Шаг в небо

Сергей Слюсаренко — Шаг в небо

Сергей Слюсаренко — Шаг в небо краткое содержание

Шаг в небо читать онлайн бесплатно

Сыграй свою роль. Свою, не чужую. Ту, от которой зарыдает небо.

Через полчаса утро растворит ночную тьму. Тревожно побелеет свод небес, очерчивая стволы деревьев. Но ещё раньше начнут свой разговор птицы. И не надо будет при каждом звуке ночного леса хвататься за меч.

Крепостная стена пока неразличима в темноте. За стеной Зло. Зло будет повержено. Иначе зачем здесь я? Важно дождаться истошного зова зверя Ангевара – сигнала к началу боя. Но пока лишь утренняя роса покрыла меч и латы. И только напряженное дыхание моих воинов тревожит ночную тишину. Нас десять латников и я, маг Синего меча.

Сердце в предчувствии близкой схватки забилось гулко и редко. Вот уже звезды начали исчезать в светлеющем над головой небе. А потом пришел вопль Ангевара. Но для моих бойцов не надо было никакого сигнала – они чувствовали мир каждой частичкой души. Я успел лишь сжать рукоять Синего меча – Инденура, а крики латников уже распороли тишину спящего леса. В крепости раздались суетливые команды. А они проспали. Как стая боевых котов мы ринулись на приступ. Зря они рассчитывали на крепость дубовых ворот. Моя магия сильнее.

– Аперипор. – заклинание вылетело из моих уст, разрывая хитроумные запоры на воротах.

Анго, мой оруженосец, не соблюдая никаких правил, ринулся первым в щель разверзающихся ворот. Мальчишка! Сколько раз ему повторять! Удар меча поперек груди свалил его глубокий в крепостной ров. Нельзя идти на штурм вражеских укреплений без магии. Анго, Анго, надеюсь, ты останешься жив.

В распахнувшиеся ворота высыпалась горсть вражеских латников. Они надеются отбросить нас назад. Яркие плюмажи, униформные латы, не чета нашей, потертой в боях амуниции. Конечно, богатство Донгура, главного мага замка, известно всем. Но не деньги рубятся на мечах. Легким пассом я окружил себя защитной сферой. По правилам я не имею права участвовать в поединках с не-магами. Но не-маг всегда может вонзить мне в спину кинжал.

Зофо был лучшим фехтовальщиком у меня в отряде. Его манера боя изящна и эффективна. Сбить с толку противника и сделав вид, что спина не защищена, приманить еще одного. Потом перехватить удар глубокой отмашкой за спину. И потом изящным вольтом поразить сразу двоих. Те, кто был не знаком с его искусством, всегда попадались на этот трюк. Но…

– Командор! Я бросаю тебе вызов! Не надо тратить силу своих вассалов! – раздалось с крепостной стены.

Донгур все-таки решился. Редкая схватка кончается битвой Магов. Куда проще разобраться силами простолюдинов – латников. А тот, кто проиграл в схватке магов – перестает быть магом навсегда. И сила его переходит к победителю. Но не время праздновать труса, я верю в силу своей магии? Моя рука, скрытая до сих пор складками мантии, поднялась вверх, пальцы сложены в двойной крест. Знак, знакомый только трубачу-сигнальщику и Мастеру. Печальный звук корнета-А-пистон остановил бой. Нехотя опустили мечи воины – мои соратники и защитники крепости Зла. Сигнал «Всем – Стоять» – строг и не терпит промедления. Как всегда неведомо откуда, вышел Великий Мастер. Его роскошная свита шла чуть позади.

– Браво, браво, – Мастер говорил, не повышая голоса. Кто захочет – услышит. А кто не захочет, тот не придет сюда. – Вы поступили, как настоящие воины! Давно не было у нас боя магов. Что же, Донгур, Черный маг седьмого Холма, и ты Командор, светлый маг Синего меча. Выходите на битву!

Бой магов понятен только посвященным. Здесь нет ни жаркой рубки на мечах, ни изящных движений, ни напряжения противостояния. Здесь борьба знаний, борьба внутренней силы. Я первым вышел на место поединка. Я, Командор, маг первой ступени, только за день до этого посвященный, впервые в бою во главе отряда, был вынужден принять бой от самого Донгура. Бой, которого, пожалуй, не видел никто из моих латников.

Мастер стоял, окруженный свитой. Ива стояла ближе всех к Мастеру. Ива, я не ждал такого от тебя… Но я Маг. И мне все человеческое чуждо.

Врата замка со злобным скрежетом распахнулись, выпуская на место боя Донгура. Его белая мантия, вышитая, как сплетничали, настоящей золотой нитью, развивалась в легких струйках утреннего ветерка. Длинные, черные как смоль волосы, перехваченные серебряным обручем, струились, словно змеи по белой ткани мантии. В руках Донгур сжимал восточный меч, покрытый вязью тайных заговоров. Конечно, в простом бою такой меч разрежет мой Инденур как соломинку, но кто же я без магии?

– Донгур! Черный маг! – мой голос гремел над утренним лесом, – готов ли ты принять честный бой от меня, Командора, светлого мага, теперь и с соблюдением всех правил магического боя? Готов ли ты пасть в бою?

Я произнес обязательную формулу вызова.

– Да, Командор, я… – начал Донгур формулу ответа. Но тут у меня в кармане зазвонил сотовый.

– Вашу мать. – взревел Великий Мастер, Гоша Пыльцын. – Я, что зря вас, придурков предупреждал? За звонок мобильника во время игры – на хер!

– Ой, Гоша… – меня бросило в жар от смущения и стыда.

– Я тебе не Гоша! Игра не окончена!

– Прости, Мастер, я в твоей власти, – это была формула подчинения.

– Иди ты на…, – Гоша не считал нужным в этой ситуации придерживаться им же установленных правил, – тоже мне, воин, пере…м-э-э…портил всю игру! – и продолжил уже обращаясь ко всем:

– Я, Великий Мастер, объявляю бой магов оконченным. Победил Донгур в примапрове. Бой продолжают латники.

Донгур, он же Сашка Сотников, старый мой приятель, строго придерживаясь роли, подошел и разломал мой меч об колено. Ну конечно, он купил за немереные бабки свой «японский меч» в Центральном «Воен-Охоте». А мой Инденур, хоть и четких линий, но все равно сделан из липы.

На поляне сошлись латники. Неловко размахивая палками, которые они называли мечами, воины пытались огреть друг друга по железкам, имитирующим латы. Ну что же, обычная ролевка. На фиг я связался с ними? Конечно, Ива так захватывающе рассказывала об играх, что я и сам поверил в то, что это настоящая жизнь, настоящая романтика. Вон в прошлую, первую для меня игру, мне так повезло, что я разгадал весь путь великого Имама и был удостоен звания мага. Гоша, пожимая мне руку после игры, сказал, что у меня большие перспективы.

Короче, сегодня я облажался. Глупо так.

Пока народ обустраивался в лагере, перед самой разборкой игры я, наконец, решился выяснить, кто же мне звонил. Ну, конечно, родители. Они в отпуске, в Ялте. Чтобы не пугать их неотвеченым звонком, я позвонил и выяснил, что там все хорошо, много народа, очень жарко и все дорого. Естественно, у них все дорого, а я после их звонка в полном дерьме. Хотя, кто мешал мне выключить телефон? Сам виноват.

Вечер пришел с тихим потрескиванием сосновых веток в костре. И, хотя наш лесной лагерь ещё не угомонился, еще бегают туда-сюда не вышедшие из своей роли маги и орки и прочие упитанные эльфийки, еще гремит кованым железом в ближайших кустах Черный Рыцарь, отправившийся по нужде и потерявший равновесие в орлиной позе, но что-то вечное и спокойное уже накрывает наш маленький мирок. Я не стал участвовать в разборе, который устроил с присущей ему серьезностью и въедливой иронией Пыльцын. Понятно и так, что он скажет. Я занялся костром возле моей палатки. Ну, не совсем моей. Нашей. Палатку мы брали на троих, я и мои два старых приятеля по университету. Сашка Андрукович и Толик Марченко. Ива сказала в прошлый раз, что хорошим тоном будет привести с собой на игру пару проверенных друзей. Сашка с Толиком с удовольствием согласились побегать по лесу и «посмотреть на этих придурков», как сказал Толик. Но, не смотря на скепсис, в игру они влились самозабвенно. Я сам видел, как Сашка в бою лупцевал сосновым мечом того самого Черного Рыцаря, что все ещё гремел в кустах, по железным бокам. А теперь, после разборки игры, после похвал и критики Пыльцына, все разбредаются по палаткам. Ужин готовить, костры разводить. А я уже развел.

– Ну и как, сильно меня Мастер поимел на разборках? – спросил я моих приятелей.

– Да выкинь дурное из головы, – Сашка всегда был трезвомыслящим. – Он вообще про тебя не вспоминал. Отметил, что игра прошла почти хорошо. Ну и всякое такое. Я не следил.

– А почему не следил? – я слегка удивился. – Ведь разбирали, что и как, в следующий раз могли бы опыт этой игры учесть.

– Я лучше в следующий раз пойду с секцией спортивного ориентирования. – Толик так и не понял смысла ролевки. Он вообще, был любитель разных видов спорта и мечтал стать мастером. Спорта, разумеется. – Ты извини, оно, конечно, весело было палками помахать, но мне ваша игра вроде книжек с фантастикой. Чушь собачья и никакого смысла.

– Ага, в спортивном ориентировании много смысла, – мне стало обидно и за игру и за фантастику. Хотя мне нравилась книжка «Военная топография», валявшаяся дома со старых времен, и хорошо её изучил. В лесу не потеряюсь.

Шаг в небеса (СИ), стр. 1

Роман о мире, похожем на наш, но всё же ином. Роман о человеке, всеми силами бегущим от войны, но не так и не убежавшем от неё. Роман о прогрессе и о его плодах, которые он несет людям.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. «Решка»

ЧАСТЬ ВТОРАЯ. Урдский север

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. Свободный Баджей

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ. Атака мертвецов.

ЧАСТЬ ПЯТАЯ Миссия в Котсуолде

Бесконечность. Это слово лучше всего подходило к нашей жизни. Если прозябание можно назвать жизнью. Конечно, с одной стороны нам, летунам, грех жаловаться. Мы не гнили в ледяных окопах, как пехота. Нас куда лучше кормили. За каждый вылет наливали по рюмке чего-нибудь крепкого. Но. война доканывает всех. Не важно, где ты находишься: в гнилой траншее или на относительно чистой постели. Когда, просыпаясь, осознаешь, что вполне можешь и не увидеть заката, это выматывает намного сильнее даже самой тяжёлой рутинной работы.

— И что у нас сегодня? — вяло поинтересовался кто-то из Второй эскадрильи. Их мы почти не знали: большая часть Второй погибла в жестоких боях за небо Нейстрии, и им на смену прислали совсем ещё мальчишек. Выдавить оттуда нейстрийцев и их союзников нам удалось, но цена оказалась высока. Быть может, слишком высока. Нам давно уже не хватало всего: пилотов, машин, запчастей, даже патронов.

— Погоди до инструктажа, — отмахнулся комэск Александер, один из немногих, кому удалось выйти живым из тех боёв. — Не рвись в небо раньше времени.

— При всём моём уважении, господин капитан, — насупился юный летун, — мы именно за этим сюда и прибыли.

— Согласен, молодой человек, — вздохнул Александер, — но и торопиться воевать не стоит. Уж поверьте моему опыту.

— Позвольте осведомиться. — начал было юноша, явно из благородных и, скорее всего, древних кровей.

— Позволю, — не слишком вежливо перебил его комэск. — Я на войне с двадцать второго года.

— Чёрт побери. — сдавлено прошипел сидевший рядом с благородным и древних кровей юношей парень, явно попроще. — Да мы же тогда ещё в гимназию ходили. В первый класс.

— Вот и извольте довериться моему военному опыту, — в устах комэска приторная вежливость звучала просто издевательски.

Александер не был благородным, именно поэтому выше капитана ему не подняться. Уж так заведено у нас на родине. Военной службой можно выслужить только рыцарство, но никак не дворянство. А значит, что даже командантских эполет Александеру не получить никогда. Сколько нейстрийцев и их союзников не сбей. И сколько бы орденов ему на грудь не повесили командующие-дворяне, а то и сам кайзер.

Быть может, поэтому Александер и недолюбливал дворян. Особенно столь ретивых и вежливых, как этот болтун.

В общем, завтрак нам Вторая подпортила. Не то чтобы сильно, но всё-таки. Как известно, дурное начало дня — верный путь на тот свет. Надеюсь, что не для меня.

Мы поспешили завершить трапезу и вышли из столовой раньше летунов Второй. Тоже суеверие, но жизнь летуна располагает к ним очень сильно.

Прошли привычной дорогой мимо коричневых корпусов надстроек нашего небесного корабля класса «Левиафан». Уже несколько месяцев он не поднимался с земли. С тех самых пор, как нейстрийцев выбили из очередной провинции их королевства. Экипаж скучал, ухаживая за воздушным линкором, как за громадным капризным питомцем. Матросы и офицеры редко попадались нам на глаза, пропадая во внутренних помещениях «Левиафана». Исключением был только обслуживающий аэропланы персонал. Но к ним экипаж относился почти с откровенным презрением. Равно как и ко всем, кто не входил в придуманную ими же элиту. Нас хотя бы относительно уважали — за почти безумную смелость. Сражаться не за бронёй небесных гигантов, а в кабинах лёгких аэропланов — по их мнению, это было чистой воды самоубийством.

Вытянутую посадочную полосу видели лишь мельком. Как обычно — торчат ровные ряды хвостов наших «Альбатросов», украшенных имперским орлом с молниями в лапах. Зарядные шнуры, тянущиеся от двигателей под палубу линкора, видно не было.

Мы вошли в основную надстройку «Левиафана», где проводились все инструктажи перед вылетами и разборы полётов. Расселись на жёстких стульях перед вроде бы совершенно неуместной тут кафедрой. За ней уже стоял наш комполка отчего-то в парадной форме и при всех регалиях. Даже шпагу прицепил. И это было удивительно. Наш командир, даром что благородный из благородных, всё-таки настоящий летун. Лишнего «шику-блеску» не любит. Значит, сегодня какой-то особенный день.

Я перебрал в памяти все известные мне даты, включая почти забытое тезоименитство нашего императора и кронпринца. Выходило, что до них ещё далековато. И настроение у меня, и без того подпорченное перебранкой в столовой, упало окончательно. Похоже, что не у меня одного.

— Господа авиаторы, — официальным тоном произнёс комполка, — я собрал вас здесь и сейчас, чтобы сообщить о том. — Короткая пауза, будто он собирается с духом. — Сообщить о том, что война, которую вела Дилеанская империя, против многочисленного и коварного врага, закончена.

— Мы победили? — спустя несколько минут наконец раздался чей-то голос. Кажется, того самого дворянина, что препирался с капитаном Александером в столовой.

Каждая мама обязана знать:  Подросток крадет деньги и жует табак

— Подписано перемирие, — коротко ответил комполка, — и дипломаты готовят большой мирный конгресс. Он положит конец этой бесконечной войне.

Обычно, войну называли победоносной, но комполка всегда был с нами честен.

Да и стоит ли врать тем, кто воюет в небе не один год?

Летать в парадной форме мне ещё ни разу не приходилось. И кто такой умный придумал, что наши аэропланы приземлятся прямо пред светлы очи кайзера и чуть ли не всей его фамилии. Да ещё после этого эффектно так покинуть кабины — и отдать честь. Естественно, предстать перед кайзером в лётных комбинезонах из «чёртовой кожи» и без наград герои-авиаторы не могли.

Вот и придётся поднимать в воздух новенькие «Адлеры», которые ни разу не бывали в бою, не надевая удобных комбезов, оставаясь в свежепошитой парадной форме. В «Адлерах» даже имелись специальные зажимы для шпаги. Гвардейские машины, как-никак. Хотя, наверное, только на парадах дворяне могли себе позволить взять с собой в небо родовой клинок. Слишком велик риск расстаться с ним навсегда. Ведь покинуть горящий аэроплан очень непросто, а уж прихватить ещё и шпагу. Времени на это просто нет. Это первое, что объясняют летунам-гвардейцам, когда те приходят на войну.

Точнее приходили. Война-то уже три месяца как закончилась.

— По машинам! — раздалась команда. — И чтоб молодцом мне!

Я забрался в непривычную кабину. Быстро окинул взглядом приборы. В общем-то, особых отличий от кабины «Альбатроса» нет. На репетициях управлялся с машиной — и на параде не подкачаю!

Техники отсоединили шнуры питания. И аэропланы в строгом соответствии с ордером устремились в небо. «Адлеры» были немного тяжелее «Альбатросов», разбег у них длинней. Покачивая крыльями, мой биплан точно у белой отметки оторвался от идеально ровной взлётной полосы. Я пристроил его в хвост машине, летящей впереди. Теперь предстояло пройти над головами больших генералов с золотыми эполетами на чёрных мундирах. Сделать пару фигур не особенно-то и высшего пилотажа — в бою приходилось куда сильней крутиться. И приземлиться, как положено по сценарию, пред светлы очи кайзера и августейшей фамилии.

Рецензии на книгу « Парашюты. Шаг в небо »

Очень нравится серия книг Настя и Никита. Как только появляются новые, обязательно беру в свою коллекцию. Красочные, интересные, познавательные.

Замечательная книга про детские воспоминания, про мечту, про сложности и преграды, про то, что бояться, это нормально и, что все обязательно получится!
И какие интересности упомянуты: Луи-Себастьян Ленорман, этимология слова, Глеб Котельников и братья Доронины. Но самое важное, это описанный опыт, переживания и эмоции.
А про «белый цветок парашюта» и «с тихим шуршанием ложится на весеннюю траву» прочитайте сами. Обязательно!

Замечательная книга! Автор увлекательно и доступно рассказывает о парашютах, иллюстрации без лишних пририсовок, выполнены со знанием дела. В подарок для мальчишки лет 10-12 самое то, да и взрослым она тоже будет интересна.

В этой книге рассказ автора о мечте прыгнуть с парашютом переплетается с историей парашютов. Читать очень интересно. Ребёнок после прочтения захотел тоже «полетать».

Повествовательно-обучающая история о парашютном спорте. Главный герой, повествующий историю, рассказывает читателю о своей давней мечте — прыгнуть с парашютом. Когда мечта уж было совсем забыта, обстоятельства вновь напомнили ему о ней.
Книга будет интересна всем, кто так или иначе имеет в планах спрыгнуть с парашюта, а также тем, кто вообще ставит себе цели и идет к ним. Ведь только так возможен успех. И герой книги к нему пришел, он воплотил свою детскую мечту в жизнь!

Слушайте, я столько нового узнал об этом деле, словно никогда и не слыхал ничего об авиации. Познавательно и доступно! Рассказываю о книге на видео.

Хорошая книжка для старших дошкольников и младших школьников. Последовательно и грамотно, без ошибок и домыслов, рассказана, как история парашютизма, так и личная история подготовки к прыжкам. Порадовали упоминания многих имен, кроме привычного упоминания Леонардо до Винчи — Котельникова, Минова, братьев Дорониных. Вернее, порадовало не просто упоминание этих имен, а достаточно внятное описание их дел и изобретений.
В части личного опыта подготовки мне не хватило эмоциональности, текст очень ровный и суховатый, хотя даже самые занудные теоретические занятия по изучению матчасти парашютов с конспектировнием тактико-технических данных обычно проходят достаточно оживленно, я уж молчу про особые случаи, когда рассматривается куча местных примеров того, кто когда какое препятствие словил, и рассказывается масса баек, как общесоюзного хождения, так и местного фольклора. Инструктора обычно народ харизматичный и подать эти байки умеют под очень правильным соусом. Автор же пишет вроде бы о себе, но как-то отстраненно, просто перечисляя то и это. И, кстати очень подробно перечисляя. Хотя, наверно, именно такой язык диктует познавательный формат книги.
Но вот как раз иллюстраций хотелось бы более строгих, соответствующих этому формату. А в них присутствует обычная для современных детских художников мультяшность и некоторая карикатурность.
Но это я придираюсь исключительно из личной заинтересованности ))) Книжка хорошая, детям обязательно понравится ))

Первый шаг в небо

У каждого человека в жизни есть своя мечта! После её осуществления мечта никуда не девается, просто ей на смену приходит новая, ещё более яркая . В своё время придётся и ей встать в ряд с теми, которых мы уже достигли и реализовали, приложив все свои усилия для её реализации. Открылось мне, это откровение совершенно недавно, вместе с моим раскрывающимся куполом, в восемьдесят три квадратных метра надёжно соединяющих меня с ним, двадцатью восемью стропами))).
Москва! Ярославский вокзал, — восемнадцатое августа две тысячи восемнадцатый год. Осуществилась мечта, к которой я шёл три года в своём творчестве! Я стал лауреатом первой премии Международного конкурса Премия — «Филантроп», победитель в номинации «Авторская песня». Председателем жюри был Иосиф Давидович Кобзон, награждения и гало-концерт, которого проходил в столице нашей Родины в Москве. В этом году я был единственный представитель Омского региона. Честно скажу, я просто гордился этим! Ведь моя мечта, к которой я так долго шёл,- осуществилась! До отправления моего поезда под номером «семьдесят»,в сторону Омска (где в одном из его районов и находится моя родина на реке Иртыш, село моё получило название от этой красивой реки, по песочным берегам которой я бегал с самого детства), оставалось около тридцати минут. Я знал, что в селе Иртыш, в нашем уютном доме, меня ожидают два моих самых больших сокровища в жизни пятилетняя доченька Машенька и любимая жёнушка Татьяна! У третьего вагона моего поезда, собрались провожающие ребята в голубых беретах, камуфляжной форме десантников со знаками, до блеска начищенных берцах. Ребята, с которыми мы уже стали настоящими друзьями за не долгие три дня фестиваля. Эти мужественные красавцы и конечно же красавицы, курсанты Военно-спортивного Клуба «Десантник» — Ордена Маргелова, они были волонтёрами на нашем фестивале, стали мне уже как родные. Помогали мне донести мои дорожные сумки, ну а свою незаменимую подругу моей жизни гитару, я нёс сам. Вот весь мой багаж: две большие сумки, гитара в чехле и награды с подарками, которые вручили на торжественной церемонии. Пришло время прощаться! Выйдя из поезда, я сфотографировался с моими новыми друзьями на перроне. Не скрою, в этот момент, мне стало грустно, но я уверенно отгонял это чувство от себя, потому что знал, что ребята навсегда останутся в моём сердце! Обнявшись и попрощавшись, я постарался им сделать приятное . Кому-то подарил крутую футболку купленную мною в Москве, красавице Гуле просто упаковку шоколадных конфет, Данилу подарил магнит с портретом Владимира Высоцкого, Азизу -пареньку плотного телосложения — банку сгущёнки))), которую я брал с собой в дорогу, девушке с необыкновенным русским именем Саломея, подарил на память красивую, белую бейсболку с гербом России. У этих ребят за спиной уже было по несколько прыжков с парашютом. Их глаза горели по особенному! Видно что в них развиты все патриотические чувства к своей Родине, и конечно же все спортивные и боевые навыки. Именно они, поселили в моё сердце новую мечту! Я стал по особенному смотреть на небо, заболел небесами, мечтой о небесной синеве и прыжке с парашютом.

Время шло не даром! Кончилось лето, пролетела осень, подкрался красивый белоснежный месяц ноябрь! Настало время осуществления той самой, заоблачной мечты, которую даже нельзя назвать как каким то необдуманным поступком в моей жизни. Я пытался найти ответ: «для чего мне нужен прыжок с парашютом. «, но всё больше и больше, приходил к тому осознанию, что ответ найду только после моего первого шага в небо.
В моём творческом проекте уже давно назревало желание о создании песен о десантниках, о парашютистах, но мне не хватало одного звена, и этим звеном стал мой первый самостоятельный прыжок с парашютом, который я совершил 24 ноября 2020 года.
Если я скажу, что не боялся, то окажусь простым хвастуном. Ведь даже когда выхожу на «большую сцену», — у меня порой подкашиваются ноги. Конечно же как и любой адекватный человек я боялся. Но в таких случаях помогает мотивация, — понимание для чего тебе это нужно. Должен сказать, что у всех с кем я прыгал в этот день, была своя мотивация.
Например, мой товарищ с которым я проходил теоретическую и практическую подготовку к первому прыжку, в нашем Омском ДОСААФе, Алексей, тоже задавал себе такой вопрос -«что с подвигло меня к такому решению?»- и сам себе ответил на свой вопрос; -«СТРАХ». Победить страх ему удалось, только через свою силу воли. С Алексеем мы оказались в одном взлёте. По одну сторону борта самолёта, на котором он кстати, так же как и я, до этого момента ни разу не летал. У нас оказались очень близкие весовые данные: он был весом 63 килограмма, а я 67 ,что и поспособствовало тому, что мы сидели плечом к плечу, перед десантированием из самолёта.
Наш инструктор Алексей Борисович всё время наблюдал за нашими глазами, и то и дело подбадривал нас: «-Так ну-ка сибиряки, что то радости не вижу в глазах, это же ваш первый прыжок с парашютом! Вы лучшие из лучших! Вы счастливчики, и сейчас это незабываемое чувство от первого прыжка, почувствует каждый из вас! А ну – ка, посмотрели друг другу в глаза и улыбнулись! Вот теперь узнаю своих курсантов. » Тут, вся наша прыжковая группа, словно оживала в расцвете радостных улыбок, от неожиданного поведения нашего инструктора. В эти моменты мы забывали про свой страх, и смеялись под гул самолёта , дарили свои улыбки инструктору. Ну а Алексея, мне дополнительно приходилось подпихивать в бок, своим плечом, улыбаться ему за двоих, что бы он немного отвлекся от наблюдения за небесным пейзажем в иллюминаторе нашего самолёта. К тому же инструктор Алексей Борисович, то и дело открывал дверь самолёта для уточнения места десантирования. С каждым открытием двери, нас обдавало таким свежим потоком воздуха, что в наших головах начинала активизироваться вся нейронная система, и начинала вскипать в жилах кровь, под ускоряющееся биение наших сердец.
Приближался момент нашего первого шага в небеса. Ещё немного и мы сами решим для нас ли оно небо, и станет ли мечта и этот шаг любовью к небу, победой над своим страхом перед неизвестностью.

Это был наш день! День нашего первого самостоятельного прыжка с парашютом! В «Аэроклубе» был назначен сбор на семь тридцать утра. Для меня это был ещё один испытательный шаг, ведь я живу в ста километрах от Омска, где находится «Аэроклуб», поэтому мне было необходимо выехать в четыре часа утра на оплаченной мной машине . Добрался я благополучно, прямо к тому времени когда начиналась перекличка! Все на месте! Грузим парашюты, выстраиваясь длинной цепью от здания до грузовика. Далее, организованной колонной выезжаем в сторону аэродрома «Камышино», что примерно в двадцати километрах от города. Прибыв на аэродром, мы курсанты — парашютисты ,вместе с инструкторами заносим парашюты в большой ангар. После чего ,началась очень бодрящая, зимняя разминка. Это было здорово)))! Опять построение, вводный инструктаж , распределение на три прыжковые группы. Я и мой новый друг Алексей, попали во второй взлёт. Нам раздают под подпись шлемофоны. Мне достался под номером «один», а Алексею «двадцать два».Далее идёт распределение парашютов, примерка, и конечно же подгонка под наши габариты всей парашютной системы. В ангаре нас всех осматривает доктор, мы ставим свои подписи в журнале. Остаётся дожидаться так называемого «окна» в небе. Счастье парашютистов, теперь зависит от благополучных метеоусловий.
За это время, мы успеваем попить горячего чая, пообщаться и познакомиться друг с другом поближе. Полюбоваться из далека на разогревающий свой двигатель АН-2, который через некоторое время поднимет нас всех в небо .
Самолёт АН-2, — это очень надёжная техника в плане безопасности. Если отказывает двигатель, на большой высоте или кончится топливо, самолёт спланирует хоть на поле, хоть на воду, все находящиеся на борту окажутся целы и невредимы!

Наконец дождались, долгожданного момента .Небо подарило нам «окно».Отправив в небо первую группу парашютистов — спортсменов, самолёт возвращается на взлётно — посадочную полосу — за второй прыжковой группой.
Ещё раз проверяется подгонка, и проверка всей парашютной системы, у каждого индивидуально, опытными инструкторами — парашютистами.
Слышна команда:»-Вторая группа на выход!» Вслед за инструктором направляемся все к самолету! Двигаемся с задней его части, под углом 45 градусов к той двери, через которую мы ещё немного и впервые в жизни сделаем шаг в небеса!
На высоте 300 метров, производится закрепление карабинов, от вытяжных фалов наших парашютов, за стальные тросы закреплённые вдоль всего фюзеляжа самолёта. Алексей Борисович, стоя там, у двери самолёта, поглядывает на левую руку,где расположен высотомер, следит за высотой. 600 метров, инструктора вводят в рабочее положение страхующий прибор на запасном парашюте. Через несколько секунд, достигаем 800 м.
В самолёте раздаётся два коротких сигнала сирены, а затем и
команда: «-Левый ряд! Встать! Приготовиться к прыжку!» Выполняя команду инструктора, весь левый ряд встаёт на ноги, и начинает продвигаться к двери самолёта, где ожидает наш инструктор, энергичный, с хорошим чувством юмора человек, профессионал в своём деле Алексей Борисович,- именно он готовил нас по теоретической и практической части к нашему первому прыжку с парашютом!
Весь левый ряд парашютистов, уже очень плотно сгруппировался возле двери летательного аппарата. Вновь раздаётся команда Алексея Борисовича: «-Пошёл!» Затем он выглядывает за дверь, посмотреть как происходит наполнение и раскрытие купола у покинувшего самолёт парашютиста, и продолжает:»-Пошёл. Пошёл. Пошёл. » и так пока все парашютисты не покинут летательный аппарат. В самолёте остаются только чехлы оранжевого цвета, которые инструктор после десантирования парашютистов, затягивает в самолёт. Левый ряд в небе, а кто-то из парашютистов уже приземлился и укладывает парашют в сумку. Они уже получили свою долю адреналина, у нас же ещё всё впереди!
АН-2 начинает заходить на второй круг, настаёт наша очередь В голове пролетает мысль:»-Здорово! Они уже сделали это. у нас еще всё впереди. моя мысль обрывается командой инструктора. «Правый ряд, встать. Приготовиться к прыжку!»
В это мгновение меня покинули все ненужные раздумья, вскипающая кровь всё ближе и ближе своей пульсацией подталкивала меня к двери самолёта. Два товарища, которые были впереди меня, уже в небе. Алексей Борисович посмотрел на раскрытие их куполов. Освобождает мне место перед дверью, я приседаю слегка в коленях, чтоб не задеть металлическую арку дверного проёма самолёта головой, так как у меня приличный рост,- 180 см. Наконец — то команда прогремела, сквозь гул мотора АН-2 и для меня! . «-Пошёл!» Весь обвиваемый холодным потоком ставлю свою левую ногу в левый нижний угол обреза двери, и делаю энергичный толчок, под углом 45 градусов. Стараясь не коснуться дверного проёма частями тела и своим парашютом со всем снаряжением. Со скрещёнными руками вцепившимися в лямки парашюта, стараясь сгруппироваться всем телом, будучи уже в небесном потоке. Закрыл глаза, начал громко считать: — 521, 522, 523. Раскрыв глаза после «динамического удара», я вижу над собой свой самый первый и неповторимый белоснежный купол! Несколько секунд я просто любуюсь им! «- Всё в порядке»,- пролетает радостное осознание по всему моему телу с мурашками по коже. Дышу чуть ли не взахлеб от радости, только Бог видел меня всего и изнутри и сквозь неповторимой красоты облака! Моя улыбка и глаза, — были видны только Ему одному в тот миг! Все стропы, — как лучики солнца, а купол как Божие благословение надо мной. Вспоминаю, что необходимо расчековать запасной парашют. Левой рукой влево, вверх вытягиваю красный шнурок, а правой придерживаю что то в виде металлической гаечки с петлёй. Всё, «ЗП» расчекован! Можно не бояться его внезапного срабатывания.
Громко кричу Вовчику , который впереди, и уже ниже меня, и конечно моему другу Алексею который шел за мной: «-Расчековал»! Если кто — то забыл это сделать, растерявшись.
Всё хорошо! Я провожу круговой осмотр, и усаживаясь в подвесную систему, которая была очень комфортно подогнана под мои габариты инструкторами. Как только я расслабился, чтобы полюбоваться небом, всей его красотой с высоты
птичьего полёта, как замечаю, что меня немного сносит на впереди спускающегося,- под куполом Вовчика. Начинаю отводить свой купол в право от него, при помощи левых и правых свободных концов парашюта. Всё в порядке, я сместился в право. Медленно возвращаюсь в исходное положение. Даёт о себе знать страхующий прибор, который мной уже расчекован. Это подсказка, что нахожусь примерно на высоте 300 метров, и мне нужно готовиться к приземлению. «Коридор» для приземления свободный. Остаётся понять, что же с ветром! Немного в бок. Делаю доворот , сгруппировавшись замираю. Медленно возвращаю себя в прежнее положение в подвесной системе при помощи свободных концов парашюта .

Каждая мама обязана знать:  Отношения с молодым человеком

Уже слышно как работают какие — то двигатели внизу, и разговор приземлившихся, уже слышен. Отчётливо начинаю разбирать, что происходит на земле. Внизу красивые и стройные лесополосы, взлётно — посадочная полоса как велосипедная дорожка, игрушечного размера наш белый ангар, и красным пятнышком виднеется высотный пункт наблюдения.
Наступает самый важный, и ответственный момент для каждого парашютиста -«ПРИЗЕМЛЕНИЕ».
Группирую ноги и стопы вместе. Держу их под углом 45 градусов, немного сгибаю в коленях, выстраиваю стопы ног параллельно земле, которая уже движется мне навстречу. Примерное место приземления под моим наблюдением. Вот и последние секундочки. Касаюсь одновременно двумя сведёнными вместе ступнями ног земли, присыпанной белым снежком, заваливаюсь на левый бок приподнимая вверх левое колено Слава Богу! Всё удачно,- целы и руки и ноги и сам весь ещё на эмоциях. Стараюсь побыстрее подняться, забегаю за купол парашюта . Приступаю к полевой сборке парашютной системы. Собираю стропы замочками в одну мощную косу. Освобождаясь от подвесной системы. Сначала снимаю ранец запаски, затем расстёгиваю карабины на ногах и уже далее на грудной клетке. Укладываю карабины и все лямки в ранец от подвесной системы. Отстёгиваю сумку для полевой сборки, основного купола, который уже собран мною и очищен от снега и сухой травы. Оставляя вершинку купола, укладываю сам купол в сумку, затягиваю не хитрым узелочком, закидываю за спину как рюкзак. Ранец запаски беру в руку, направляюсь в сторону грузовика для сдачи под подпись всей парашютной системы. Мне не хочется идти простым шагом. Решил просто пробежаться оббегая взлётно — посадочную полосу неторопливой трусцой, как люблю это делать по утрам по красивым лесным дорогам в своём селе. Добежав, направляюсь в тёплый ангар. Там уже Алексей Борисович переодевшись от спортивного снаряжения, идёт ко мне на встречу, протягивая мне руку, спрашивает: «-Ну как Вячеслав понравилось?» Что я мог ему ответить кроме как :»-Алексей Борисович спасибо вам всем огромное! Это просто классно!»
В тот момент на лице инструктора, я увидел улыбку, не менее радостную и счастливую чем была у меня! Мы крепко пожали руку друг другу, похлопали по плечу. После этого прыжка, я почувствовал себя более уверенным и мужественным парнем, а главное счастливым человеком!
В завершении скажу, чем стал лично для меня, этот первый шаг в небо. Можно быть очень сильным человеком физически, и морально. Но это не главное. Главное, научиться не бояться, делать самому «ПЕРВЫЙ ШАГ»! Если любишь, покажи первым- как ты любишь! Если ты обидел человека, наберись мужества и сделай сам первый шаг, чтобы стал счастливым тот человек, и счастливым станешь сам вдвойне! Если, хочешь подарить счастье человеку не медли, сделай первый шаг и не жди никогда. А ещё нам всем нужно наверное почаще поднимать свои глаза к небу, и обязательно вспомнить — как дорог в нашей жизни первый,сделанный нами шаг!

Шаг в небо

——-
| bookZ.ru collection
|——-
| Сергей Сергеевич Слюсаренко
|
| Шаг в небо
——-

Сыграй свою роль. Свою, не чужую. Ту, от которой зарыдает небо.

Через полчаса утро растворит ночную тьму. Тревожно побелеет свод небес, очерчивая стволы деревьев. Но ещё раньше начнут свой разговор птицы. И не надо будет при каждом звуке ночного леса хвататься за меч.
Крепостная стена пока неразличима в темноте. За стеной Зло. Зло будет повержено. Иначе зачем здесь я? Важно дождаться истошного зова зверя Ангевара – сигнала к началу боя. Но пока лишь утренняя роса покрыла меч и латы. И только напряженное дыхание моих воинов тревожит ночную тишину. Нас десять латников и я, маг Синего меча.
Сердце в предчувствии близкой схватки забилось гулко и редко. Вот уже звезды начали исчезать в светлеющем над головой небе. А потом пришел вопль Ангевара. Но для моих бойцов не надо было никакого сигнала – они чувствовали мир каждой частичкой души. Я успел лишь сжать рукоять Синего меча – Инденура, а крики латников уже распороли тишину спящего леса. В крепости раздались суетливые команды. А они проспали. Как стая боевых котов мы ринулись на приступ. Зря они рассчитывали на крепость дубовых ворот. Моя магия сильнее.
– Аперипор. – заклинание вылетело из моих уст, разрывая хитроумные запоры на воротах.
Анго, мой оруженосец, не соблюдая никаких правил, ринулся первым в щель разверзающихся ворот. Мальчишка! Сколько раз ему повторять! Удар меча поперек груди свалил его глубокий в крепостной ров. Нельзя идти на штурм вражеских укреплений без магии. Анго, Анго, надеюсь, ты останешься жив.
В распахнувшиеся ворота высыпалась горсть вражеских латников. Они надеются отбросить нас назад. Яркие плюмажи, униформные латы, не чета нашей, потертой в боях амуниции. Конечно, богатство Донгура, главного мага замка, известно всем. Но не деньги рубятся на мечах. Легким пассом я окружил себя защитной сферой. По правилам я не имею права участвовать в поединках с не-магами. Но не-маг всегда может вонзить мне в спину кинжал.
Зофо был лучшим фехтовальщиком у меня в отряде. Его манера боя изящна и эффективна. Сбить с толку противника и сделав вид, что спина не защищена, приманить еще одного. Потом перехватить удар глубокой отмашкой за спину. И потом изящным вольтом поразить сразу двоих. Те, кто был не знаком с его искусством, всегда попадались на этот трюк. Но…
– Командор! Я бросаю тебе вызов! Не надо тратить силу своих вассалов! – раздалось с крепостной стены.
Донгур все-таки решился. Редкая схватка кончается битвой Магов. Куда проще разобраться силами простолюдинов – латников. А тот, кто проиграл в схватке магов – перестает быть магом навсегда.

И сила его переходит к победителю. Но не время праздновать труса, я верю в силу своей магии? Моя рука, скрытая до сих пор складками мантии, поднялась вверх, пальцы сложены в двойной крест. Знак, знакомый только трубачу-сигнальщику и Мастеру. Печальный звук корнета-А-пистон остановил бой. Нехотя опустили мечи воины – мои соратники и защитники крепости Зла. Сигнал «Всем – Стоять» – строг и не терпит промедления. Как всегда неведомо откуда, вышел Великий Мастер. Его роскошная свита шла чуть позади.
– Браво, браво, – Мастер говорил, не повышая голоса. Кто захочет – услышит. А кто не захочет, тот не придет сюда. – Вы поступили, как настоящие воины! Давно не было у нас боя магов. Что же, Донгур, Черный маг седьмого Холма, и ты Командор, светлый маг Синего меча. Выходите на битву!
Бой магов понятен только посвященным. Здесь нет ни жаркой рубки на мечах, ни изящных движений, ни напряжения противостояния. Здесь борьба знаний, борьба внутренней силы. Я первым вышел на место поединка. Я, Командор, маг первой ступени, только за день до этого посвященный, впервые в бою во главе отряда, был вынужден принять бой от самого Донгура. Бой, которого, пожалуй, не видел никто из моих латников.
Мастер стоял, окруженный свитой. Ива стояла ближе всех к Мастеру. Ива, я не ждал такого от тебя… Но я Маг. И мне все человеческое чуждо.
Врата замка со злобным скрежетом распахнулись, выпуская на место боя Донгура. Его белая мантия, вышитая, как сплетничали, настоящей золотой нитью, развивалась в легких струйках утреннего ветерка. Длинные, черные как смоль волосы, перехваченные серебряным обручем, струились, словно змеи по белой ткани мантии. В руках Донгур сжимал восточный меч, покрытый вязью тайных заговоров. Конечно, в простом бою такой меч разрежет мой Инденур как соломинку, но кто же я без магии?
– Донгур! Черный маг! – мой голос гремел над утренним лесом, – готов ли ты принять честный бой от меня, Командора, светлого мага, теперь и с соблюдением всех правил магического боя? Готов ли ты пасть в бою?
Я произнес обязательную формулу вызова.
– Да, Командор, я… – начал Донгур формулу ответа. Но тут у меня в кармане зазвонил сотовый.

– Вашу мать. – взревел Великий Мастер, Гоша Пыльцын. – Я, что зря вас, придурков предупреждал? За звонок мобильника во время игры – на хер!
– Ой, Гоша… – меня бросило в жар от смущения и стыда.
– Я тебе не Гоша! Игра не окончена!
– Прости, Мастер, я в твоей власти, – это была формула подчинения.
– Иди ты на…, – Гоша не считал нужным в этой ситуации придерживаться им же установленных правил, – тоже мне, воин, пере…м-э-э…портил всю игру! – и продолжил уже обращаясь ко всем:
– Я, Великий Мастер, объявляю бой магов оконченным. Победил Донгур в примапрове. Бой продолжают латники.
Донгур, он же Сашка Сотников, старый мой приятель, строго придерживаясь роли, подошел и разломал мой меч об колено. Ну конечно, он купил за немереные бабки свой «японский меч» в Центральном «Воен-Охоте». А мой Инденур, хоть и четких линий, но все равно сделан из липы.
На поляне сошлись латники. Неловко размахивая палками, которые они называли мечами, воины пытались огреть друг друга по железкам, имитирующим латы. Ну что же, обычная ролевка. На фиг я связался с ними? Конечно, Ива так захватывающе рассказывала об играх, что я и сам поверил в то, что это настоящая жизнь, настоящая романтика. Вон в прошлую, первую для меня игру, мне так повезло, что я разгадал весь путь великого Имама и был удостоен звания мага. Гоша, пожимая мне руку после игры, сказал, что у меня большие перспективы.
Короче, сегодня я облажался. Глупо так.
Пока народ обустраивался в лагере, перед самой разборкой игры я, наконец, решился выяснить, кто же мне звонил. Ну, конечно, родители. Они в отпуске, в Ялте. Чтобы не пугать их неотвеченым звонком, я позвонил и выяснил, что там все хорошо, много народа, очень жарко и все дорого. Естественно, у них все дорого, а я после их звонка в полном дерьме. Хотя, кто мешал мне выключить телефон? Сам виноват.

Вечер пришел с тихим потрескиванием сосновых веток в костре. И, хотя наш лесной лагерь ещё не угомонился, еще бегают туда-сюда не вышедшие из своей роли маги и орки и прочие упитанные эльфийки, еще гремит кованым железом в ближайших кустах Черный Рыцарь, отправившийся по нужде и потерявший равновесие в орлиной позе, но что-то вечное и спокойное уже накрывает наш маленький мирок. Я не стал участвовать в разборе, который устроил с присущей ему серьезностью и въедливой иронией Пыльцын. Понятно и так, что он скажет. Я занялся костром возле моей палатки. Ну, не совсем моей. Нашей. Палатку мы брали на троих, я и мои два старых приятеля по университету. Сашка Андрукович и Толик Марченко. Ива сказала в прошлый раз, что хорошим тоном будет привести с собой на игру пару проверенных друзей. Сашка с Толиком с удовольствием согласились побегать по лесу и «посмотреть на этих придурков», как сказал Толик. Но, не смотря на скепсис, в игру они влились самозабвенно. Я сам видел, как Сашка в бою лупцевал сосновым мечом того самого Черного Рыцаря, что все ещё гремел в кустах, по железным бокам. А теперь, после разборки игры, после похвал и критики Пыльцына, все разбредаются по палаткам. Ужин готовить, костры разводить. А я уже развел.
– Ну и как, сильно меня Мастер поимел на разборках? – спросил я моих приятелей.
– Да выкинь дурное из головы, – Сашка всегда был трезвомыслящим. – Он вообще про тебя не вспоминал. Отметил, что игра прошла почти хорошо. Ну и всякое такое. Я не следил.
– А почему не следил? – я слегка удивился. – Ведь разбирали, что и как, в следующий раз могли бы опыт этой игры учесть.
– Я лучше в следующий раз пойду с секцией спортивного ориентирования. – Толик так и не понял смысла ролевки. Он вообще, был любитель разных видов спорта и мечтал стать мастером. Спорта, разумеется. – Ты извини, оно, конечно, весело было палками помахать, но мне ваша игра вроде книжек с фантастикой. Чушь собачья и никакого смысла.
– Ага, в спортивном ориентировании много смысла, – мне стало обидно и за игру и за фантастику. Хотя мне нравилась книжка «Военная топография», валявшаяся дома со старых времен, и хорошо её изучил. В лесу не потеряюсь.
– Да ты что! – Толик прямо взвился. – Ведь это прикладной вид спорта. В армии пригодится, не подумал? А если война?
– С кем война? С американцами? – Рассмеялись мы с Сашкой.
– А ну вас! – Толик не захотел развивать тему. – Лучше давайте сосиски жарить. Жрать охота!
Сосиски жарили, насадив на длинные палочки, прямо над огнем. В пламени они быстро чернели и теряли съедобный вид, но пахло вкусно.
– Да оставь несколько, – остановил я не в меру разошедшегося Сашку. Он норовил зажарить сразу все. – Ива придет, тоже захочет.
– С чего ты взял, что она сюда придет? – Сашка ляпнул то ли от простоты душевной, то ли действительно хотел расправиться со всеми сосисками сам.
– Ну а куда же она придет? – не очень уверенно возразил я. – Она же моя девушка, чего ей после игры где-то там…
– По-моему тебе о-о-очень сильно мозги морочат, – ну, что они все, сговорились? Толик вот теперь! – Она там так на мастера этого залипла. Так что, давай лучше выпьем, а то как-то не того.
Я не люблю водку. И вообще, лучше пепси ничего нет. Сосиски, преданные огню, побросали в кастрюльку с томатным соусом, достали вилки, пластиковые стаканчики и устроили пир. Я конечно, для виду выпил с ними, но только для виду.
– Мужики, а вот если честно – я неожиданно для самого себя начал разговор – Вот у нас вроде все в жизни нормально, ну более-менее. А тянет на такие необычные игры. Где вроде как война, схватки, там маги и …
– Меня – не тянет – безапелляционно сообщил Толик, – интересно было посмотреть, что тут за народ собирается.
– Ну не тянет, хрен с ним – слегка раздраженно выпалил я. Тут в голову пришла мысль такая… Тревожная и добрая, а он сразу… – Не тебя, так других. Почему мы тут вообще сидим? Ну, я не могу сказать… Мне пока кажется, что чем больше мы будем в эти игры играть – тем спокойней наша реальная жизнь будет. Ну… в общем, мне тут нравится.
– Ты, как всегда, сумбурен и невнятен, – заключил Сашка – Только все это не жизнь, а так. Вроде издевательства. Вот какие мы благородные и честные. Рыцари без страха и запора. А на самом деле… Каждый должен за себя стоять! Добро оно порождается силой!
Не знаю почему, наверное, из-за того, что я так и не смог выразит словами то, что хотел, так ни до чего внятного мы и не договорились. Как всегда ржать стали…
Пока мы возились с едой, пока болтали ни о чем, стало совсем темно. Лес словно тихонько подкрался к нам ближе и окружил наш костер. Вот потому я и люблю костер, лес, лето. Но сегодня было как-то не так. Не приходило то чувство, когда хочется просто смотреть на огонь и молчать.
– Я пойду, посмотрю, что там народ делает, – сказал я, поняв, что мне не очень интересно просто так сидеть перед костром.
– Ага, пойди, пойди, так ты свою Иву и найдешь, – Сашка, как выпьет, совсем несносный становится. – Тебе подсказать, где искать?
– Не зуди! – а что я ещё мог сказать?
Ночь преобразила лагерь. На большой поляне, даже можно сказать, на очень большой поляне, мерцали костры. Они освещали подступивший лес магическим светом. Странно, уже не было ни волшебников, ни воинов, ни игрушечной борьбы добра со злом – всего того мира, созданного игрой, но именно сейчас магия и волшебство царили над лагерем. Тени играли в красноватых отсветах костров, голоса были приглушенные и неразборчивые. И даже девичий смех казался смехом легкомысленных русалок. Или, наверное, дриад. Нет, точно, эльфиек! Тонких, и волшебных. Не то, что толстая Алла-Нитроэмаль. Я от нее еле отвязался.
Самый большой костер был, естественно, у стойбища мастеров. Там уже, судя по всему, трапеза подходила к концу, и кто-то теребил струны гитары.
Я надеялся, что постою чуть в тени и уйду. А чего мне тут смотреть? На то, как Ива склонила голову на плечо Пыльцыну? И слушает, как тот поет про Город Золотой? Ну, подумаешь, хорошо поет. И слушают его все зачарованно.
– О, Командор, чего прячешься! – Пыльцын что, в темноте видит? Или я все-таки на самый свет вылез? – Слушай, возьми гитару, спой! А то все я, да я! Давай, народ просит.
Интересно, кто ему сказал, что я могу? Да, что я там могу. Так, имитация. Со слухом у меня, говорят, не очень. Вернее слух есть, но вот связать его с тем, что я пытаюсь петь… Я бы не стал, но тут Ива вдруг:
– Ой, точно, спой! Ту, про город детства! Она мне так нравится!
Может, я и не прав был про Иву? Ей отказать, конечно, я не мог. Песенку я эту сам как-то сочинил. Ну, настроение такое было.

Каждая мама обязана знать:  РЕБЕНОК НА МОРЕ

Размороженный снег
Развороченный след
Через эти врата
Больше выхода нет
Здесь живые не те
И не помнят о нас
Вместо наших домов
Только мертвый каркас

Здесь на липе давно
Нету слов о любви
Как светящийся газ
Вверх взлетели они
Как расслабленный дождь
Через солнечный круг
Мы бредём по стране
Умирающей вдруг

Где же память о нас
Разве так уж смешно
Мы ушли навсегда
Это было давно
В темноте на свету
Мы бредем наугад
И опять и опять
Лишь потерянный ад.

Странно как-то. Под эту песню я на мгновение забылся и представил себе, а вдруг и вправду – человек возвращается к родным местам, а там все не так. Все страшно и неправильно.
– А про что эта песня, я не поняла! – опять эта Алла, эльфийка по кличке Нитроэмаль, тут как тут! – Там у них, что война была, и все умерли? Это ты сам, наверное, такую глупость написал. Как это так – искать потерянный ад? Надо рай искать. И газ какой-то. Чушь, в общем. Может, это тебя газы мучают? Ребята, а кто наливает?
Ну конечно, мне понятна её злая ирония. Я бы на ее месте не обращал внимания и не расстраивался. Подумаешь, я её игнорирую. Я же не называю её в глаза Нитроэмалью! Только Нитанаэлью. Ну, найди себе кого-нибудь. У меня другие интересы, должна понимать. И тут я увидел, что на месте, где только что сидел Пыльцын с Ивой, никого нет. Ушли. Ну и я ушел.
Я сгреб тихонечко из палатки свои вещи в рюкзак и пошел на станцию. Палатку Сашка с Толиком заберут. Там подремал на лавочке в ожидании первой электрички, которая шла домой. Сквозь сон я почувствовал, как ко мне подошла какая-то собака. Видимо тут на станции живет. Пес постоял возле меня, посопел и ушел. Ему было неинтересно.

Мой город просыпается поздно. Наверное, такая привычка у всех столичных городов. Вот – шесть утра, а улицы почти пусты. Конторы, заполонившие центр, открываются к девяти, правительственные офисы и того позже. Так что по улице я шел один. Говорят, что много лет назад в это время ездили поливочные машины. Причем, всегда и в одно и то же время. Ещё говорят, что они могли любого подбросить, куда надо, за пятьдесят копеек. Но, наверное, это сказки. Сейчас приду домой и завалюсь спать. Отосплюсь за все два дня этой дурацкой ролевки. Хотя, если бы я отключил мобильник, я бы, скорее всего, по-другому думал. Но, тоже не факт. Все равно настроение было бы не очень, Ива все равно ушла бы с Мастером. Ну, может, мне не так было бы противно. А тут…
Неужели я на самом деле такой никчемный? Ведь шло все хорошо, ещё немного и я бы победил, а вот нет, глупость сделал. Девушка, которая мне так нравится, и так мне дорога, вообще меня клоуном, судя по всему, считает. Может, я просто глуп и многого хочу? Вот – Аллу обидел. А она хоть дура, а, наверное, добрая и начитанная. Может, я не свое место в жизни хочу занять? Сидел бы сейчас в палатке с этой Эмалью, анекдоты неприличные ей бы рассказывал… Меня, почему-то передернуло от этой мысли. Особенно, когда я представил её смех. Хотя, зачем я так думаю? Вон, учусь в универе, не последний студент, и друзей много, и вроде все нормально. Человек как человек. Как все. Зря это я так рефлектирую. Я шел и думал о ерунде! Лучше бы посмотрел, как хорошо в утреннем городе. Солнце уже вылезло из-за домов и отражалось в мокром асфальте. А ведь он мокрый! Значит точно – поливали. А до дома уже просто два шага.
Дома хорошо. Тем более, когда ты там один, и никто тебя не дергает. Вон – на журнальном столике куча газет. И можно не складывать их, как положено. И посуду помою потом. Ту, ещё позавчерашнюю. Сейчас вот телик включу – утренние новости как раз, под них засну. Буду спать, сколько захочу! По телевизору были действительно какие-то занудные новости. О встрече президента с ветеранами движений. О том, как премьер-министр ходил в резиновых сапогах по полям колхозов и хвалил возможный урожай… Как раз поспать. Так просто, лежа напротив телевизора на диване, не раздеваясь, просто отдыхать…

– …исключает возможность ошибок в предстартовой подготовке. Тем более что катастрофа произошла уже после отделения последней, разгонной ступени, – голос диктора, очень строгий, вырвал меня из приятного сна.
Я посмотрел на часы – ого! Уже одиннадцать. Вот это придавил хоря. Вот выспался, и все стало на свои места! Никаких глупостей в голове. Только есть хочется. Срочно на кухню.
Что я могу точно сказать, так это то, что мне осточертела, за две недели отсутствия родителей, яичница. Надо ветчины купить потом. Не сейчас. Сейчас есть хочется совершенно по зверски. Нет, яичницу тоже лень – съем сырое яйцо. И пепси ещё есть бутылка неоткрытая в холодильнике. Сделал варварское блюдо – накрошил хлеба в чашку с сырым яйцом, посолил – поперчил и вернулся к телевизору. Что они там про орбиту говорили?
А по телевизору показывали экстренные новости. Бегущей строкой, в нижней части экрана, сообщалось: «Гибель на старте космического корабля „Заря-36“. Ведутся поиски спасательного модуля».
И говорящая голова диктора. Судя по всему, в новостях только об этом и говрят и непрерывно повторяют то, что говорили только что.
«Сегодня в девять часов четырнадцать минут по московскому времени в силу невыясненных причин произошла авария орбитального блока космического корабля „Заря –36“. По сообщению пресс-атташе ЦУПа именно в это время, при переходе аппарата на околоземную орбиту прервалась связь с экипажем. Последние данные телеметрии не передали никаких нарушений в работах систем корабля. Ведутся поисково-спасательные мероприятия. Наш собственный корреспондент передает из ЦУПа.»
Сменилась картинка и на экране возникла легкомысленная девица с микрофоном. Она стояла на фоне безликого административного строения, и, после краткой паузы, начала рассказ:
«Весь Центр сейчас находится в шоке. Самый надежный корабль в истории земной космонавтики погиб. Мне удалось поговорить с одним из ответственных лиц, имя свое он попросил не разглашать, и он мне рассказал подробности. Так вот, я пересказываю его слова (дальше читая по бумажке). Корабль как раз выходил на расчетную орбиту, и все было в порядке. Уже появилась связь после разгонного отрезка старта, на экранах была отличная картинка с борта. И после этого все исчезло. Как будто корабль исчез. Как ска…»
Тут, на этих словах исчезла и сама корреспондентка. Вернее, полностью исчезло изображение. На синем экране телевизора надпись – «нет сигнала». Пощелкав пультом управления, я выяснил, что столичный канал «3+2» есть, официальный 1-й есть. А ни одного московского нет. Опять, небось, не заплатили за ретрансляцию. Как всегда – на самом интересном месте! А наши местные все зудят про урожай и битву за газ. А тут такое делается! Может, все-таки скажут? Вон – скоро полдень, время новостей. Я остановился на первом местном канале. Новостей долго ждать не пришлось. И начались они странно. Диктор испугано пролопотал, что по техническим причинам отключены все спутниковые системы связи и поэтому новости пройдут по сокращенной программе без сообщений от их корреспондентов. И потом стал бубнить как обычно про новости нашего города. И реклама, реклама… Ну, наши, как всегда, в своем репертуаре. Самим лень собирать информацию, вечно чужое пересказывают, а как источник пропал – так и сказать нечего.
Ну, а Интернета нет, что ли? Как-то я неправильно себя веду, словно мозги набекрень. Поиграл в магов и забыл о цивилизации. Компьютер загрузился почти мгновенно. Но вот Интернета как раз и не было. Ну, естественно, какой Интернет, если нет спутниковой связи. А ведь мой кабель, судя по контракту, идет куда-то именно на спутниковый канал. И тут я понял – ведь все очень просто, чего я суечусь. Погиб корабль на взлете, теперь все космические системы проходят контроли всякие, перенаправляются на сбор необходимой информации. Наверное так, ведь ситуация совсем экстраординарная.
Но радио-то есть! Я был прав, когда не дал выбросить старый добрый ламповый Телефункен. Родители позволили мне сохранить эту рухлядь. Я его под тумбочку для принтера использовал. И иногда крутил ручку настройки в коротковолновых диапазонах. Прислушивался, как мне казалось к голосу вселенной, ну или как минимум планеты. Так, наверное, в старые времена диссиденты, ловя своими приемниками запрещенные голоса всякие, думали что они слушают свободный мир. А слушали на самом деле, специально для них подготовленную чушь. Ну, почти чушь.
Радио работало. Как обычно шумы, морзянка, громкие арабские и китайские голоса. Я их не понимаю. Я только французский в школе учил. Впрочем, я по радио его тоже не особенно. Они как-то невнятно говорят в жизни. Нужна практика, чтобы понимать их хорошо, нужно с носителями языка общаться. Наверное, во Францию ездить. Но это как-то совсем далеко от реальности. Ага, вот удалось поймать и по-русски. Лучше бы я этого не ловил.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Воспитание детей, психология ребёнка, обучение и социализация