынудило их отказаться от напряженного графика работы, и обходятся они без няни.

Вопреки расхожим мифам, адепты домашнего образования отмечают, что дети, обучающиеся вне школы, раньше становятся самостоятельными и организованными, лучше учатся и проявляют большую социальную активность. Почему наши соотечественники не доверяют воспитание своего чада государственной системе образования? Правда ли, что самостоятельный подбор преподавателей дешевле и предпочтительнее? Чему не научит школа? О плюсах и минусах домашнего образования в программе «Другие» рассказывают фотограф и отец двоих детей Александр Жданович, а также бизнес-консультант и мать троих детей Ольга Юрковская.

Нарезка (с Ольгой Юрковской):


Катя: – Добрый вечер! В прямом эфире TUT.by ТВ вас приветствует новая программа «Другие» и ее ведущие Алесь Плотко и Катя Пытлева. Теперь раз в две недели мы будем поднимать те темы, которые актуальны для небольшой части нашего общества, но интересны для всех.

Итак, школьное, дошкольное образование вне государственной системы, как каждый из Вас пришел к этому и почему?

– Хорошо, Ольга, как у Вас все сложилось, точнее, не сложилось?

Ольга Юрковская: – Дело в том, что у меня несколько знакомых: и мои ровесницы, родители которых ухитрились чудом какими-то справками даже в советские времена сделать им индивидуальное образование дома, и люди, которые, дети их помладше, но сейчас уже замужем, все у них хорошо, тоже учились индивидуально. И сама я фактически с шестого класса училась в спортивном училище, сборы, соревнования, то есть тот же индивидуальный план. И все, кто со мной учился, они приезжали на три дня в четверть – сдать за четверть. И это тоже индивидуальный план.

То есть вокруг меня десятки людей, которые в советские времена отучились на индивидуальном плане, это взрослые люди, успешные, образованные, просто все у них хорошо, и поэтому для меня это норма, для меня это естественно. Я видела десятки таких успешных примеров, удачных.

Катя: – Дело в том, что в своих комментариях некоторые пользователи уточнили, а как же так, вроде бы Вы выросли такими умными состоявшимися личностями. В свое время и Вы, и Ваши родители тоже учились в школе. Почему сейчас Вы решили пойти против этой системы, я имею в виду при воспитании своих детей?

Алесь: – Почему, Ольга?

Катя: – У Вас плохие впечатления?

Ольга Юрковская: – Во-первых, я не училась в школе, начиная с шестого класса, у меня был фактически индивидуальный план.

Катя: – Но тем не менее школы было чуть-чуть, да?

Ольга Юрковская: – Чуть-чуть – это не больше, чем у моих девочек. Во-вторых, возьмите учителя в советские времена, тех учителей, которые учили нас. Они получали денег никак не меньше, чем моя мама-инженер. Они получали больше денег, с доплатами за классное руководство, за проверку заданий и так далее. Они имели отпуск намного длиннее. И они пользовались авторитетом и уважением. То есть учитель в советские времена в том обществе, туда шли люди из вполне хороших, адаптированных, успешных профессионалов.

Возьмите учителей сейчас. К сожалению, у нас идет то, что называется в психологии двойной отрицательный отбор. В педвузы поступают в основном, не все, конечно, кто-то по призванию, от души, но большая часть поступивших в педвузы – люди, набравшие по тестам минимальные баллы для бесплатного бюджетного образования, не поступившие в более престижные вузы. Далее человек, закончивший педвуз, допустим, отработавший какое-то время, делится снова на две группы людей.

Есть люди более социально активные, более готовые рисковать, готовые к предпринимательству – они переходят либо в коммерческие структуры, либо идут в репетиторство. У меня подруга была учительницей математики, ушла, уволилась, репетиторством зарабатывает в 2-3 раза больше, работая меньше времени, и только с успешными учениками.

Катя: – Получая при этом удовольствие.

Ольга Юрковская: – Да, то есть кайф полный, ни отчетов, ни криков завуча, ни еще чего-то.

Катя: – Вот кстати да.

Алесь: – Нам люди на форуме, пишите, пожалуйста, больше. «Нормальные здоровые дети, – пишет живой человек, – должны учиться в школе, где кроме знаний, приобретут еще опыт социального общения». Это главный леймотив критики: Вы изолируете ребенка в саду, в школе. Это самая такая базовая модель критики.

Ольга Юрковская: – Да, я читала этот комментарий, и знаете, я «человек бизнеса» в каком-то смысле. Я взяла в руки калькулятор, в году у меня получилось восемь тысяч с чем-то часов. И я посчитала, сколько же времени ребенок реально проводит в школе. Минус девяносто два дня – летние каникулы, минус неделя – весенние и осенние, минус две недели – зимние, минус суббота и воскресенье – выходные дни, и минус те дни, что ребенок пропускает по болезни, особенно в младшей школе. У меня получилось как-то меньше половины дней в году ребенок физически посещает школу, даже тот, кто изо всех сил туда ходит.

Следующий момент: в сутках двадцать четыре часа. В младшей школе пять уроков, а то и четыре, четыре – пять часов, в старшей – шесть, где-то семь, в среднем пускай так будет. После чего я умножила количество дней в школе на количество часов в этот день. Получила 10% от общего времени жизни ребенка в этот год. И тогда, внимание, вопрос: а 90% времени чем занимаются те ваши дети, которые социализируются в школе? Это что, наступило второе июня – и все, у вас погибла вся социализация до 1 сентября? Ребенок ни с кем не общается, не имеет опыта решение проблем, он вообще как-то замер, замерз, впал в зимнюю спячку? Ну что за бред?!

Катя: – Речь идет о школе жизни, я правда тоже хотела, попыталась вникнуть в суть комментариев…

Ольга Юрковская: – Вы уверены, что сидение молча вот в этой позе является школой жизни?

Катя: – А как же списывание какое-нибудь?

Александр: – Получить от сверстника на переменке.

Алесь: – Домашние задания.

Ольга Юрковская: – Я думаю, что тут все очень просто. Дело в том, что для меня школа – это кружок, ничем не отличающийся от шахмат, бассейна или танцев. Лично для меня, я считаю, что шахматы – это правильный кружок. Там есть соревнования. Там ты выиграл, сыграл вничью или проиграл, там ты соблюдаешь нормы, правила, но закончилось партия – ты носишься в коридоре, как будто бы это секция по бегу с громким криком, а не по шахматам. То есть там есть какие-то совместные походы, например в кино, или еще как-то.

То есть все те прелести школы – они есть в других местах. Но зато в других местах нет недостатков школы. И получается по сути у меня есть выбор: утром мой ребенок пойдет в школу или мой ребенок пойдет на шахматы. На шахматах я получаю вот, вот, вот, плюсы, не получаю ни одного минуса. В школе за это же самое время я получаю чуть-чуть плюсов и километр минусов. Почему я должна выбрать кружок школы?

Катя: – Ну вот основные минусы, нам, конечно, об этом многие писали пользователи, кто указывал, чем же хорошо домашнее образование, но чем плоха школа, давайте основное. Вы, конечно, упомянули, что сейчас многие педагоги не отличаются профессионализмом, Вы очень подробно об этом рассказали. А что еще плохого в школе?

Ольга Юрковская: – Самая плохая вещь в школе – это оценивание по сравнению с другими. Хуже вещи вообще нет. Потому что если я, как взрослый профессионал, начну себя сравнивать с кем-то еще, я просто в депрессию уйду. Я себя сравниваю с тем, какой я была полгода назад, год назад, какой проект я сделала, как я круто придумала и реализовала.

Ребенок же вынужден себя сравнивать почему-то с человеком, который другой, и сравнивать по каким-то странным параметрам. Потому что получается ситуация: например, я оплатила сто долларов, моя дочка получила курс скорочтения, быстрого чтения. Да, я знаю, где взять, зачем это надо и прочее. Она приходит в школу. Пока другой ребенок читает страницу, она учебник может прочесть на несколько страниц вперед. Пока другой ребенок запутался, что же отвечать на вопрос, она имеет навык извлечение правильной информации, формулировки правильной и прочее. Но, во-первых, это не заслуга моего ребенка, это заслуга правильной методики обучения, то есть десять часов и 100 долларов мы вложили правильно. Там это беда ребенка, что ту не обучали. По факту получается, что моего ребенка.

Александр: Это не беда ребенка, просто в него не вложили.

Ольга Юрковская: – Проблема ребенка, что не обучали. И получается, что моя девочка совершенно неоправдано начинает себя считать выше. Эта гордыня, на пустом месте возникшая, это не ее. А тот начинает получать: «Ты не тянешь, ты плохо учишься, ты тупая, ты еще какая-то». Причем получать, как правило, от родителей, потому что у нас родители как-то болезненно относятся к тому, что их ребенок не самый лучший. И это возникает каждый час на каждом уроке по отношению практически к каждому ребенку.

И еще одна очень серьезная проблема. Для того, чтобы получать социальное внимание в школе, ребенок либо должен быть отличником, гением, победителем олимпиад, либо должен быть хулиганом и двоечником. Если ребенок хорошист, троечник, но никакой – он социально проиграл, его не замечают, его по факту игнорируют. И это беда этих детей. Эта серая масса возникает от этой нашей безумной системы оценивания.

Я категорически против, чтобы оценки влияли как-то на девочек на моих, и потом на мальчика. У меня всегда идет ответ: 4 – это прекрасная оценка, тебя не снимут с индивидуального плана. Не надо мне эти восемь, девять, десять, или сколько нам там дают. Мне все равно. Лучше ты реши двадцать шахматных задач, чем пытайся на балл поднять эту оценку. Потому что пользу от шахматных задач я вижу, а пользу от оценки 8 и 9 я не вижу. И для меня это первая беда, а этих бед еще шесть.

Катя: – Ольга, а Вам пришлось заниматься каким-то самообразованием для того, чтобы Ваши дети обучались дома? Ну не знаю, какие-то сферы у себя подтянуть, или Вы были готовы к этому на все 100%?

Ольга Юрковская: – Понимаете, вопрос в том, что, например, в мае учительница Кати говорит, что у Вашей дочки проблема – она не умеет оформлять деление в столбик правильно и хорошо. И тут я что-то, знаете, так зависла, начала вспоминать, сколько десятилетий назад этот важнейший навык в жизни мне был нужен? У меня понятно, что на телефонах, на ноутбуке, так калькулятор в машине маленький, на столе большой бухгалтерский, в общем, ни разу не вспомнила.

Говорю: «Знаете, ценнейший навык, но я тоже не умею оформлять деление в столбик».

И после этого говорю: «А когда Вы последний раз в жизни, там даже в магазине не на телефонном калькуляторе оформляли деление-то, а в столбик, если не на уроке?»

Та тоже так в ответ зависла, вспоминала, вспоминала, говорит: «Наверное, Вы правы, наверное, действительно это не такая серьезная проблема с учебой Кати, как мне казалось пять минут назад».

И я не умею оформлять деление в столбик, я думаю, что как-то можем мы это пережить с Катей и дальше.

Катя: – А бывает такое, что Вы чувствуете, что Вам чего-то не хватает?

Ольга Юрковская: – Нет, не бывает. У меня приходит репетитор на полтора часа. Если я чего-то не знаю, то десять долларов, и все вопросы имеют свои ответы. Если я живу без деления в столбик, то наверное как-то неплохо живу. Еще без каких-то важнейших знаний, без иностранных слов, которые в грамматике русского и тем более белорусского языка, без каких-то. В общем, есть масса ценнейших знаний, которых то ли у меня не было, то ли они забыты. Если я последние двадцать лет ни разу ими не воспользовалась, то переживу я.

Алесь: – Давайте от абсолютной любви перейдем к абсолютной практике. К тому, как же детей оформлять. Вот нам активно отвечают, говорят, что мы, наши заголовки просто бред, у нас страна вся уходит из школы. И мне кажется, что ментально наша страна в школе давно действительно не живет, а только. Потому что все нанимают репетиторов, ходят в кружки, и ментально мы своих детей уже из школы забрали, но практически не все пошли далеко, как, например, Ольга, Вы. Могли бы Вы тем, кто уже ментально ушел из школы, но практически хотел бы это сделать, сразу рассказать, на что следует обратить внимание, как это происходит и какие главные трудности?

Катя: – С чего начать вообще, давайте вот наверное?

Ольга Юрковская: – С чего начать? С решения, что мне все равно по поводу общественного осуждения. Потому что если мама принимает такое решение, то бабушки будут в ужасе, все соседки, знакомые, не знакомые, и прочие. Будут мрачные пророчества рассказывать о том, как все трагично закончится. Папу уговорить. Такие папы – это редкость. Как правило, папы у нас люди ригидные, предпочитающие, чтобы было всё точно как по правилам, как принято, как положено.

И после этого, если внутренне это решение принято, то технически оно реализуется. В июне, в июле пишете заявление на педсовет, в августе педсовет его утверждает – вы на индивидуальном плане, то есть технически никаких проблем нет.

И когда я приняла это решение, я позвонила в РОНО по месту жительства спросить, как же это правильно оформить. И женщина, которая мне ответила по телефону, она меня очень поддержала. Она сказала, что у нас есть уже несколько семей в Минском районе, где я живу, которые так детей оформили – это прекрасные результаты, это победы на олимпиадах. На этих детей школа нарадоваться не может, что наконец-то без вложения труда и усилий они получают такой результат, который можно предъявить наружу.

И она сказала, что никаких проблем, пишете заявление, а тогда был закон, когда на усмотрение родителей. Я пошла спросила у завуча, как писать заявление, завуч мне продиктовала, педсовет в последние числа августа принял, и с тех пор каждый год я просто пишу заново это заявление, что на следующий год тоже мы остаемся на индивидуальном плане, автоматически его утверждают.

Несколько моих подруг пошли в другие школы, каждой объяснила, зачем и суть. Как правило, мы ссылались на то, что мы отсутствуем часть времени в стране, и физически нет возможности посещать школу. То есть это такой самый понятный аргумент. Понятно, что если я приду в школу и начну говорить, что школа плохая – я вызову какое-то сопротивление, обиду, еще что-то, или люди как-то будут препятствовать, будут недовольны, но я ж…

Алесь: Про абсолютную любовь не поймут, что Вы просто хотите ребенка вырастить.

Ольга Юрковская: – Я действительно достаточно много езжу в командировки и для меня действительно в какие-то моменты физически нет возможности возить детей в школу, особенно учитывая то, что это район, у нас школы нет, надо возить на машине, то есть тут это не обман, это правда.

Второй момент, что дети профессионально занимаются у меня шахматами. И это тоже вполне понятный аргумент, что если ребенок профессионально занимается спортом, то надо выбирать – либо спорт, либо уроки. Я ж говорю, что я училась с десятками людей, чей выбор был сделан в пользу спорта. И у нас всегда для учителей было, что самое главное – спорт. Это олимпийского резерва училища, и поэтому учителя знали, что уроки – это уже дополнение к спорту.

То есть для меня это все естественно. И вообще ни у кого из моих подруг не было никаких возражений. Были вопросы, но они были скорее доброжелательные вот такие. И плюс к этому умный директор понимает, что ребенок у него в школе числится, то есть все бюджеты идут, класс заполнен, прочее. Но когда таких детей несколько, то нагрузка на учительницу меньше, значит самый элитный класс, где учатся ученики, там внучка завуча, что называется, я шучу. Туда оформляют таких детей. К тем, кто отстает, учительница дает больше внимания, а от этих детей победы на олимпиадах, победы в конкурсах, спортивные победы – на счет школы. Сплошная выгода, и деньги за ребенка бюджет перечислил, и нагрузка на учителя меньше.

Катя: – Ольга, к Вам вопрос, как-то Вы уж все радужно расписали, а у нас нашлись герои, которые также занимаются домашним образованием, но которых затронула поправка к Закону об образовании. Ныне он гласит следующее: что вы можете воспользоваться индивидуальным планом обучения только в том случае, если у вас ребенок – гений, ну в данном случае.

Ольга Юрковская: Педсовет утвердит.

Ольга Юрковская: Они не юристы в отличие от меня, они вас дезинформировали, нет такой поправки.

Катя: – Подождите дело не в дезинформации, дело в том, что у людей возникли конкретные проблемы, их поставили перед фактом: «Вы не высовываетесь и тогда дальше остаетесь на домашнем образовании».

Ольга Юрковская: – Катя, нет такой поправки, я юрист.

Катя: – Тогда скажите всем, кто захочет обратиться к домашнему образованию, столкнется с подобными проблемами, что им отвечать в этом случае, если начнутся проблемы с составом педагогов.

Александр: – Напишу в администрацию президента.

Катя: – Есть у нас такое право воспользоваться домашним образованием?

Ольга Юрковская: – Катя, во-первых, у нас в законе, в отличие от России, под домашним образованием подразумеваются дети, например, инвалиды, или очень больные, которые по состоянию здоровья находятся дома, и к ним учителя, специально оплачиваемые отдельно государством, учителя приходят на дом, проводят те же самые уроки – это у нас домашнее образование для больных детей. И Вы, получается, немножечко путаете домашнее образование для больных детей с индивидуальным учебным планом, на котором учатся мои дети, учатся дети моих подруг. И получается индивидуальный учебный план раньше был на усмотрение родителей – отказать не могли. Сейчас это на усмотрение педсовета школы или директора, как правило.

Каждая мама обязана знать:  Если ребенок отдаляется от родителей...

Катя: – В том-то и дело, что сейчас директор школы в данном конкретном случае, о котором мы рассказывали в видеосюжете, директор сказал родителям так: «Раньше все было по усмотрению родителей, сейчас всё по нашему усмотрению, но Вы у нас останетесь, так как не первый год, на птичьих правах, потому что дети у Вас не больные, они у Вас дети средние, они в чемпионы какие-то не стремятся, поэтому да, мы Вас, конечно, оставим, но Вы знаете что.

Ольга Юрковская: – Катя, но то, что отдельный какой-то не очень этически.

Катя: – Но он есть, поэтому я не могу не спросить Вас об этом.

Ольга Юрковская: – Катя, если отдельный какой-то не очень этически порядочный человек начинает манипулировать родителями путем таких угроз – это свидетельствует о том, что конкретно этот человек, проблемы у него с порядочностью, с этикой, еще что-то. Я не знаю, может, он самоутверждается таким образом, может, он хочет подарков, может, он еще каких-то благ хочет.

Катя: – Но, прикрываясь законом, можно спокойно добиться своего.

Ольга Юрковская: – Нет, вопрос в том, что в Минске, например, три сотни школ, и есть ряд школ, где рады таким детям, не оформили в эту – оформят во вторую, не оформят во вторую – оформят в третью, позвоните вы в РОНО, спросите, в какой школе есть такие дети и их несколько, пойдите туда отдайте документы, там вам будут рады. Ну давайте не делать на пустом месте проблемы, не хочешь здесь – пойди в другое место, не хочешь в другое место – пойди в третье место.

Катя: – Было бы желание, как говорится.

Ольга Юрковская: – Я не знаю, есть люди у которых ах, все так плохо! У меня все хорошо. Не взяли бы здесь, я бы пошла в другое место, не взяли бы в другом – пошла бы в третье. Если я хочу, чтобы мои дети учились дома, значит, из трехсот школ я найду не менее тридцати, где скажут: «Да, приноси документы». Но я обойду эти триста школ. Я не буду ходить рассказывать, какой один нехороший человек. Да пусть их хоть двести девяносто будет, но я найду десять, которые будут за меня. Давайте как-то реально жить. Бывает такое, я знаю, например, что в некоторые школы, чтобы ребенка зачислили в первый класс.

Катя: Нужно уметь преодолевать препятствия.

Ольга Юрковская: – Катя, даже не препятствия. В некоторых школах, чтобы ребенка зачислили в первый класс, требуют: «А вы отремонтируйте этот класс». И что? Я пойду сейчас…

Алесь: – Даже самые стойкие родители в итоге платили, потому что видели, что это будет осуждение группы родителей.

Ольга Юрковская: – А от меня такого ни разу не требовали. Я живу в другой Беларуси, извините.

Катя: – Ольга, у Вас есть ли какие-то кураторы, кто-то приходит Вас проверяет, каким образом вообще?

Ольга Юрковская: – Дети числятся в классе как обычные дети. У них есть все те же самые права, которые есть у школьников, посещать все занятия, получать все учебники. Единственное, что мы должны – это сдать контрольные за четверть. Как правило, чтобы не слишком нагружать детей подготовкой, мы делаем текущие самостоятельные и контрольные работы. Выясняем у учительницы, когда будет общая классная работа, и приходим конкретно на этот урок, чтобы ребенок писал вместе со всем классом, чтобы зря не тратить время учительницы на отдельный дополнительный контроль.

То есть мои дети ходят где-то раз неделю, раз в две недели, именно на те уроки, по которым учительница хочет проверить их знания. То есть если это английский, значит, ребенок сделал самостоятельно сколько смог, пришел на урок, несколько раз вызывают, спрашивают, от радости, что мы наконец-то пришли, и получил свои полжурнала оценок по всем темам, на которые мы не ходили. И вопрос на эту четверть с этим предметом у нас закрыт, например.

Катя: – Не придираются ли к Вам?

Ольга Юрковская: – Мне все равно до оценок. Если бы я как-то волновалась, вдруг это будет не 8, а, например, 7, то возможно, это бы с меня как-то считали и начали бы за эту ниточку дергать.

Катя: – Я думаю, все равно это неприятно, когда к вам придираются: “Ах, вы дома учитесь, значит, покажите нам, как вы научились”. Нет такого?

Ольга Юрковская: – Мне все равно. Когда я сразу говорю учителям, что поставьте нам четверку, это отличная великолепная оценка, по которой нас не снимут с индивидуального учебного плана, у них начинается истерика на тему: “Ваши девочки знают на 9 и на 10, как это Вы “четверку”, да как Вы, мамаша, могли?!”

Я говорю: “Да хватит им четверки, что нам эти восемь, девять, десять, зачем нам такое, 4 достаточно”. И понятно, что назло мне они поставят ту оценку, на которую они оценивают знания ребенка. А у меня еще получается, например, младшая любила к старшей в класс ходить. И она приходит на урок к старшей в классе, она начинает быстрее тех, кто на два года старше, решать какие-то олимпийские задачи по математике. Ее тут же учительница: “Посмотрите, девочка маленькая, на два года вас младше, решила быстрее, чем вы, вам надо стараться учиться!”

И она вообще такая счастливая, довольная, что ей 10 поставили в классе на два года старше. И поэтому получается, что я детям рассказываю, что вы вообще за оценки никак. И начинаю, даже когда бабушка глупости им наговорит, я говорю: “Хорошо, ты сейчас получишь эту 10. А как во взрослой жизни то, что тебе поставили 10, тебе поможет заработать тысячу долларов лишнюю, объясни мне взаимосвязь между этим ценнейшим знанием. ”

Катя: – Уверенность в себе, а что еще это может быть.

Ольга Юрковская: – Я против самого оценивания как такового. Я вообще категорически против системы оценивания. И тогда у меня дети реально начинают думать: “Мама, а как во взрослой жизни, что надо уметь и сделать, чтобы удался проект, чтобы заработать, чтобы быть профессионалом, чтобы приглашали куда-то?” И это другая позиция, другое мировоззрение.

Алесь: – Хочется врезаться, пока нам не звонят, но как всегда активничает наш форум. Отлично пишет нам некто гражданин Мир, он говорит: «Не бейте меня, мамаша эта меня вырубила, деление в столбик нужно для общего развития ребенка, а не для расчетов в магазине. А если так рассуждать, то зачем детям читать Толстого и Достоевского, ведь в магазине знания “Войны и мира” не пригодятся. Детей жалко, за которых решают подобные мамки». Как дети-то относятся? Вот Вы с ними обсуждаете эту возможность, они не просятся в школу?

Ольга Юрковская: – Так они, их учительница учила.

Катя: – Дети уже хотят заработать тысячу долларов.

Ольга Юрковская: – Вопрос не в заработать тысячу долларов. Вопрос в том, что есть люди, которые теоретики, которые начитались много ненужной информации, но в реальной жизни они, простите, неудачники, они не в состоянии сделать карьеру, они не в состоянии создать что-то новое, они не в состоянии повлиять на людей, чтобы улучшить жизнь нашей страны к лучшему. Реально они получили какие-то теоретические никак не применимые в жизни знания, а нужного не получили. И количество времени ограничено. У меня 24 часа в сутках, и как бы я не старалась…

Катя: – Вы просто не хотите, чтобы ваш ребенок тратил время на то, что ему не пригодится в жизни?

Ольга Юрковская: – Ребенок тратит это время, но как-то насиловать и издеваться над ребенком. Вот ребенок может почитать энциклопедию, а потом рассуждать о ВВП, так, что окружающие взрослые называется: «А о чем она разговаривает?» – и причем рассуждать лучше, чем я. Это не я ее учила. Она почитала энциклопедию, она погуглила, она нашла информацию, сделала выводы, она об этом рассуждает.

И ребенок может учиться чему-то, что никогда ей не пригодится. Почему ребенок должен выбрать то, что не пригодится?! Почему в эти 24 часа мы должны выбрать устаревший нелепый набор информации, которая уже не применима в современной жизни, в информационном обществе?! Мы сейчас живем в информационном обществе, у нас другие технологии. У нас общее развитие человека, который в состоянии политические вещи связать с ВВП, выше, чем общее развитие человека, который в состоянии поделить в столбик.

Катя: – Вот она система образования. Хорошо, Ольга, а как у Вас строятся занятия? Мы уже выяснили, что есть занятие один раз в неделю репетитор, я имею в виду, школьную программу таким образом Вы осваиваете. А чем Вы занимаетесь в остальное время? Каким образом Вы определяете направление деятельности своих детей? На какие кружки? Это тоже желание или есть какие-то обязательные пункты? Куда Вы ходите?


Ольга Юрковская: – Дело в том, это не то, что обязательные пункты. Я их сразу отдала на шахматы, им как-то очень понравилось, полюбилось. Вплоть до того, что, например, в субботу у меня нет планов: “Как же это, у нас будет игра на разряды?!” – мама встала рано утром и повезла всех. Я говорю: “У меня на субботу был план выспаться”. “Нет, у нас игра на разряд, значит, ты на шахматы нас отвезешь, в дополнительный день надо”. Мама, понятно, построилась и повезла. А так они ходят в Мир фитнеса, с трех лет абонемент у них – плавание, водное поло, йога, танцы, каратэ, игры с мячом, тренажеры, там занятий штук десять в зале. Это то, что они ходят.

Катя: – Изо дня в день?

Ольга Юрковская: – Нет, либо шахматы, либо, например, три дня в неделю шахматы, и 2-3 раза Мир фитнеса.

Катя: – То есть физическое развитие тоже присутствует.

Ольга Юрковская: – Да, наполовину. Старшая у меня больше любит писать, читать. А средняя очень хорошо рисует. И раз в неделю она ходит в мастерскую к художнице, где несколько еще детей, я так понимаю, то ли родственники у нее, то ли что, то есть несколько детей частным образом находятся в художественной среде, полдня раз в неделю.

Еще иногда у них, где-то у кого-то услышали, увидели, например, сестра двоюродная рассказала или кто-то из детей, что я хожу на бисероплетение, значит, и нам надо туда. Сходили на бисероплетение несколько раз, сплели себе украшений немерено, все, что могли. Потеряли интерес, больше мы не хотим – нам неинтересно.

Катя: – То есть фактически есть полтора часа в неделю, когда дети занимаются по школьной программе, а остальное время они сами думают и решают, я хочу заняться этим, хочу заняться этим или этим, этим я буду заниматься и в этом отношении развиваться, да?

Ольга Юрковская: – Как-то так.

Катя: – Хорошо. Но хотелось бы подхватить все-таки еще тему финансов, насколько дорого?

Алесь: – И я хотел, и на форуме пишут про деньги.

Александр: – Бешеные бабки.

Катя: – Мне кажется, это взаимосвязано, потому как кто-то говорит: “Конечно, вы можете сидеть дома, заниматься домашним образовании, если, например, один из родителей не работает. Но как мы уже заявили нашим пользователям, каждый из Вас является человеком работающим, делаете Вы это активно, и не так сказать, у Вас много свободного времени. Репетиторы, няни в случае Александра, так сумма, которая на данный момент, дошкольный возраст у Александра, у Ольги школьный возраст. Сколько в месяц Вы тратите на домашнее образование своего ребенка?

Катя: – Ольга, а как у Вас с финансами?

Ольга Юрковская: – Вообще репетитор у нас стоит, если это бывшая школьная учительница, 2-3 доллара в час они берут, как правило. Или те учителя, которые подрабатывают после уроков репетиторством, если это начальная школа, не крутая подготовка к ВУЗу, то это 2-3 доллара. Поэтому те десять долларов, что я плачу, это потому что очень хороший педагог у нас, которого дети настолько любят, что ради нее, я говорю, что она придет и она обрадуется, если вы сами уже почти все сделали, они быстренько побежали сами делать, чтобы ее обрадовать, как бы очень удобно.

Катя: – Тут еще важно найти того педагога, с которым дети будут рады.

Ольга Юрковская: – По факту я ей плачу, получается в два раза, почти два с половиной больше, чем могла бы найти не столь любимого моими детьми педагога. Но с другой стороны, если тридцать долларов в месяц я отдаю на репетитора, то я не знаю ни одной семьи, кто не мог бы себе позволить тридцать долларов в месяц отдать на репетитора.

Более того, почти все мои знакомые с начальной школы нанимают учителей ходить каждый день делать с ребенком уроки. И за это «каждый день делать с ребенком уроки» они отдают больше, чем я. Как-то мне выгоднее детей не водить в школу, потому что домашние задания нам не обязательны.

Катя: – Ну да, со всех сторон плюсы, и теперь уж точно вряд ли наши пользователи будут возражать, что домашнее образование по силам каждому.

Ольга, что Вы думаете о частных заведениях?

Ольга Юрковская: – У нас есть, не только у нас, во всем мире, два типа частных детских садов и школ. Первый тип просто на зарабатывание денег с родителей направлен, и туда отдавать не надо. У меня подруга отдала в такую школу ребенка. И там пришли те же учителя, которые на детей могли кричать, за уши тягать, оскорблять. Там было десять детей в этом первом классе, но никакой разницы по сравнению с обычной школой не было.

Лучше ей было бы, как я ей сразу сказала: «Найди ты лучше добрую тетю, которая искренне любит детей, и отдай бесплатно». И она во второй класс перевела, нашла такую добрую тетю, и не могла нарадоваться, потому что последовала моему совету, сэкономила четыреста с лишним долларов в месяц, и в простой бесплатной, там не простая конечно школа была.

И в детском саду, и в школе искать надо человека, который любит детей. У нас, например, учительница Кати, не то, что таких не бывает, таких быть не может людей. Там, где я этих детей давно бы уже убила, она даже внутри никак не раздражается. Она их любит, она находит в каждом росточек, все это, то есть реально такой человек просто. И к ней Катя была готова ходить, когда даже не надо: «Я пойду, чтобы меня учительница увидела, похвалила». Это человек такой потрясающий.

И то же самое касается тем более детского садика. Если это добрая тетя, которая любит детей, то в самом бесплатном саду на тридцать детей она вложится в них так, что это будет, как у меня. Я отдавала сама в частный детский садик, у меня дети впереди машины были готовы туда бежать. У меня всегда самая страшная угроза была, что если вы так себя будете вести, я вас завтра в сад не повезу, будете сидеть дома, и сразу дети понимали, что надо маму не злить.

Катя: – Действительно, Александр, а Вы говорите, зачем детский сад.

Ольга Юрковская: – Там была семейная атмосфера, разновозрастная группа, они все вместе. Там тоже такая женщина, которая, я просто не знаю, как восхищаться ей. Я недавно ей говорила, что мне кажется, что ты просто святая какая-то, ты ангел, спустившийся с небес. У тебя дети так себя ведут, а тебя это никак не задевает, ты остаешься спокойной, доброй, уговаривающей, объясняющей, еще что-то, хотя я бы сама уже давно накричала.

Александр: – Точно такие же качества пытаемся вырастить, обучаясь, и пытаясь передать это своим детям.

Ольга Юрковская: – Изначально бывают такие люди, и не важно, в частном саду вы ее найдете, найдете вы ее в государственном саду. Найдете такого человека – к ней и отдавайте.

Катя: – Хорошего человека и профессионала.

Ольга Юрковская: – Тут главное – любовь к детям, профессионализм им не нужен.Александр: – Это и есть профессионализм в этом деле.Ольга Юрковская: – Это не профессионализм – это личностное качество, внутреннее. Я, например, профессиональный педагог, я прекрасно умею обучать, но меня к детям чужим подпускать не стоит, потому что мое внутреннее состояние – оно будет не из любви, оно будет из какого-то желания надавить, заставить, еще что-то. А у них этого нет, они великолепные.

И тогда получается, что находите такого человека – можно. Но со школой, к сожалению, идет проблема, что наши учителя, даже лучшие из них поставлены в это русло, что они должны не с лучшими, не с желающими, не со старающимися заниматься, a тянуть отстающих. И ребенок, в которого вложено, там скучает. Не потому, что учительница плохая, а потому что ее изначально поставили в эти рамки.

И это тоже минус школы, где действительно нет у учителя физической возможности заниматься с теми, кто хочет, кто стремится, кому любопытно, кто хочет больше. Учительница вынуждена поднимать тех, кто ничего не понял, и по пятому разу одно и то же спрашивать, объяснять, спрашивать, объяснять. Поэтому если за садик – я за, то насчет школы – только та частная школа, которая не копирует нашу государственную, например, где вальдорфская педагогика.

Александр: – Есть в Беларуси?

Ольга Юрковская: – В садике Монтессори есть конечно, разновозрастные группы. У нас несколько таких садов, где группы все разновозрастные, и где дети от двух до шести лет в одной группе, и все группы такие. В Зеленом луге я знаю есть, потом возле Победителей есть. У меня несколько подруг в разные такие сады детей отдавали.

Когда разновозрастная группа – это семейная модель. И наконец-то педагог лишается возможности сравнивать детей по одинаковым параметрам. И ребенок получает, что, например, мне четыре года, есть дети, которым два – они могут меньше, чем я, есть дети, которым шесть – они могут больше, чем я. С младшими я буду возиться, показывать, обучать, займу материнскую такую позицию, отцовскую. А у старших я буду учиться, как они, я дорасту – я буду как они. А учительница, воспитательница, имея этот набор, не сможет говорить, что ты тупой, потому что этот быстрее успел. Она же понимает, что этому два, этому четыре, этому шесть.

Каждая мама обязана знать:  Девочка дерется с моим сыном

Я изначально искала садик, думала, если не будет денег, я себе нашла, где недалеко бесплатный государственный садик с разновозрастными группами, и я нашла себе платный садик. И я всегда знала, что не будет денег – у меня есть, куда пойти, потому что там тоже мои подруги, побродившие по разным садом, на этом наконец остановились и счастливы.

Но я же выбирала. Тому, чтобы найти, я посвятила десятки часов. А если вы в первый попавшийся сад под домом запишете, то извините, плачьте потом на форумах, что там все плохо, что воспитательница орет, детей не уважает, вялая там, еще какая-то. Так извините, хотите хорошее – проведите домашнюю работу. Посвятите двадцать часов, тридцать, объедьте, посмотрите, проконсультируйтесь. Найти хороших людей – это работа.

Ольга Юрковская: – Я думаю, что мы пойдем по пути России. В России такое обучение детей дома поощряется государством материально, потому что экономятся средства бюджета, и небольшая часть сэкономленных средств идет как пособие для детей, для родителей детей, обучающих их дома. И в России с каждым годом десятки тысяч семей присоединяются к обучению дома. Там не только государство этому не препятствует, но и дает часть сэкономленного за их счет бюджета в эту семью.

Поэтому я думаю, что мы пойдем по пути России, потому что в любом случае таких людей много не будет. Взять на себя эту ответственность, взять на себя эту дополнительную работу – по факту это работа. Моя работа – это работа директора школы. Мне надо найти педагогов по всем предметам, нанять их, заплатить им, организовать учебный процесс. Пусть это двое-трое детей, но я выполняю дополнительную работу директора школы – маленькой домашней. И редко кто из родителей готов взять на себя такое руководство школой.

И поэтому, я думаю, нас больше пяти процентов все равно никогда не будет. Поэтому скорее всего государство будет постепенно заинтересовано, чтобы количество таких семей росло, по той причине, что надо же брать откуда-то и художников, и спортсменов, и руководителей, и каких-то людей, которые творческие, креативные, способные создать новые вещи, как в Америке создаются всевозможные Google, еще что-то, интернет.

Катя: – Инноваторы нужны.

Ольга Юрковская: – Да, и скорее всего государство в какой-то момент поймет, что самый дешевый путь это получить.

Александр: – Не мешать.

Ольга Юрковская: – Это пойти хотя бы по пути России. И как только это будет сделано, как только будет сказано: «Мы даем пособие тем, кто, они молодцы»,– сразу же таких семей будет больше. Но никогда их не будет больше 5%. И для меня, например, путь для процветания Беларуси – это именно поощрение людей информационной эпохи. Это не держаться за программу 19-20 века, а идти в новые технологии, идти в дистанционное образование, которое сейчас для студентов уже вовсю идет.

В школах, я видела в Эстонии, была с образовательным визитом, смотрела, как информационные технологии используются в школах. Мы тоже к этому придем. Да, это дорого, но уже сейчас создаются школьные порталы, системы электронные, и прочее, прочее, прочее. Куда мы от мира-то денемся, если все там уже, то рано или поздно и мы придем.

Катя: – Лучше рано, конечно.

Ольга Юрковская: – И как только государство поймет выгоду, как это за счет родителей и разгрузить, и сэкономить бюджет, и получить таких людей, сразу, я думаю, будет ситуация меняться просто, сверху спущенная, будет меняться очень сильно.

Катя: – Будем надеяться, что все изменится к лучшему. Надеюсь, на все вопросы и комментарии мы ответили. Обо всем, напомню, что касается домашнего образования, нам со своего опыта, с высоты своего опыта рассказывали фотограф Александр Жданович, воспитывающий двоих детей, и бизнес-консультант Ольга Юрковская, которая воспитывает троих детей. Большое Вам спасибо. Нашим пользователям мы еще раз выражаем благодарность за вашу реакцию, за ваши комментарии, за ваши дополнения, надеемся, проект вам понравится. «Другие» в эфире через пару недель.

Алесь: – Будьте собой.

Ещё статьи по теме обучения детей дома:

Домашнее обучение: за и против

От редакции Психологоса

Уважаемые коллеги! Друзья и родители!
Вопрос о домашнем обучении — важный и неоднозначный. У него множество ярых сторонников и столько же ярых противников. На этой странице мы предлагаем вам возможность высказать свое мнение и ознакомиться с мнением другой стороны. Свое мнение пишите в комментариях. Как и везде на Психологосе, модерация будет, поэтому лучше сразу пишите не категорично, а конструктивно и с уважением к другому мнению. Сделаем обсуждение разумным!
А началу обсуждения пусть положит яркая статья Ксении Подоровой «Домашнее обучение». Отрывки оттуда:

Ксения Подорова

В мое время всех первоклассников еще «автоматически» зачисляли в октябрята, а потом начинали взывать к их «октябрятской совести» и т.д. К концу первого класса мой сын сообразил, что его никто не спрашивал, хочет ли он быть октябренком. Он начал задавать мне вопросы. А после летних каникул (в начале второго класса) объявил учительнице, что он «выходит из октябрят». В школе началась паника.

Дома мы с сыном довольно часто рассказывали друг другу о своих новостях (по принципу «что у меня сегодня было интересного»). И я стала замечать, что в его рассказах о школе слишком часто упоминаются ситуации такого типа: «Я сегодня такую интересную книгу начал читать — на математике». Или: «Я сегодня начал писать партитуру моей новой симфонии — на истории». Или: «А Петя, оказывается, здорово в шахматы играет — мы с ним на географии пару партий успели сыграть». Я задумалась: а для чего он вообще ходит в школу? Учиться? Но на уроках он занимается совершенно другими делами. Общаться? Но это можно и вне школы делать.

У нормального ребенка, помимо одноклассников, обычно есть еще много других знакомых: живущих в соседнем доме, приходящих в гости со своими родителями, найденных там, где ребенок занимался каким-то интересным делом. Если ребенку хочется общаться, он найдет себе приятелей независимо от того, ходит ли он в школу. А если он не хочет, значит, и не надо. Наоборот, надо радоваться тому, что ему никто не навязывает общения, когда он ощущает потребность «уйти в себя».

Общение дома обычно бывает более полноценным, чем в школе. Ребенок привыкает свободно обсуждать любые темы, выражать свои мысли, обдумывать мысли собеседника, соглашаться с ними или возражать, подбирать весомые аргументы в споре. Дома ему часто приходится общаться с теми, кто старше его и общаться «умеет» лучше, качественнее, полноценнее. И ребенку приходится «подтягиваться» до уровня нормального взрослого общения. Он привыкает уважать собеседника и строить диалог в зависимости от ситуации.

Когда я говорю, что никто с моими детьми не «сидит», делая вместе с ними «уроки», мне просто не верят. Думают, что это бравада. Однако я уверена, что у любого нормального ребенка есть тяга к знаниям (вспомните: ему с первых лет жизни интересно, сколько ног у крокодила, почему страус не летает, из чего сделан лед, куда летят тучи, ведь это именно то, что он мог бы узнать из школьных учебников, если бы воспринимал их просто как «книги»). Но когда он идет в школу, там эту тягу начинают медленно, но верно убивать. Вместо знаний ему навязывают умение отсчитать нужное число клеточек от левого края тетради. В школе знания, если и усваиваются, то ВОПРЕКИ системе обучения. А дома они усваиваются легко и без напряжения.

В процессе домашнего обучения мы поняли, что ребенок может 10 месяцев в году иметь «каникулы» (т.е. делать то, что ему действительно интересно), а за 2 месяца проходить программу очередного класса и сдавать необходимые экзамены. И еще одно наблюдение: человек, который не просидел 10 лет на школьной скамье, заметно отличается от других. Есть в нем что-то такое. Как сказала одна учительница про моего ребенка — «патологическое чувство свободы».

Елена Чуевская

1. Как я Вас понимаю!

Несколько лет назад подписалась бы под каждым словом статьи. Домашнее обучение? Да! Спасем деток от школы! Домашние роды? Да! Спасем мамочек от казенного роддома, злых санитарок и врачей, которые могут ошибиться! Отказ от прививок? Да! Защитим наших малышей от проникновения ядовитых вакцин!
Сейчас я бы уже не стала бы с такой радостью и уверенностью «ломать стереотипы» и «противостоять системе». Сижу, задумавшись.

Думаю о том, что подходит домашнее обучение далеко не всем родителям и детям.
Родители должны быть очень мудрыми и ответственными. Уметь организовать и себя, и детей. А много ли среди нас таких?
Предположим, мои знакомые решили перейти на домашнее обучение. Они рассказывают мне, на какой срок они приняли такое решение и почему. Знаю, что у них есть план обучения и контроля за результатами. Их дети (среднего школьного возраста) радуются, что смогут успевать и на бассейн, и на шахматы, и на уроки программирования. Мама не работает и наслаждается возможностью дарить своим детям знания и открывать мир.
За эту семью я спокойна.
Может быть и другой случай. Допустим, я услышу, что ребенка хотят «спасти от перемалывающей Личность школьной системы», вспоминают, «какой стресс мы испытывали от насмешек одноклассников и какую скуку на экскурсии с классом», недоумевают, «для чего мы учили про инфузорию-туфельку?! Она ни разу в жизни не пригодилась! Умение решать уравнения в магазине тоже не нужны — мы используем четыре арифметических действия!» При этом, дети ликуют: «Ура! Не нужно ходить в школу!»
Друзья, я буду всерьез огорчена. На мой взгляд, это не те доводы, которыми оперируют разумные люди. А между тем, подобных аргументов множество на форумах сторонников домашнего обучения.

3. Подойдем к вопросу обдуманно.

Вопрос о последствиях домашнего обучения я не исследовала, поэтому только высказываю свое сомнение. Прошу родителей-энтузиастов взвесить все еще раз, поговорить с теми, кто прошел домашнее обучение. А также с теми, кто пробовал и отказался от такой формы получения знаний.
Важно! Школьная система дает не только знания! Хорошо продумайте, как будет социализироваться ребенок на домашнем обучении. Лично я, переведя ребенка учиться дома, время от времени обращалась бы с ним к хорошему психологу, чтобы оценить степень психической зрелости и социализации.

4. Взгляд с четвертой позиции восприятия («Системный взгляд»).

Небольшое, но важное по смыслу отступление: я «за» прививки. Доводы тех, кто против, насколько я их понимаю: вакцинация может наносить вред; обязательная вакцинация нарушает права человека.
С точки зрения ребенка и родителя вакцинация может быть не нужна. Ситуация вокруг более-менее благоприятная. «Ну где вы видели ту оспу и полиомиелит. Мама отказывается от прививки для своих троих детей — и они растут здоровыми! Очень хорошо! Прививка была не нужна!»
Системный взгляд на этот вопрос иной. Когда таких грамотных мамочек, которые пишут отказы, становится много, эпидемиологическая ситуация меняется. Уже «побежденные» оспа и дифтерия могут вернуться. Только охват населения прививками (более 70%) может гарантировать здоровье широкого круга людей.
Согласно заключению экспертов Всемирной организации здравоохранения, большинство доводов антивакцинаторов не подтверждаются научными данными и характеризуются как «тревожное и опасное заблуждение».
Пишу об этом по двум причинам. Первое. Автор упомянула отсутствие прививок как один из плюсов домашнего обучения. Выступлю как представитель сторонников другой точки зрения.
Вторая причина — главная. В идеале наш взгляд на ситуацию должен быть системным. Школа — это не только некоторое количество знаний, которыми овладел Ваш ребенок. Не только каждодневное общение с ровесниками. Школа (пока еще) воспитывает. Школьное образование приобщает новое поколение детей к культуре. Школа дисциплинирует, приучает к регулярным усилиям по организации себя. Думаю, это далеко не всё, что получает ребенок за десять лет школьного обучения. Кто может дать гарантию, что прочитав дома учебники и сдав экзамен учителю в школе, Ваш ребенок научился всему, чему научились его одноклассники? Мы узнаем это тогда, когда эти дети станут взрослыми.
Хорошее, качественное домашнее образование — это большой труд и большая ответственность родителей.

Домашнее обучение: опыт мамы, которая разочаровалась

Семейное образование: 3 вопроса тем, кто планирует обучение на дому

Когда хорошую школу выбрать с ходу не удается, а недоверие к системе образования побороть никак не получается, многие склоняются к домашнему обучению своих детей. Но в этой форме есть свои трудности, для многих и вовсе непреодолимые. Если вы выбираете семейное обучение, приготовьтесь, что вы не столько спасете ребёнка от школы, сколько сами вернётесь в неё и заново погрузитесь в правила и уравнения. Опытом обучения сына на дому делится Варвара Оленченко.

Скажу сразу, я изначально рассматривала надомную форму обучения для своего сына как проект. И через три месяца решила этот проект закрыть. Я неадекватно оценила свои организаторские возможности, способности сына к самоорганизации, затраты на обучение и прочее.

Для тех, кто, как я, устав от сражений со школой и ребенком, рассматривает такую возможность как спасительный рывок к свободе, хочу рассказать о том, на какие «подводные камни» придется наткнуться.

Мое видение семейного образования было приблизительно таким: часть программы мы играючи пробежим дома, ничего заоблачного в этом нет. И (это очень важно) речь не идет о занятиях с ребенком, который в перерыве между кружками, хобби и собственными проектами листает учебники. А о ребенке, который найдет миллион способов, чтобы всего этого избежать. Второе важное примечание: речь идет о средней школе с большим набором предметов.

Как-то вечером, придя с работы, я открыла учебник русского и со вздохом сказала: «Давай позанимаемся». Передо мной была тема про правописание одного или двух «н» в прилагательных, и там был разветвленный алгоритм, с помощью которого следовало определить, сколько в итоге будет «н». И вдобавок к этому слова-исключения. Помните? «Стеклянный, оловянный, деревянный». Вечер, который мы обычно тратим на беседы, шутки, чтение вслух, превратился в мои попытки впихнуть эти правила в ребенка. При этом ему бы хотелось смотреть свои ролики на ютьюбе, а мне — читать книгу.

Я открывала учебники по биологии, истории, географии, и на меня вываливался набор фактов. В отсутствие школьной системы предлагаемая ею система знаний теряла смысл.

Мне стало понятно, что изучение школьной программы при моей полной антипатии к ее содержанию и полной незаинтересованности ребенка превратится в войну с самой собой и с ним. Но ведь задача-то была уйти от войны за обучение и привести жизнь семьи в более гармоничное состояние.

Вот три вопроса, которые помогут вам понять, на правильном ли вы пути.

1. Сможете ли вы быть лучше школы?

Да, сейчас любой имеет не только неограниченный доступ к информации, но и может выбирать форму ее подачи. Можно смотреть увлекательные фильмы BBC, заниматься русским с помощью онлайн-тренажеров, английским — по скайпу, слушать лекции от лучших преподавателей мира.

Но это действует, если вы разрабатываете собственную систему домашнего обучения, подходящую для вас и вашего ребенка. Фактически вам придется взять на себя задачи, которые обычно исполняются целым коллективом. И это требует знаний, опыта и навыков. Если же вы планируете нарабатывать их в процессе, то ваш ребенок и его образование станут экспериментальной площадкой. Результаты могут быть как удачными, так и не очень.

2. Школьная социализация — это миф, но найдете ли вы альтернативу?

В статьях про семейное образование очень много верного написано про пресловутую школьную социализацию. Что это за социализация в коллективе, где собраны случайные люди, которые занимаются неинтересным им делом? А издевки и унижения, знакомые каждому школьнику, не способствуют формированию успешных моделей поведения.

Я согласна с каждым словом. Но не согласна с тем, что общение в кружках и секциях является способом научиться взаимодействовать с коллективом. Вероятно, где-то существуют такие кружки, где постоянный состав детей, талантливый увлеченный педагог, и ребенку повезет найти там друга или даже нескольких. Мы такой не отыскали.

Самый интересный курс по STEMу, где педагог так увлекал мальчишек, что они непременно выходили радостные от переполнявших их знаний, не был местом, где можно было практиковаться в создании социальных связей. На остальных занятиях было так же: дети приходили на пару часов, занимались, в процессе общались и расходились.

3. Сколько стоит ваше время?

Если вы не практикуете анскулинг, а планируете оставаться в рамках школьной программы, то стоит взять расписание и посмотреть, сколько часов тратится на тот или иной предмет в неделю и в год. Существует мнение, что школа ориентирована условно на самого глупого ученика, и поэтому многие предметы можно изучать гораздо быстрее. Правда, возможно, мы попадаем в ловушку, недооценивая значение методики, в которой заложено постоянное повторение пройденных тем, чтобы они закрепились в памяти.

Но даже если сократить количество часов вдвое или втрое, это все равно будут часы, которые вам придется потратить на обучение по школьной программе. За сколько ваш ребенок усвоит правило написания двух «н» в прилагательных — за час или за 10 минут, зависит от его интереса к учебе, способностей и старания. Но и вам придется погрузиться в эту тему.

Имеет смысл оценить, сколько стоит час вашего времени. Можно сделать это линейно, посчитав стоимость рабочего часа. Или с учетом перспектив: возможно, если вы потратите несколько часов в день на свое развитие, в будущем это принесет щедрые дивиденды как вам, так и вашей семье. Или просто сравнить: час, проведенный с детьми на прогулке, за игрой, за беседой, или час, проведенный за учебниками.

Похоже, как будто я веду к тому, что час с тетрадями и учебниками — это хуже всего. Для меня это действительно так.

Это как отдать десять долларов, а взамен получить один рубль — проигрыш кажется очевидным. Но это может быть абсолютно не так для другой семьи, где ребенок любит и умеет учиться, а у родителей есть время и энергия, чтобы не просто обеспечить школьный минимум, но и поделиться более масштабными знаниями. Если же учеба не в радость, а лишь обременительная повинность, то выгоды семейного образования становятся тяготами.

Про обучение с использованием репетиторов могу сказать, что это будет стоить как обучение в частной школе. Достаточно взять среднюю ставку репетитора и умножить на количество школьных часов. И лучше сразу понять, что платить придется не по средней ставке, а по границе высшей. Количество людей, которые предлагают свои услуги по обучению, очень велико. Число тех, кто действительно умеет это делать, гораздо меньше, и неудивительно, что они требуют более высокой оплаты.

Этот длинный текст нужен не для того, чтобы сказать, что домашнее обучение — это плохо. Или сложно. Или невозможно. Это форма обучения, которая помимо положительных сторон имеет и свои трудности, и если возникла ситуация выбора или даже необходимости отказа от учебы в школе, стоит о них задуматься. Опыт семейного обучения, который наиболее доступен, — это опыт замечательных незаурядных людей. Но экстраполировать его на себя в моем случае было ошибкой.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Воспитание детей, психология ребёнка, обучение и социализация