Ваш непонятный ребёнок


Обзор книги «Ваш непонятный ребёнок» (Екатерина Мурашова)

ПО ВОСПИТАНИЮ И ПСИХОЛОГИИ ДЕТЕЙ

Полки магазинов пестрят обложками книг по психологии и воспитанию детей. С какой книги начать? Какая книга действительно достойна родительского внимания? Вот, например, книга Екатерины Мурашовой «Ваш непонятный ребёнок». О своих впечатлениях после прочтения данной книги расскажет семейный психолог Марина Грицай.

«ВАШ НЕПОНЯТНЫЙ РЕБЁНОК»

Екатерина Мурашова – семейный психолог, автор нескольких книг для подростков и родителей. Её книга «Ваш непонятный ребёнок» посвящена проблемам детей разного возраста.

В соответствии с этим книга состоит из трёх частей:

  • психологические проблемы дошкольного возраста;
  • психологические проблемы школьного возраста;
  • этот непонятный и непонятый подросток.

Каждая часть состоит из глав, посвящённых тем или иным проблемам детского развития.

Начать отзыв хочется с позитивных поглаживаний автору за её труд и за идею книги.

Следует отметить, что книга хорошо структурирована. Каждая глава начинается с описания клиентского случая, который обрывается «на самом интересном месте», на обозначении проблемы клиента.

Представление реальных случаев помогает читателю понять, что если он столкнулся с подобной проблемой, то, как минимум, один ребёнок на планете, и как минимум, один родитель уже с ней справились.

Далее автор описывает, как данная проблема объясняется в психологии, что могут делать в подобных случаях родители, и как могут помочь в такой ситуации специалисты.

Окончание каждой главы представляет собой завершение истории клиента, которая описывалась в начале.

Автор подобрала из своей практики наиболее успешные случаи, что также может подбодрить читателя в том, что если он столкнулся с подобной ситуацией, то не всё потеряно.

Так же хочется отметить, какой многосторонний список проблем предлагает рассмотреть автор, с которыми могут столкнуться в каждой семье:

  • детские капризы;
  • гипердинамический синдром у детей;
  • детская агрессия;
  • страхи у детей;
  • подготовка к школе;
  • развитие речи;
  • школьная успеваемость;
  • нежелание учиться;
  • «дурные компании»;
  • стеснение;
  • детские неврозы;
  • влияние семьи на ребёнка;
  • подростковый кризис;
  • первая любовь;
  • детская депрессия;
  • подростковый суицид.

Читая книгу от начала до конца, читатель как бы проживает жизнь ребёнка, который сталкивается со всеми этими проблемами, и одновременно, как родитель, получает инструмент, как можно помочь ребёнку, столкнувшемуся с такими задачами жизни.

Отдельно хочется отметить то, как автор описывает проблему с точки зрения психологии. Если вы не психолог, а интересующийся родитель, но при этом не хотите углубляться в специфику, то вы получите достоверную и структурированную информацию сразу и в одном месте (в одной книге). Если вы психолог или педагог, то данная книга может послужить отличным справочником по детским психологическим трудностям.

Кроме того, автор отлично описывает структуру работы со специалистами соответствующих профилей, что может помочь родителям иметь представление о том, с обращения к какому специалисту следует начать в сложившейся ситуации: с невролога, психолога (частнопрактикующего, школьного или работающего в поликлинике или психологическом центре) или психиатра.

Позитивная сторона сомнений

Часто бывает так, что сомнения подавляют нас или парализуют наши действия. Например, мы долго можем стоять перед полкой с книгами по детской психологии в магазине и сомневаться, стоит ли покупать ту или иную книгу. А купив её, можем болезненно размышлять о том, что в ней написано – истина или то, что может быть опасным.

И вместе с тем, в конструктивном варианте сомнения предвосхищают любые изменения (то есть являются предвестниками развития), при этом не парализуют наши действия и не перегружают нас. Сомнения являются необходимым ресурсом для изменений и роста. И если человек сомневается – это значит, что его мышление может быть ясным. Здорово, когда родители конструктивно сомневаются, с целью нахождения наилучшего или достаточно хорошего варианта для организации жизни их детей.

Читая книги или слушая тех, кто может делиться своими знаниями, важно помнить о важности сомнений и возможности задавать вопросы. Даже читая данную статью, вы тоже можете конструктивно усомниться в истинности слов автора и по необходимости выйти с ним на диалог.

Вот так и автор данной статьи усомнился в некоторых постулатах книги Екатерины Мурашовой «Ваш непонятный ребёнок».

Литературная компиляция и обесценивание

В литературе есть такой понятие как «компиляция» — литературная деятельность, заключающаяся в сочинении и написании текстов (научных, учебных, художественных) на основе чужих исследований или произведений, без их самостоятельной творческой обработки, иногда и без осмысления использованных источников.

При прочтении данной книги в некоторых моментах ощущается эффект компиляции (как будто автор позаимствовал информацию из других устаревших источников по детской психологии), при прочтении которых читателю необходимо усомниться (!).

«Отчуждение от родителей»

Например, автор рекомендует использовать «технику» отчуждения от родителей, с целью обучения ребёнка справляться со своими чувствами и поведенческими проявлениями. То есть, если ребёнок, например, бьёт маму, то маме и всей семье в этот момент нужно «театрально» выйти из комнаты со словами: «Господи! И это в нашем доме! Этот мерзавец посмел ударить мать!». Конечно, страх порой, но не всегда, хорошо мотивирует человека на изменения (например, «Если вы не перестанете курить, то есть большая вероятность умереть от рака лёгких»). Но изменения основанные на страхе – всё же деструктивны. Если использовать подобную «технику» при воспитании ребёнка, то родители могут получить «послушного» ребёнка, но неуверенного в себе, закомплексованного, с бездонным чувством вины, не умеющего выражать свои чувства и мысли конструктивно. Да просто даже вспомните себя взрослого или представьте, что вы будете чувствовать, если вы окажетесь в ситуации отчуждения? Страх, злость и боль. И для того, чтобы не испытывать этот «букет» неприятных чувств, ребёнок естественно поменяет своё поведение, но будет ли он при этом услышан и обучен конструктивному проявлению чувств? В подростковом возрасте от ребёнка, «выращенного» при помощи такой «техники» можно ждать как минимум две реакции – разрушающий бунт либо разрушающее гиперпослушание.

Помимо техники активного слушания ребёнка и обучения его эмоциональной грамотности, в данном случае конструктивнее будет вводить обсуждаемые и необсуждаемые правила. Чем младше ребёнок, тем больше необсуждаемых правил, чем старше, тем больше появляется обсуждаемых правил.

Далее в одном из примеров автор описывает, как она подговорила участников группы поддразнить вновь пришедшего участника и отобрать у него игрушку, с той целью, чтобы ребёнок продемонстрировал свою скрываемую агрессию, которую он не показывал на индивидуальных занятиях.

Да, в групповой психотерапевтической работе часто используются провокационные методы работы, с целью выведения человека из «зоны комфорта» и проявлению своих защитных механизмов. Но даже в группе взрослых людей не все клиенты справляются с провокацией, что уж говорить о неокрепшей детской психике? В психотерапии нельзя спешить. Более экологично в детской группе дождаться скрываемых защитных механизмов (при этом дети проявляются их достаточно быстро) и после этого помочь ребёнку найти другие способы выхода из сложившейся ситуации.

«Нарушение конфиденциальности и размытые границы»
В описании одного из клиентских случаев автор написала так: «…презрев врачебную тайну, я рассказала своей приятельнице всю историю». Это очень грубая терапевтическая ошибка (!), узнав о которой важно задать специалисту вопрос: «Есть ли у вас супервизор и знаете ли вы об этическом кодексе психолога?»

Грамотный психолог знает, что если ты даёшь совет, то тем самым берёшь часть ответственности на себя за то, что происходит с клиентом. А задача психолога при этом – обучить клиента признавать и принимать ответственность за свою жизнь.

Так автор пишет: «Обязательно раз в месяц устраивайте мужу скандалы. И обязательно ревнуйте. Иногда плачьте и обижайтесь по пустякам, пусть он вас утешает. И непременно хоть иногда повышайте голос, орите, шипите, ругайтесь. Не говорите всё время как народная сказительница. От этого рехнуться можно! И сбежать!» Это пример крайне не грамотной конфронтации клиенту, а также пример глубокого обесценивания.

Другая ситуация с ребёнком, которую описывает автор: «Бейте посуду, получайте двойки, пишите на стенах в парадной, опрокиньте чернила на что-нибудь очень нужное…» Видимо для начала ребёнку нужно заработать невроз при каком-нибудь варианте «техники отчуждения», чтобы после этого «лечить» его такими радикальными методами разрешения.

Ещё один пример: «Утомительно и занудно советуйтесь с подростком по каждому пустяку. Беззастенчиво впутывайте его в свои проблемы и проблемы семьи. Пусть подросток поймёт, что вы действительно, не на словах, а на деле видите в нём равного вам члена семьи». В данном случае автор, видимо, имела ввиду позицию Взрослый-Взрослый.

При прочтении клиентских случаев у читателя может сложиться ложное представление о том, как работает психолог. Прямая речь психолога в данной книге изобилует обесценивающими выражениями в адрес клиентов и оценочными ярлыками («Безмозгло сияющая кукла Барби», «тюфяк» и т.д.)

Безусловно, психолог это не сладкоголосая фея, говорящая только хорошие слова, и вместе с тем мир изобилует и другими НЕ обесценивающими синонимами, которые будут более терапевтичны для клиента.

Дорогие читатели, помните, не стоит выполнять «инструкции», которые вы получаете от родительских фигур (родителей, учителей, психологов, авторов книг и статей) сию же секунду. Разрешайте себе брать время, чтобы подумать, подходит ли вам данная рекомендация или точка зрения или нет. Те, кто может вас чему-нибудь научить, могут ошибаться. Конструктивно сомневайтесь, задавайте вопросы, будьте любопытными и учите этому ваших детей.

Обзор книги напсиан специально для сети детских магазинов «Детское счастье» (г.Ставрополь, г.Краснодар)

Ваш непонятный ребенок

О книге «Ваш непонятный ребенок»

Книга Екатерины Вадимовны Мурашовой, практикующего психолога одной из детских районных поликлиник города Санкт-Петербурга, посвящена психологическим проблемам детей разного возраста.

На нашем сайте вы можете скачать книгу «Ваш непонятный ребенок» Мурашова Екатерина Вадимовна бесплатно и без регистрации в формате fb2, rtf, epub, pdf, txt, читать книгу онлайн или купить книгу в интернет-магазине.

Скачать книгу

Мнение читателей

Это не только психологическая литература, но и художественная

Для себя в ней нашла много полезного, рекомендую для прочтения мамам и папам

Про Екатерину Мурашову я узнала от своей подруги, которая все наши совместные прогулку цитировала данную книгу

Чем больше читаю про детей, тем лучше понимаю взрослых, ибо все мы родом из детства

По отзывам на форумах — это лучшее на сегодняшний день издание, не лишённое однако недостатков.

ПОка прочитала только несколько глав, но уже довольна покупкой

Могу оценить одну из глав книжки, поскольку являюсь мамой ребёнка с такими особенностями

Мамочкам и папочкам, которых волнуют какие-то проблемы их чад я настоятельно рекомендую познакомится с этой книгой

Одно но — коробит отношение автора к людям (профессиональная деформация

В книге хорошо изложен материал по работе на компьютере, графическом редакторе, а так же программирование в ЛогоМирах

Очень рекомендую прочитать родителям детишек разных возрастов.

Фигурки рыцарей сыну 2,5 лет понравились, играет с удовольствием

Ваш непонятный ребёнок Текст

Книга Екатерины Вадимовны Мурашовой, практикующего психолога одной из детских районных поликлиник города Санкт-Петербурга, посвящена психологическим проблемам детей разного возраста.

избегайте всего радикального, ибо истина, может быть, и не лежит точно посередине, но очень редко бывает расположена с краю…

Миф о сексуальной легкомысленности современных подростков — это всего лишь миф. Да, есть маргиналы, наркоманы, сектанты. Там может быть все что угодно. Основная же масса подростков жестко прагматична, неразвита в области чувств, но при этом достаточно четко представляет себе, чего она хочет. Да, большая часть современной молодежи отделила секс от любви и других высоких чувств, и в этом им, несомненно, помогло старшее поколение и средства массовой информации.

Иногда сегодняшние подростки кажутся нам распущенными и эмоционально сниженными, иногда — неумными и недальновидными (а где это вы видели дальновидного подростка?), но легкомысленными их не назовешь — это точно.

Следы неизжитых детских психотравм могут серьезно исказить его жизнь.

интересуются строением половых органов сверстников противоположного пола, нередки совместные эротически окрашенные игры – в доктора, в больницу и т. д. Где-то после пяти лет интерес к анатомическим различиям полов постепенно уменьшается, на смену ему приходит психологический интерес. Дети в этом возрасте часто задают вопросы типа: «А я буду папой, когда вырасту?», «А когда вы мне сестренку родите?», «А как ребенок узнает, что ему уже можно рождаться?» и т. д. 4. Латентная стадия (с 5–6 лет до начала полового созревания). У ребенка появляются предметные интересы, лежащие за пределами семьи, желание узнать побольше о мире, он идет в школу. Основная задача – познавательная, расширение границ. 5. Генитальная (пубертатная) стадия (с начала

3. Эдипова (фаллическая) стадия (3–5 лет). Название происходит от широко известной трагической истории древнегреческого царя Эдипа. На этой стадии амбивалентны чувства ребенка к обоим родителям – он и любит их, и боится, а порой и ненавидит. Задача и результат – освоение ребенком своей собственной психосексуальной роли, культурно одобряемых образцов полоролевого поведения. То есть девочки начинают вести себя как положено девочкам, а мальчики – как положено мальчикам. В этом же возрасте дети интересуются

Каждая мама обязана знать:  Боюсь, что со мной что-то произойдет, и ребенок останется один

купила эту книгу для сестры, пока ехала к ней – решила прочитать. немного смутили названия глав/разделов (я бы не хотела, например, чтобы к моему ребенку/племяннику/др. применялся термин «тупой»), но информация, в них содержащаяся, полезна и интересна. книгу можно читать даже людям, не имеющим детей, в целях профилактики, так сказать. а еще она помогла разобраться в себе, вспомнить себя в детстве и понять, наконец, что к чему

Ваш непонятный ребёнок

Обзор

Почему ребенок молчит, хотя ему по возрасту давно пора заговорить? Что движет подростком, когда он вдруг начинает вести себя самым неожиданным образом? Развитие и становление личности — такой сложный процесс, что даже опытные родители порою оказываются в тупике.

Книга Екатерины Мурашовой «Ваш непонятный ребенок» посвящена проблемам воспитания и психологического развития детей дошкольного и школьного возраста. Одно из неоспоримых достоинств этой книги — удивительное сочетание серьезного профессионального подхода и блестящего стиля изложения. Автор опирается на богатый практический опыт, накопленный за годы работы в районной детской поликлинике Санкт-Петербурга, где ей, консультанту широкого профиля, приходится сталкиваться с разнообразными проблемами детей всех возрастов. Это и задержки в развитии речи, гиперактивность, агрессивность, застенчивость, всевозможные фобии, трудности школьной адаптации, неуспеваемость, тяжелые кризисы подросткового кризиса и многое другое. Именно поэтому подзаголовок книги «Психологические прописи для родителей» — не просто фигура речи. Ведь задача книги Мурашовой — помочь современному родителю, решая конкретную проблему, найти общий язык с ребенком, и часто обучение здесь начинается с самых простых, «прописных» истин.

Читайте в мобильном приложении Scribd

Похожие

Читать другие книги автора: Екатерина Мурашова

Отрывок книги

Ваш непонятный ребёнок — Екатерина Мурашова

Екатерина Мурашова

Ваш непонятный ребёнок

Психологические прописи для родителей

© Мурашова Е. В., 2002

© Оформление, ООО «Издательский дом «Самокат», 2014

ISBN 978-5-91759-281-7

Врачам и сотрудникам

детской поликлиники № 47

ВВЕ­ДЕ­НИЕ.


Здо­ро­вье или бо­лезнь?

Здрав­ствуй­те, ува­жа­е­мые ро­ди­те­ли и вос­пи­та­те­ли!

Для на­ча­ла да­вай­те по­зна­ко­мим­ся. Я — воз­раст­ной пси­хо­лог. Еще 10–15 лет на­зад де­вять из де­ся­ти опро­шен­ных лю­дей уве­рен­но пу­та­ли пси­хо­ло­га с пси­хи­а­тром. Те­перь си­ту­а­ция из­ме­ни­лась к луч­ше­му. Пси­хо­лог — это не врач. Он, как пра­ви­ло, не име­ет пол­но­го ме­ди­цин­ско­го об­ра­зо­ва­ния, не ста­вит диа­гно­зов и не про­пи­сы­ва­ет ле­карств. Пси­хо­ло­ги в основ­ном ра­бо­та­ют с пси­хи­че­ски здо­ро­вы­ми людь­ми. С пси­хи­че­ски боль­ны­ми ра­бо­та­ют пси­хи­а­тры — вра­чи по основ­но­му об­ра­зо­ва­нию. Основ­ные на­прав­ле­ния ра­бо­ты пси­хо­ло­га — пси­хо­ло­ги­че­ское те­сти­ро­ва­ние (не име­ю­щее ни­ка­ко­го от­но­ше­ния к те­стам, пуб­ли­ку­е­мым в по­пу­ляр­ных га­зе­тах и жур­на­лах), ин­ди­ви­ду­аль­ное или се­мей­ное кон­суль­ти­ро­ва­ние, ин­ди­ви­ду­аль­ная, се­мей­ная или груп­по­вая пси­хо­те­ра­пия. Се­го­дня су­ще­ству­ет огром­ное ко­ли­че­ство те­стов, ме­то­дик и на­прав­ле­ний пси­хо­те­ра­пии, ко­то­рые пси­хо­лог мо­жет ис­поль­зо­вать в сво­ей ра­бо­те. По­нят­но, что ни один пси­хо­лог не ис­поль­зу­ет их все. У каж­до­го прак­ти­ку­ю­ще­го пси­хо­ло­га или пси­хо­те­ра­пев­та есть свой из­люб­лен­ный на­бор ме­то­дов, ко­то­рый он пе­ри­о­ди­че­ски об­нов­ля­ет или рас­ши­ря­ет.

Вот уже не­сколь­ко лет я ра­бо­таю пси­хо­ло­гом-кон­суль­тан­том в обыч­ной рай­он­ной дет­ской по­ли­кли­ни­ке. В основ­ном я ра­бо­таю с се­мья­ми. Чаще все­го ро­ди­те­ли при­во­дят стар­ших до­школь­ни­ков и млад­ших школь­ни­ков. У них мно­го про­блем, и о боль­шин­стве из них мы бу­дем го­во­рить в дан­ной кни­ге. Ча­стень­ко при­хо­дят и под­рост­ки. Реже — сами, на­смот­рев­шись се­ри­а­лов или дей­стви­тель­но за­пу­тав­шись в соб­ствен­ной жиз­ни, чаще — на по­во­ду у раз­гне­ван­ных или обес­ку­ра­жен­ных по­ве­де­ни­ем чада ро­ди­те­лей. С не­ко­то­ры­ми из них уда­ет­ся уста­но­вить кон­такт, с не­ко­то­ры­ми, к со­жа­ле­нию, — нет. По­след­ние ухо­дят на­все­гда, а пер­вые за­бе­га­ют и по­том, уже вый­дя из воз­рас­та дет­ской по­ли­кли­ни­ки, про­со­вы­ва­ют в дверь по­взрос­лев­шие лица, спра­ши­ва­ют лу­ка­во:

— А мне мож­но? Это ни­че­го, что я к вам за­пи­са­лась?

Ино­гда основ­ная ра­бо­та про­ис­хо­дит с ро­ди­те­ля­ми, и уже они, из­ме­нив­шись, вли­я­ют на по­ве­де­ние или даже здо­ро­вье де­тей.

До­воль­но ча­сто на при­ем при­гла­ша­ет­ся вся се­мья, и то­гда это на­зы­ва­ет­ся се­мей­ным кон­суль­ти­ро­ва­ни­ем или се­мей­ной пси­хо­те­ра­пи­ей. За­ча­стую про­бле­мы ре­бен­ка — это от­ра­же­ние про­блем се­мьи в це­лом, и в этом слу­чае спра­вить­ся с ними уда­ет­ся толь­ко то­гда, ко­гда на­ла­же­но кон­струк­тив­ное и проч­ное со­труд­ни­че­ство пси­хо­ло­га и всех чле­нов се­мьи.

Но кто бы и с чем бы ни при­хо­дил ко мне на при­ем, все­гда все на­чи­на­ет­ся с од­но­го и того же во­про­са:

— Ска­жи­те, это нор­маль­но, если он (она, я, они и т. д.)? …

Про­дол­же­ние мо­жет быть лю­бым, и сам во­прос в та­кой имен­но фор­ме мо­жет не про­зву­чать, но под­ра­зу­ме­ва­ет­ся он все­гда. И это, про­сти­те за тав­то­ло­гию, — нор­маль­но.

По­то­му что преж­де чем ис­кать при­чи­ны, во что-то вме­ши­вать­ся, что-то ме­нять, уби­рать, до­бав­лять или кор­рек­ти­ро­вать, не­об­хо­ди­мо вы­яс­нить, что пе­ред нами: ва­ри­ант воз­раст­ной нор­мы или дей­стви­тель­но па­то­ло­ги­че­ское от­кло­не­ние?

Ни для кого не се­крет, что все дети раз­ви­ва­ют­ся по-раз­но­му. Су­ще­ству­ют вро­жден­ные раз­ли­чия тем­пе­ра­мен­та, склон­но­стей и спо­соб­но­стей. Даже у са­мых ма­лень­ких де­тей су­ще­ству­ют при­об­ре­тен­ные раз­ли­чия ха­рак­те­ра, и все это не­об­хо­ди­мо учи­ты­вать. Но су­ще­ству­ют и не­кие об­щие за­ко­но­мер­но­сти. При­ня­то счи­тать, что воз­раст­ное раз­ви­тие че­ло­ве­ка со­сто­ит из кри­зи­сов и от­но­си­тель­но ста­биль­ных пе­ри­о­дов. Об­щее чис­ло и точ­ные сро­ки на­ступ­ле­ния этих кри­зи­сов по-раз­но­му опи­сы­ва­ют­ся раз­ны­ми ис­сле­до­ва­те­ля­ми и за­ви­сят, глав­ным об­ра­зом, от того, на ка­кую те­о­рию лич­но­сти этот ис­сле­до­ва­тель опи­ра­ет­ся. Свою пе­ри­о­ди­за­цию раз­ви­тия че­ло­ве­ка вы­дви­га­ли З. Фрейд (опо­ра на пси­хо­сек­су­аль­ное раз­ви­тие), В. Штерн (опо­ра на био­ге­не­ти­че­ские за­ко­но­мер­но­сти), оте­че­ствен­ные ис­сле­до­ва­те­ли Л. С. Вы­гот­ский, Д. Б. Эль­ко­нин. Су­ще­ству­ют пе­ри­о­ди­за­ции со­ци­аль­но­го раз­ви­тия ре­бен­ка (А. В. Пет­ров­ский), мо­раль­но­го раз­ви­тия (Л. Коль­берг), ин­тел­лек­ту­аль­но­го раз­ви­тия (Ж. Пи­а­же, Дж. Бру­нер). Од­ной из са­мых из­вест­ных яв­ля­ет­ся пси­хо­ана­ли­ти­че­ски ори­ен­ти­ро­ван­ная «те­о­рия пси­хо­со­ци­аль­ных кри­зи­сов» аме­ри­кан­ско­го пси­хо­ло­га Эри­ка Эрик­со­на. Все­го в жиз­ни че­ло­ве­ка Эрик­сон вы­де­ля­ет во­семь кри­зи­сов, из ко­то­рых шесть при­хо­дят­ся на пе­ри­од от ро­жде­ния че­ло­ве­ка до окон­ча­тель­но­го взрос­ле­ния. Дру­гие пси­хо­ло­ги счи­та­ют кри­зи­сы ина­че, но в од­ном все схо­дят­ся: наи­бо­лее гу­стая по­росль кри­зи­сов — имен­но в рай­о­не дет­ства и ран­ней юно­сти. По­том вро­де бы ста­но­вит­ся поспо­кой­нее (хотя мно­гие, ра­зу­ме­ет­ся, с этим не со­гла­сят­ся).

Каж­дый кри­зис име­ет ка­кую-то свою цель и за­да­чу. Каж­дый кри­зис дол­жен быть успеш­но раз­ре­шен. Если это­го не про­ис­хо­дит, то раз­ви­тие в той или иной мере на­ру­ша­ет­ся. В пе­ри­од кри­зи­сов че­ло­век осо­бен­но уяз­вим для стрес­сов и не­га­тив­ных вли­я­ний. Имен­но в пе­ри­о­ды кри­зи­сов люди чаще все­го за­бо­ле­ва­ют раз­лич­ны­ми со­ма­ти­че­ски­ми и нерв­но-пси­хи­че­ски­ми за­бо­ле­ва­ни­я­ми.

Пер­вый кри­зис, ко­то­рый пе­ре­жи­ва­ет че­ло­век, — это, не­со­мнен­но, ро­жде­ние. Его основ­ная за­да­ча — при­спо­соб­ле­ние к окру­жа­ю­ще­му миру.

Даль­ше мне­ния спе­ци­а­ли­стов рас­хо­дят­ся, и по­это­му мы бу­дем го­во­рить не о сро­ках и ко­ли­че­стве кри­зи­сов, а о фе­но­ме­нах, ко­то­рые их со­про­во­жда­ют.

Итак, где-то во вто­рой по­ло­ви­не пер­во­го года (и уж на­вер­ня­ка к его за­вер­ше­нию) нор­маль­но раз­ви­ва­ю­щий­ся ре­бе­нок про­яв­ля­ет ка­кие-то при­зна­ки стра­ха и не­до­ве­рия по от­но­ше­нию к не­зна­ко­мым лю­дям. Со зна­ко­мы­ми и род­ны­ми он ве­дет себя спо­кой­но и до­вер­чи­во.

Где-то око­ло двух лет по­яв­ля­ет­ся упрям­ство, ино­гда со­че­та­ю­ще­е­ся с от­кро­вен­ным шкод­ни­че­ством. «Он как буд­то меня ис­пы­ты­ва­ет!» — го­во­рят мамы о та­ких де­тях. Дей­стви­тель­но ис­пы­ты­ва­ет, ведь одна из за­дач дан­но­го кри­зи­са — уста­нов­ле­ние гра­ниц при­ем­ле­мо­го по­ве­де­ния. Дру­гая за­да­ча — за­во­е­ва­ние фи­зи­че­ской ав­то­но­мии (зна­ме­ни­тое «Я сам!»).

В воз­ра­сте че­ты­рех-пяти лет боль­шин­ство де­тей бо­ят­ся круп­ных жи­вот­ных, не­обыч­ных при­род­ных яв­ле­ний, ино­гда не­шу­точ­но пу­га­ют­ся чу­жих или даже соб­ствен­ных фан­та­зий («Это Бяка-за­ка­ля­ка ку­са­чая, я сама из го­ло­вы ее вы­ду­ма­ла… Я ее бо­юсь!»).

При­бли­зи­тель­но в это же вре­мя — что-то вро­де ми­ро­воз­зрен­че­ско­го кри­зи­са. Ре­бе­нок впер­вые за­ду­мы­ва­ет­ся над основ­ны­ми во­про­са­ми бы­тия, ча­сто за­да­ет во­про­сы типа: «Мама, а ты не умрешь?», «А я не умру?» и т. д. Этот кри­зис ни в коем слу­чае не дол­жен быть «про­во­ро­нен» ро­ди­те­ля­ми, так как в этот пе­ри­од ре­бен­ку ка­те­го­ри­че­ски не­об­хо­ди­ма их под­держ­ка.

Ко­гда ре­бе­нок идет в шко­лу, с ним мо­жет слу­чить­ся, а мо­жет и не слу­чить­ся кри­зис на­ча­ла обу­че­ния в шко­ле. Если уро­вень школь­ной зре­ло­сти ре­бен­ка (о его опре­де­ле­нии бу­дет рас­ска­за­но ниже) вы­со­кий или сред­не-вы­со­кий, то, как пра­ви­ло, ни­ка­ко­го кри­зи­са не про­ис­хо­дит.

Да­лее сле­ду­ет всем из­вест­ный под­рост­ко­вый кри­зис, о ко­то­ром мы так­же бу­дем по­дроб­но го­во­рить.

На этом че­ре­да кри­зи­сов, ра­зу­ме­ет­ся, не об­ры­ва­ет­ся, но рас­смот­ре­ние кри­зи­сов взрос­лой жиз­ни не вхо­дит в нашу за­да­чу и по­то­му оста­ет­ся за рам­ка­ми дан­ной кни­ги.

Итак, пер­вое, о чем надо по­мнить ро­ди­те­лю или вос­пи­та­те­лю, — ва­ри­а­тив­ность ин­ди­ви­ду­аль­но­го воз­раст­но­го пси­хо­ло­ги­че­ско­го раз­ви­тия.

Вто­рое су­ще­ство­ва­ние кри­зис­ных воз­раст­ных пе­ри­о­дов, для каж­до­го из ко­то­рых ха­рак­тер­ны свои осо­бен­но­сти.

И, на­ко­нец, тре­тье: су­ще­ству­ют симп­то­мы, склон­но­сти и осо­бен­но­сти по­ве­де­ния ре­бен­ка, ко­то­рые долж­ны на­сто­ро­жить вни­ма­тель­ных ро­ди­те­лей и при­ве­сти их на кон­суль­та­цию к пси­хо­ло­гу.

При­ве­ден­ный ниже спи­сок, ра­зу­ме­ет­ся, да­ле­ко не по­лон, но он по­мо­жет со­ри­ен­ти­ро­вать­ся в про­бле­ме. По­со­ве­то­вать­ся со спе­ци­а­ли­стом име­ет смысл в том слу­чае, если::

— у ре­бен­ка име­ют­ся про­бле­мы с на­след­ствен­но­стью;

— у ре­бен­ка име­ет­ся ро­до­вая трав­ма или иной нев­ро­ло­ги­че­ский диа­гноз;

— у ре­бен­ка по­сто­ян­но на­ру­шен сон, ап­пе­тит и ре­жим дня;

— ре­бе­нок до года от­ста­ет боль­ше чем на два ме­ся­ца от сво­их сверст­ни­ков по лю­бо­му из пси­хо­мо­тор­ных по­ка­за­те­лей;

— при­уче­ние к чи­сто­те вы­зы­ва­ет упор­ное со­про­тив­ле­ние; к трем го­дам ре­бе­нок все еще ре­гу­ляр­но пи­са­ет или ка­ка­ет в шта­ниш­ки;

— к двум го­дам речь ре­бен­ка со­сто­ит все­го из не­сколь­ких слов; в три года ре­бе­нок не го­во­рит пред­ло­же­ни­я­ми;

— упрям­ство ре­бен­ка но­сит осо­бен­но «злост­ный» ха­рак­тер, до­став­ля­ет се­рьез­ные не­удоб­ства и даже при­но­сит пря­мой вред са­мо­му ре­бен­ку или окру­жа­ю­щим;

— ре­бе­нок чрез­мер­но агрес­си­вен, ре­гу­ляр­но бьет де­тей, жи­вот­ных или ро­ди­те­лей. На уве­ще­ва­ния не ре­а­ги­ру­ет;

— у ре­бен­ка мно­го стра­хов, он не спит по но­чам, про­сы­па­ет­ся с кри­ком, не оста­ет­ся один даже в свет­лой ком­на­те;

— ре­бе­нок ча­сто бо­ле­ет про­студ­ны­ми за­бо­ле­ва­ни­я­ми, име­ет це­лый бу­кет функ­ци­о­наль­ных рас­стройств;

— вни­ма­тель­ность ре­бен­ка, на ваш взгляд, остав­ля­ет же­лать мно­го луч­ше­го. Он чрез­мер­но рас­тор­мо­жен, бес­пре­стан­но от­вле­ка­ет­ся, ни­че­го не до­де­лы­ва­ет до кон­ца;

— вам ка­жет­ся, что дру­гие дети на­мно­го ум­нее (или глу­пее) ва­ше­го ре­бен­ка. Мо­жет быть, он ум­ствен­но от­ста­лый (или вун­дер­кинд)?

— учеб­ные про­бле­мы млад­ше­го школь­ни­ка не спе­шат умень­шать­ся по­сле уси­лен­ных за­ня­тий с ним;

— у ва­ше­го ре­бен­ка нет ни дру­зей, ни по­сто­ян­ных при­я­те­лей;

— в сред­ней шко­ле у ре­бен­ка нет аб­со­лют­но ни­ка­ких увле­че­ний или они ме­ня­ют­ся по не­сколь­ко раз за ме­сяц;

— по­сто­ян­но про­ис­хо­дят кон­флик­ты меж­ду ре­бен­ком и кем-то из чле­нов се­мьи;

— вы аб­со­лют­но пе­ре­ста­ли по­ни­мать, что про­ис­хо­дит с ва­шим сы­ном или до­че­рью. Его (ее) душа для вас — «чер­ный ящик»;

— в шко­ле все жа­лу­ют­ся на ва­ше­го ре­бен­ка. Вам ка­жет­ся, что они не­спра­вед­ли­вы;

— ре­бе­нок ча­сто ухо­дит из дома и вы не зна­е­те, где и с кем он про­во­дит вре­мя;

— ре­бе­нок со­вер­шил один или боль­ше по­ступ­ков, ко­то­рые при­ня­то на­зы­вать асо­ци­аль­ны­ми;

— ваш под­ро­сток со­вер­шен­но за­пу­стил уче­бу. По­хо­же, его это со­вер­шен­но не вол­ну­ет;

— ваш сын или дочь не­од­но­крат­но утвер­жда­ли, что жизнь — не­сто­я­щая шту­ка, или в пылу ссо­ры с вами угро­жа­ли по­кон­чить с со­бой;

— от­но­ше­ния меж­ду чле­на­ми се­мьи на­столь­ко слож­ны и за­пу­тан­ны, что вы по­ни­ма­е­те: это не мо­жет не от­ра­зить­ся на пси­хи­ке ре­бен­ка.

Ино­гда (в по­след­ние годы все чаще, так как пси­хо­ло­ги­че­ская гра­мот­ность на­се­ле­ния мед­лен­но, но не­уклон­но рас­тет) ко мне при­хо­дят ро­ди­те­ли, ко­то­рые про­сто хо­тят по­боль­ше узнать о сво­ем ре­бен­ке, о том, как пра­виль­но стро­ить свои от­но­ше­ния с ним, как раз­ви­вать его ин­тел­лект и эмо­ци­о­наль­ность. С та­ки­ми ро­ди­те­ля­ми мы го­во­рим и о бли­жай­ших воз­раст­ных кри­зи­сах, ко­то­рые пред­сто­ят их ре­бен­ку, и о его лич­ност­ных осо­бен­но­стях, и о том, к чему это мо­жет при­ве­сти в даль­ней­шем, а так­же о том, как наи­бо­лее про­дук­тив­но ис­поль­зо­вать силь­ные сто­ро­ны лич­но­сти и ин­тел­лек­та ре­бен­ка. Та­кое «про­фи­лак­ти­че­ское» на­прав­ле­ние ра­бо­ты пред­став­ля­ет­ся мне осо­бен­но пер­спек­тив­ным, по­то­му что из­вест­но, что лю­бую про­бле­му лег­че пре­ду­пре­дить, чем по­том с ней бо­роть­ся.

Пред­ла­га­е­мая вам кни­га по­стро­е­на по очень про­сто­му прин­ци­пу. В каж­дой гла­ве об­су­жда­ет­ся одна из про­блем, ти­пич­ных для опре­де­лен­но­го воз­рас­та (на­при­мер, дет­ские стра­хи или под­рост­ко­вый кри­зис). На­ча­ло и ко­нец гла­вы по­свя­ще­ны ре­аль­но­му слу­чаю из прак­ти­ки ав­то­ра. В на­ча­ле — за­вяз­ка, в кон­це — ана­лиз про­бле­мы кон­крет­но­го ре­бен­ка или се­мьи, ме­то­ды те­ра­пии, окон­ча­ние ис­то­рии. Се­ре­ди­на гла­вы по­свя­ще­на на­уч­но-по­пу­ляр­но­му из­ло­же­нию все­го, что свя­за­но с дан­ной про­бле­мой. Опять же, с опо­рой на мно­го­чис­лен­ные при­ме­ры.

При на­пи­са­нии кни­ги ав­тор очень ста­рал­ся быть чест­ным и не осо­бен­но за­нуд­ным. Что по­лу­чи­лось — су­дить вам!

ЧАСТЬ ПЕР­ВАЯ.

Пси­хо­ло­ги­че­ские про­бле­мы до­школь­но­го воз­рас­та

ГЛА­ВА 1.

Ла­ри­са — ка­приз­ный ре­бе­нок

Рас­ска­зы­ва­ет мо­ло­дая мама по име­ни Галя:

— Я про­сто не знаю, как себя ве­сти. До двух лет мы жили спо­кой­но. Она все по­ни­ма­ла. Я ска­жу — она сде­ла­ет. А те­перь… Я го­во­рю: под­ни­ми иг­руш­ку, а она еще и дру­гую на пол бро­сит. Я го­во­рю: не­льзя кни­ги рвать, так она до­ждет­ся, пока я из ком­на­ты уйду, до­ста­нет их из шка­фа и порвет в мел­кие клоч­ки. На­чи­на­ешь на­ка­зы­вать — орет как ре­за­ная, на пол ки­да­ет­ся. Ку­хон­ный стол но­вый мар­ке­ром раз­ри­со­ва­ла — ба­буш­ку чуть удар не хва­тил. У мужа со сто­ла схва­ти­ла ка­кую-то важ­ную бу­ма­гу — ском­ка­ла. И ведь зна­ет же, что не­льзя. Все рав­но… На ули­це тоже… Сна­ча­ла: не пой­ду гу­лять. По­том — не пой­ду до­мой. Я уже сама не по­ни­маю, чего ей надо. У нев­ро­па­то­ло­га были, он ска­зал: здо­ро­ва. Прав­да, та­блет­ки ка­кие-то вы­пи­сал… Муж го­во­рит: ты ее из­ба­ло­ва­ла. А я ее, вро­де, и не ба­ло­ва­ла ни­ко­гда…

Каждая мама обязана знать:  Как вы проводите вечер с ребенком

Ма­лень­кая Ла­ри­са двух с по­ло­ви­ной лет — сме­шли­вая, об­щи­тель­ная, с но­сом пу­гов­кой и лу­ка­вы­ми се­ры­ми гла­за­ми. В ка­би­не­те ле­зет во все ящи­ки, ста­щи­ла на пол все иг­руш­ки, украд­кой огля­ды­ва­ясь на мать, под­би­ра­ет­ся к моим клю­чам.

— Рас­ска­жи­те, по­жа­луй­ста, что у вас в доме мож­но, а что не­льзя…

— Ну, то есть как… Как у всех… ри­со­вать не­льзя на обо­ях…

— В аль­бо­ме, у нее есть спе­ци­аль­ный, но она в нем не ри­су­ет по­че­му-то… Ну, по­су­ду не­льзя брать из сер­ван­та, кни­ги рвать, воду от­кры­вать без спро­су, брыз­гать­ся, на пол лить… Да вы что, ду­ма­е­те, мы ей все за­пре­ща­ем, что ли?! Да она…

— Нет, нет, я так со­вер­шен­но не ду­маю. Про­дол­жай­те, по­жа­луй­ста.

— Ну, не­льзя об­ры­вать ли­стья у цве­тов, кош­ку му­чить, за­ле­зать на под­окон­ник, тро­гать ро­зет­ки, сту­чать по ме­бе­ли… вы зна­е­те, очень труд­но все пе­ре­чис­лить. А за­чем это?

— Ви­ди­те ли, я по­про­си­ла вас на­звать, что мож­но и что не­льзя в ва­шем доме. При­чем сло­во мож­но я по­ста­ви­ла на пер­вое ме­сто. Вы же пе­ре­чис­ли­ли мне толь­ко не­льзя

— Все осталь­ное — мож­но! Это же по­нят­но.

— Это по­нят­но вам, мо­жет быть, по­нят­но мне… хотя, впро­чем, тоже не очень… А мож­но ли сту­чать по стен­кам? Ри­со­вать мар­ке­ром на стек­лах?

Галя (не­сколь­ко рас­те­ряв­шись):

— Сту­чать по сте­нам? Н-не знаю…

— Вот и Ла­ри­са тоже не зна­ет. Суть ее ме­та­мор­фо­зы, ко­то­рая так вас ис­пу­га­ла, за­клю­ча­ет­ся в том, что ваша дочь пе­ре­ста­ла быть про­стым про­дол­же­ни­ем вас. Вспо­мни­те свою же соб­ствен­ную фор­му­ли­ров­ку: «Я го­во­ри­ла — она де­ла­ла». Те­перь же у нее по­яви­лись свои соб­ствен­ные по­треб­но­сти, же­ла­ния и ин­те­ре­сы. До не­дав­не­го вре­ме­ни ваши ми­ро­воз­зрен­че­ские кар­ти­ны сов­па­да­ли (точ­нее, Ла­ри­са поль­зо­ва­лась ва­шей), се­го­дня все об­сто­ит ина­че. Вы ска­же­те, что и у но­во­ро­жден­но­го мла­ден­ца есть свои по­треб­но­сти, на­при­мер, иметь су­хие пе­лен­ки. Это так, но лишь сей­час, по­сле двух лет (для каж­до­го ре­бен­ка этот воз­раст ин­ди­ви­дуа­лен), Ла­ри­са эти свои же­ла­ния и по­треб­но­сти осо­зна­ла, вы­ра­жа­ясь на­уч­ным язы­ком, от­ре­флек­си­ро­ва­ла. Мла­де­нец «зна­ет», что глав­ная его за­да­ча — быть вме­сте с ма­те­рью, а удо­вле­тво­ре­ние всех осталь­ных по­треб­но­стей це­ли­ком и пол­но­стью за­ви­сит от это­го фак­та. Не так об­сто­ит дело с двух­лет­ним ре­бен­ком. У него уже по­яв­ля­ют­ся свои соб­ствен­ные, от­дель­ные от ма­те­ри же­ла­ния, и одно из них — ис­сле­до­вать окру­жа­ю­щий мир. Прак­ти­че­ски пер­вое, что же­ла­ет вы­яс­нить ре­бе­нок от­но­си­тель­но это­го мира, — что мож­но и что не­льзя. Имен­но в та­кой по­сле­до­ва­тель­но­сти, ибо о том, что не­льзя, как вы спра­вед­ли­во за­ме­ти­ли, Ла­ри­са уже мно­гое зна­ет. Но до сих пор она при­ни­ма­ла все на веру. А те­перь про­ве­ря­ет — дей­стви­тель­но не­льзя? А что бу­дет, если… И что же, в кон­це кон­цов, мож­но?!

Галя (не­тер­пе­ли­во и слег­ка раз­дра­жен­но):

— Так что же, я долж­на ей все поз­во­лять?! Это же опас­но… и не­воз­мож­но…

— Ра­зу­ме­ет­ся, не­воз­мож­но. Ве­ро­ят­но, вам про­сто сле­ду­ет учи­ты­вать тот факт, что ваша дочь слег­ка под­рос­ла и всту­пи­ла в сле­ду­ю­щую фазу воз­раст­но­го раз­ви­тия.

— Но как это учи­ты­вать? Мне ино­гда ка­жет­ся, что она на­роч­но меня драз­нит…

— Со­вер­шен­но вер­но. Толь­ко не драз­нит, а изу­ча­ет ваши ре­ак­ции. Ро­ди­те­ли — пер­вый и са­мый важ­ный объ­ект для ис­сле­до­ва­ния, это так есте­ствен­но. А на­счет того, как учи­ты­вать… Ка­кие у вас сей­час есть со­об­ра­же­ния, в све­те вы­ше­ска­зан­но­го?

— Я ду­маю, нуж­но ей пря­мо го­во­рить, что мож­но…

— Так, так. И каж­дое «не­льзя» …

— И каж­дое «не­льзя» со­про­во­ждать «мож­но» …

— Со­вер­шен­но вер­но. Не­льзя рвать кни­ги, но мож­но — ста­рые га­зе­ты, ре­клам­ки. Не­льзя сту­чать по сер­ван­ту, но мож­но — по дос­ке. Не­льзя пры­гать с под­окон­ни­ка, но мож­но — со сту­ла, с ди­ва­на.

— И еще. Раз уж она у нас те­перь лич­ность, то мы долж­ны ей все объ­яс­нять. Я ста­ра­юсь, но она ино­гда меня так до­во­дит…

— Мо­жет быть, Ла­ри­са «до­во­дит» вас то­гда, ко­гда объ­яс­не­ния ей не­по­нят­ны или не­убе­ди­тель­ны? Мо­жет быть, ино­гда сле­ду­ет поз­во­лить ей про­из­ве­сти не­боль­шой опыт? Ра­зу­ме­ет­ся, под ва­шим кон­тро­лем?

— Да, на­вер­ное, — за­ду­ма­лась Галя. — Вот она ма­лень­кая к утю­гу все лез­ла, ме­ша­ла мне гла­дить, а ба­буш­ка как-то разо­зли­лась и ска­за­ла: «Не ве­ришь, что бо-бо, вот тебе утюг, бери!» Она по­тро­га­ла, обо­жглась и боль­ше на стол не лез­ла, ко­гда гла­дят…

— Вот ви­ди­те, как хо­ро­шо. Со­че­та­ние объ­яс­не­ния и, ко­гда это воз­мож­но, опы­та.

— Но есть же вещи… Вот, на­при­мер, кош­ку она за хвост тас­ка­ет. И объ­яс­ня­ли ей сто раз, что кош­ке боль­но, и кош­ка ее ца­ра­па­ла, ни­че­го не по­мо­га­ет…

— Это очень хо­ро­ший и важ­ный во­прос. Дей­стви­тель­но, ре­бен­ку не­льзя дать по­про­бо­вать вы­прыг­нуть с пя­то­го эта­жа, а так­же вра­зу­ми­тель­но объ­яс­нить, по­че­му это­го де­лать не­льзя. В та­ких слу­ча­ях на по­мощь при­хо­дит си­сте­ма се­мей­ных табу. Она уни­каль­на для каж­дой се­мьи, но не долж­на вклю­чать в себя боль­ше двух-трех пунк­тов. Это долж­ны быть дей­стви­тель­но очень важ­ные пунк­ты, свя­зан­ные с жиз­нью, здо­ро­вьем, а так­же основ­ны­ми мо­раль­ны­ми прин­ци­па­ми се­мьи. Табу — это то, чего де­лать без­услов­но не­льзя. По био­ло­ги­че­ской сути табу близ­ки к услов­ным ре­флек­сам. При­мер си­сте­мы табу, при­ня­той в се­мье:

1. Не­льзя уда­рить ни­ко­го из чле­нов се­мьи.

2. Не­льзя му­чить кош­ку.

3. Не­льзя от­кры­вать окно на ули­цу.


Вы­ра­ба­ты­ва­ет­ся табу сле­ду­ю­щим об­ра­зом. Сна­ча­ла все чле­ны се­мьи до­го­ва­ри­ва­ют­ся о со­дер­жа­тель­ной сто­ро­не си­сте­мы. По­сле со­гла­со­ва­ния рас­пре­де­ля­ют роли. На ка­кое-то вре­мя всем чле­нам се­мьи при­дет­ся стать ак­те­ра­ми, ибо в вы­ра­бот­ке табу и в са­мом деле есть не­что те­ат­раль­ное, а если смот­реть глуб­же — не­что от древ­них ри­ту­а­лов. Ведь, если по­мни­те, имен­но у ди­ка­рей были очень слож­ные и раз­ветв­лен­ные си­сте­мы та­бу­и­ро­ва­ния, ре­гу­ли­ру­ю­щие прак­ти­че­ски всю жизнь взрос­ло­го на­се­ле­ния пле­ме­ни. Пред­по­ло­жим, по­сту­лат, ко­то­рый не­об­хо­ди­мо усво­ить по­лу­то­ра­го­до­ва­ло­му ре­бен­ку, зву­чит так: «Не­льзя бить маму»!

И вот ма­лень­кий агрес­сор, чем-то не­до­воль­ный, раз­мах­нул­ся и, как это у него во­дит­ся, шлеп­нул маму по щеке.

Если ре­бен­ка дер­жа­ли при этом на ру­ках, то его тут же спус­ка­ют на пол. С это­го мо­мен­та и до кон­ца сце­ны ни­кто не об­ра­ща­ет­ся пря­мо к нему. Все ре­пли­ки по­да­ют­ся че­рез его го­ло­ву. При­мер­ный сце­на­рий:

Мама: Как! Мой сын меня уда­рил! О Боже! Что же мне де­лать! Как я не­счаст­на! (си­дит, за­крыв лицо ру­ка­ми, по­том мед­лен­но, сте­ная, уда­ля­ет­ся в дру­гую ком­на­ту).

Папа: Не­ве­ро­ят­но! Этот мер­за­вец по­смел уда­рить мать! Ка­кой кош­мар! И это мой сын! Я уни­что­жен! Я не же­лаю его ви­деть и го­во­рить об этом. (Уда­ля­ет­ся вслед за же­ной и там гром­ко уте­ша­ет ее, про­дол­жая гром­ко воз­му­щать­ся по­ступ­ком сына).

Ба­буш­ка: Гос­по­ди! И это в на­шем доме! Да я с де­дом со­рок лет про­жи­ла, он на меня ни разу руку не под­нял! А мой внук… (пе­чаль­но ка­чая го­ло­вой, уда­ля­ет­ся вслед за осталь­ны­ми).

От­чуж­де­ние от ро­ди­те­лей — са­мое страш­ное и не­ве­ро­ят­ное со­бы­тие в жиз­ни ма­лень­ко­го ре­бен­ка. В ре­зуль­та­те вы­ше­опи­сан­ной сце­ны (если, ко­неч­но, ни­кто не хи­хи­ка­ет в про­цес­се ис­пол­не­ния) ре­бе­нок убе­жда­ет­ся в том, что есть по­ступ­ки, ко­то­рые мо­гут пе­ре­вер­нуть его мир с ног на го­ло­ву. Тут уж не до экс­пе­ри­мен­тов. Как пра­ви­ло, двух-трех по­вто­ре­ний бы­ва­ет до­ста­точ­но, что­бы за­не­сен­ная для уда­ра руч­ка на­ча­ла сама со­бой опус­кать­ся. Толь­ко учти­те, что по­доб­ную ре­ак­цию дол­жен встре­чать каж­дый та­бу­и­ро­ван­ный про­сту­пок ре­бен­ка. Не мо­жет быть та­ко­го, что­бы се­го­дня все сте­на­ли, как су­ма­сшед­шие, а на­зав­тра на то же са­мое не обра­ти­ли вни­ма­ния. По­доб­ная не­по­сле­до­ва­тель­ность куда вред­нее, чем от­каз от си­сте­мы табу во­об­ще.

— Так, хо­ро­шо, я все по­ня­ла, — ре­ши­тель­но ска­за­ла Галя. — И что же, если я все это сде­лаю, она пе­ре­ста­нет меня «до­ста­вать»?

Ла­ри­са, на­ко­нец, ста­щи­ла мои клю­чи и вме­сте с ними бы­стро за­полз­ла под кре­сло.

— От­дай клю­чи док­то­ру! — тут же за­по­лош­но вскри­ча­ла Галя. — От­дай не­мед­лен­но!

— А ты зна­ешь, Ла­ри­са, брать клю­чи — это мож­но, — за­дум­чи­во го­во­рю я.

Ла­ри­са тут же вы­пол­за­ет из-под кре­сла, про­тя­ги­ва­ет мне клю­чи:

— На, тетя, кючи, — го­во­рит она и на­чи­на­ет хищ­но по­смат­ри­вать на пе­ре­кид­ной ка­лен­да­рик…

Что та­кое дет­ские ка­при­зы?

На­вер­ня­ка каж­дый че­ло­век, даже ни­ко­гда не имев­ший де­тей, ко­гда-ни­будь ви­дел, как ка­приз­ни­ча­ют ма­лень­кие дети. Ис­тош­но во­пя­щий ма­лыш в трол­лей­бу­се, ма­лень­кий упря­мец, не же­ла­ю­щий ухо­дить от во­жде­лен­но­го ки­ос­ка, ре­ву­щее в три ру­чья су­ще­ство, ко­то­рое бук­валь­но во­ло­чет по ули­це раз­гне­ван­ная или, на­о­бо­рот, сама чуть не пла­чу­щая ма­ма­ша, — все это толь­ко вер­хуш­ка айс­бер­га. Основ­ным по­лем дет­ских ка­при­зов яв­ля­ет­ся, ко­неч­но же, дом, се­мья. Очень ча­сто ро­ди­те­ли, бес­по­мощ­но раз­во­дя ру­ка­ми, при­зна­ют­ся: в яслях его хва­лят, го­во­рят — ти­хий, спо­кой­ный, все де­ла­ет, а дома…

Что же та­кое дет­ские ка­при­зы? От­ку­да они бе­рут­ся и что озна­ча­ют?

Для на­ча­ла не­множ­ко ви­до­из­ме­ним во­прос и по­ста­вим его так: от­че­го дети ка­приз­ни­ча­ют? По­слу­ша­ем го­ло­са, вы­ра­жа­ю­щие так на­зы­ва­е­мую «на­род­ную муд­рость»:

— спал днем пло­хо, вот и ка­приз­ни­ча­ет…

— пе­ре­гу­лял, дав­но уж надо бы спать по­ло­жить…

— как что не по его, так он все­гда на­чи­на­ет…

— слиш­ком мно­го лю­дей, но­вых впе­чат­ле­ний, вот он и пе­ре­воз­бу­дил­ся…

— устал он, ко­неч­но, це­лый день в до­ро­ге…

— за­бо­лел, мо­жет… Лоб-то не го­ря­чий?

Лег­ко убе­дить­ся, что все при­ве­ден­ные выше вы­ска­зы­ва­ния ищут и на­хо­дят при­чи­ну ка­при­зов ре­бен­ка во внеш­них по от­но­ше­нию к нему об­сто­я­тель­ствах. Сам он тут как буд­то бы и ни при чем. Ни при чем ока­зы­ва­ют­ся, как это ни стран­но, даже окру­жа­ю­щие ре­бен­ка люди и их от­но­ше­ния меж­ду со­бой. Ска­зан­ное выше мо­жет от­но­сить­ся аб­со­лют­но к лю­бо­му ре­бен­ку. А то, что не­ко­то­рые дети ка­приз­ни­ча­ют прак­ти­че­ски не­пре­рыв­но, а не­ко­то­рые — по­чти не ка­приз­ни­ча­ют во­об­ще, вро­де бы к делу и не от­но­сит­ся.

Но нас-то ин­те­ре­су­ют кон­крет­ные при­чи­ны. Кро­ме того, всем из­вест­ны та­кие си­ту­а­ции, ко­гда ре­бе­нок осо­бен­но ка­при­зен в при­сут­ствии ка­ко­го-ни­будь од­но­го че­ло­ве­ка, и слу­чаи, ко­гда даже очень устав­ший или боль­ной ре­бе­нок про­яв­ля­ет со­вер­шен­но ан­гель­скую кро­тость.

В чем же здесь за­гвозд­ка? И чем, соб­ствен­но, не­хо­ро­шо «на­род­ное» тол­ко­ва­ние дет­ских ка­при­зов?

От­вет очень прост. Дет­ские ка­при­зы — это по­сла­ния ре­бен­ка. По­сла­ния ма­лень­кой лич­но­сти окру­жа­ю­щим ее лю­дям, миру. Не учи­ты­вать это­го при об­ще­нии с ре­бен­ком — зна­чит иг­но­ри­ро­вать зна­чи­тель­ную часть его ис­тин­ных по­треб­но­стей. Как же чи­тать эти по­сла­ния?

Ино­гда их текст про­зра­чен и лег­ко про­чи­ты­ва­ет­ся вни­ма­тель­ной ма­те­рью или ба­буш­кой (см. при­мер, при­ве­ден­ный выше: ка­приз­ни­ча­ет, зна­чит, спать хо­чет! До­ста­точ­но та­ко­го ка­приз­ни­ча­ю­ще­го ре­бен­ка уло­жить, и все бу­дет хо­ро­шо. По­сла­ние про­чи­та­но, по­треб­ность удо­вле­тво­ре­на).

Но да­ле­ко не все­гда все так про­сто. Вспо­мни­те Ла­ри­су.

По­че­му дети ка­приз­ни­ча­ют?

1. Пер­вый пункт под­ска­жет нам все та же «на­род­ная муд­рость».

При­чи­ной дет­ской ка­приз­но­сти мо­жет быть хро­ни­че­ское или толь­ко на­чи­на­ю­ще­е­ся со­ма­ти­че­ское за­бо­ле­ва­ние. Если ре­бе­нок ис­пы­ты­ва­ет фи­зи­че­скую боль, если ему душ­но, жар­ко, если его тош­нит или бьет озноб, он, мо­жет быть, и не су­ме­ет ска­зать об этом сло­ва­ми (осо­бен­но если речь идет о ре­бен­ке до трех лет), но бу­дет де­мон­стри­ро­вать ис­пы­ты­ва­е­мый им дис­ком­форт в виде из­ме­не­ний по­ве­де­ния. Это бу­дет по­ве­де­ние про­тест­ное или не­по­сле­до­ва­тель­ное, эмо­ци­о­наль­но про­ти­во­ре­чи­вое или за­тор­мо­жен­ное.

Все­гда, ко­гда ре­бе­нок на­чал ка­приз­ни­чать не­ожи­дан­но или «на ров­ном ме­сте», в бли­жай­шие часы сле­ду­ет вни­ма­тель­но про­сле­дить за со­сто­я­ни­ем его здо­ро­вья.

Если ре­бе­нок бо­лен хро­ни­че­ски и ча­сто ис­пы­ты­ва­ет фи­зи­че­ский дис­ком­форт, то во из­бе­жа­ние раз­ви­тия па­то­ло­гий ха­рак­те­ра сле­ду­ет ком­пен­си­ро­вать это бóль­шим (по срав­не­нию с обыч­ным ре­бен­ком) ко­ли­че­ством впе­чат­ле­ний по­зи­тив­но­го, раз­вле­ка­тель­но­го ха­рак­те­ра. С та­ким ре­бен­ком надо боль­ше раз­го­ва­ри­вать, иг­рать, по­ка­зы­вать и объ­яс­нять ему до­ступ­ные его воз­рас­ту кар­тин­ки, кни­ги и филь­мы.

2. Очень ча­сто основ­ной при­чи­ной дет­ской ка­приз­но­сти бы­ва­ют и раз­лич­ные виды на­ру­ше­ния вос­пи­та­ния в се­мье.

В этом слу­чае по­сла­ние ре­бен­ка мо­жет быть про­чи­та­но так: «Со мной нуж­но об­ра­щать­ся по-дру­го­му!»

Наи­бо­лее рас­про­стра­нен­ным на­ру­ше­ни­я­ми в вос­пи­та­нии до­школь­ни­ков бы­ва­ют раз­ре­ши­тель­ный, или по­пу­сти­тель­ский, тип вос­пи­та­ния — и, на­о­бо­рот, за­пре­ти­тель­ный, чрез­мер­но стро­гий тип.

Раз­ре­ши­тель­ный тип вос­пи­та­ния при­во­дит к тому, что ре­бе­нок прак­ти­че­ски не зна­ет сло­ва «не­льзя». Лю­бое за­пре­ще­ние вы­зы­ва­ет у него буй­ный и про­дол­жи­тель­ный про­тест. На­стой­чи­вые по­пыт­ки вве­сти та­ко­го ре­бен­ка «в рам­ки» при­во­дят к при­пад­кам, на­по­ми­на­ю­щим исте­ри­че­ские (си­не­ют губы, ды­ха­ние ста­но­вит­ся пре­ры­ви­стым, дви­же­ния те­ря­ют ско­ор­ди­ни­ро­ван­ность). За­ча­стую ро­ди­те­ли пу­га­ют­ся столь гроз­ных про­яв­ле­ний и от­ка­зы­ва­ют­ся от сво­их по­пы­ток, чем еще боль­ше усу­губ­ля­ют си­ту­а­цию.

За­пре­ти­тель­ный тип вос­пи­та­ния в сво­ей край­ней фор­ме ве­дет к ис­то­ще­нию адап­та­ци­он­ных ре­зер­вов. Ре­бе­нок, ко­то­ро­му все за­пре­ща­ют, сна­ча­ла пы­та­ет­ся со­блю­сти все за­пре­ты и уго­дить ро­ди­те­лям, но вско­ре на­чи­на­ет чув­ство­вать, что «так жить не­льзя». И то­гда с дру­гой сто­ро­ны, но мы при­хо­дим все к тому же про­тест­но­му, ка­приз­но­му по­ве­де­нию, ко­то­рое еще боль­ше раз­дра­жа­ет ро­ди­те­лей. Ро­ди­те­ли за­пре­ща­ют ре­бен­ку ка­приз­ни­чать, он про­те­сту­ет про­тив за­пре­ще­ния про­те­ста — и этот за­мкну­тый круг мо­жет вер­теть­ся го­да­ми.

На­ру­ше­ни­ем вос­пи­та­ния мо­жет быть и раз­лич­ная вос­пи­та­тель­ная ори­ен­та­ция чле­нов се­мьи — на­при­мер, ро­ди­те­ли вос­пи­ты­ва­ют в стро­го­сти, а ба­буш­ка поз­во­ля­ет аб­со­лют­но все.

3. Ино­гда ка­при­зы ре­бен­ка яв­ля­ют­ся симп­то­мом вну­три­се­мей­ной дис­гар­мо­нии.

В этом слу­чае при ана­ли­зе си­ту­а­ции ни раз­ре­ши­тель­но­го, ни за­пре­ти­тель­но­го типа вос­пи­та­ния вы­явить не уда­ет­ся, ре­бен­ка вро­де бы вос­пи­ты­ва­ют пра­виль­но, ино­гда даже «по на­у­ке», но от­но­ше­ния вну­три се­мьи до край­но­сти на­пря­же­ны. На­при­мер, све­кровь не ла­дит с мо­ло­дой не­вест­кой и вся­че­ски стре­мит­ся до­ка­зать и по­ка­зать ее «ни­ку­дыш­ность». Или мо­ло­дой отец по­сле ро­жде­ния ре­бен­ка не прочь по­гу­лять, а жена не спит но­ча­ми, по­ти­хонь­ку пла­чет и про­ве­ря­ет кар­ма­ны его курт­ки в по­ис­ках до­ка­за­тельств су­пру­же­ской не­вер­но­сти. Здесь ка­при­зы — по­сла­ния ре­бен­ка — пе­ре­во­дят­ся од­но­знач­но:

Каждая мама обязана знать:  Взаимоотношения внука с бабушкой

— Я не хочу, что­бы зна­чи­мые для меня люди ссо­ри­лись меж­ду со­бой!

В этом нет ни­ка­ко­го вро­жден­но­го ми­ро­лю­бия или, тем бо­лее, аль­тру­из­ма со сто­ро­ны ре­бен­ка. Про­сто та ду­шев­ная энер­гия, ко­то­рая по пра­ву долж­на при­над­ле­жать ему, тра­тит­ся взрос­лы­ми на вы­яс­не­ние от­но­ше­ний меж­ду со­бой или, на­о­бо­рот, на со­хра­не­ние «хо­ро­шей мины при пло­хой игре». И ре­бе­нок этим, есте­ствен­но, не­до­во­лен. И так же есте­ствен­но де­мон­стри­ру­ет это не­до­воль­ство окру­жа­ю­щим. Имен­но та­кие дети ча­сто и на пер­вый взгляд не­объ­яс­ни­мо пе­ре­ста­ют ка­приз­ни­чать, ко­гда све­кровь уез­жа­ет на дачу («да она же к нему по­чти и не под­хо­ди­ла!») или ко­гда отец от­прав­ля­ет­ся в дли­тель­ную ко­ман­ди­ров­ку («он же лю­бит папу, я знаю, он все­гда по нему ску­ча­ет!»). В дей­стви­тель­но­сти дети в этом слу­чае ре­а­ги­ру­ют не на само от­сут­ствие чле­на се­мьи (ино­гда ис­крен­не лю­би­мо­го), а на при­оста­нов­ку яв­ных или скры­тых во­ен­ных дей­ствий.

4. Ино­гда за ка­при­зы при­ни­ма­ют что-то дру­гое. На­при­мер, впол­не за­ко­но­мер­ное ис­сле­до­ва­ние ре­ак­ций ро­ди­те­лей, ко­то­рое ре­бе­нок пред­при­ни­ма­ет обыч­но на тре­тьем году жиз­ни: «Не­льзя сюда хо­дить? А я пой­ду… И что она сде­ла­ет? Кри­чит… А я опять пой­ду. И что то­гда бу­дет? Ага, та­щит. А я вы­рвусь и опять пой­ду… Ой-ей-ей! Ка­жет­ся, хва­тит…»

И так по мно­го раз на дню, по са­мым раз­ным по­во­дам. Ужас­но уто­ми­тель­но. Но это не ка­при­зы. Это — ис­сле­до­ва­ние. И если вы бу­де­те до­ста­точ­но твер­ды и по­сле­до­ва­тель­ны, то до­воль­но бы­стро (у раз­ных де­тей ухо­дит на это от не­сколь­ких ме­ся­цев до двух лет) ре­бе­нок осво­ит­ся со всем мно­го­об­ра­зи­ем ва­ших ре­ак­ций и бу­дет впол­не чет­ко пред­став­лять, что мож­но, а чего не­льзя себе поз­во­лить в об­ще­нии с ма­мой, с па­пой, с ба­буш­кой…

Клас­си­че­ской, мно­го­крат­но опи­сан­ной в ли­те­ра­ту­ре под­ме­ной яв­ля­ет­ся иг­но­ри­ро­ва­ние ро­ди­те­ля­ми тре­бо­ва­ний ре­бен­ка по предо­став­ле­нию лич­ност­ной са­мо­сто­я­тель­но­сти, всем из­вест­ное «Я сам!». Не уме­ет чи­сто есть, но тя­нет­ся к лож­ке. Пы­та­ет­ся сам за­вя­зать шнур­ки, по­том всей се­мьей пол­ча­са рас­пу­ты­ва­ем. Упор­но на­де­ва­ет шта­ны за­дом на­пе­ред и так по­ры­ва­ет­ся идти в са­дик. При по­пыт­ке ис­пра­вить си­ту­а­цию — злит­ся, кри­чит. Это тоже не ка­при­зы. В этих слу­ча­ях име­ет смысл сна­ча­ла по­хва­лить ре­бен­ка за стрем­ле­ние к са­мо­сто­я­тель­но­сти и от­ме­тить его оче­вид­ные до­сти­же­ния, а по­том со­об­щить, что для за­вер­ше­ния си­ту­а­ции и для при­да­ния ей боль­шей гар­мо­нич­но­сти не­об­хо­ди­мо сде­лать еще то-то и то-то. Как пра­ви­ло, дети в этом воз­ра­сте тре­бу­ют имен­но при­зна­ния их по­пы­ток, ибо о ка­кой-то ре­аль­ной ав­то­но­мии го­во­рить еще рано, и они на са­мом-то деле пре­крас­но это по­ни­ма­ют.

Что де­лать ро­ди­те­лям, ко­гда ре­бе­нок ка­приз­ни­ча­ет?

1. По­пы­тай­тесь как мож­но точ­нее про­чи­тать и про­ана­ли­зи­ро­вать по­сла­ние ре­бен­ка, ко­то­рое за­ло­же­но в его сию­ми­нут­ной или дол­го­игра­ю­щей ка­приз­но­сти.

По­ста­рай­тесь не от­но­сить­ся к ка­при­зам ре­бен­ка как к оче­ред­ной по­пыт­ке по­му­чить вас. Пред­ставь­те себе ино­пла­не­тя­ни­на, ко­то­рый пло­хо вла­де­ет зем­ным язы­ком и пы­та­ет­ся до­не­сти что-то до ва­ше­го со­зна­ния. По­мни­те, что по­ло­же­ние ре­бен­ка ослож­ня­ет­ся еще и тем, что у него, в от­ли­чие от ино­пла­не­тя­ни­на, нет «род­но­го язы­ка», ко­то­рым он вла­дел бы со­вер­шен­но сво­бод­но.

2. Про­чи­тав по­сла­ние, внят­но со­об­щи­те ре­бен­ку, как имен­но вы его по­ня­ли и что со­би­ра­е­тесь пред­при­нять по это­му по­во­ду. (Если ни­че­го не со­би­ра­е­тесь пред­при­ни­мать, то об этом тоже обя­за­тель­но со­об­щи­те и разъ­яс­ни­те при­чи­ну. На­при­мер: «Я от­лич­но по­ни­маю, что ты устал и очень со­чув­ствую тебе. Но до оста­нов­ки идти еще два квар­та­ла, а ко­ляс­ки у нас нет. Так что при­дет­ся идти, как шли. Я со­вер­шен­но уве­ре­на в том, что ты смо­жешь дой­ти».)

Если ре­бе­нок, пре­рвав ны­тье, за­хо­чет по­пра­вить вас или вне­сти ка­кие-то до­пол­не­ния, вни­ма­тель­но вы­слу­шай­те его и обя­за­тель­но по­хва­ли­те за про­яв­лен­ный кон­струк­ти­визм. На­при­мер: «Мо­ло­дец, что объ­яс­нил. Сей­час мне ста­ло го­раз­до яс­нее, что имен­но тебя бес­по­ко­ит. Те­перь нам бу­дет лег­че спра­вить­ся с этим». Ни­ко­гда не воз­ра­жай­те ре­бен­ку, если он го­во­рит о сво­ем со­сто­я­нии. Он луч­ше зна­ет, что имен­но он ис­пы­ты­ва­ет. Не под­ме­няй­те его соб­ствен­ные ощу­ще­ния сво­и­ми. В даль­ней­шем это мо­жет при­ве­сти к очень не­при­ят­ным по­след­стви­ям, ко­гда уже под­рос­ший ре­бе­нок бу­дет ори­ен­ти­ро­вать­ся на ро­ди­те­лей или сверст­ни­ков в по­ис­ках от­ве­та на во­прос «что я сей­час чув­ствую?». Сами по­ни­ма­е­те, что по­лу­чен­ный от­вет не бу­дет иметь ни­ка­ко­го от­но­ше­ния к под­лин­ным чув­ствам ре­бен­ка.

Рас­про­стра­нен­ной ошиб­кой ро­ди­те­лей яв­ля­ет­ся и под­бор ва­ри­ан­тов для ка­приз­ни­ча­ю­ще­го ре­бен­ка, ко­гда ему оста­ет­ся толь­ко в бук­валь­ном смыс­ле ткнуть паль­цем в по­нра­вив­ший­ся пункт спис­ка: «Ва­неч­ка, ты что, устал? Мо­жет, у тебя го­лов­ка бо­лит? А мо­жет, жи­во­тик? А мо­жет, тебя ба­буш­ка оби­де­ла? Оби­де­ла тебя ба­буш­ка, да? Или ты пе­че­нин­ку хо­чешь?»

По­нят­но, что и в этом слу­чае речь бу­дет идти не об ис­тин­ном по­сла­нии ре­бен­ка, а о наи­бо­лее вы­год­ном пред­ло­же­нии.

Итак, про­ана­ли­зи­ро­вав си­ту­а­цию, утвер­ди­тель­ным то­ном со­об­щи­те ре­бен­ку плод ва­ших раз­мыш­ле­ний и дай­те ему воз­мож­ность со­гла­сить­ся с вами или воз­ра­зить вам.

3. Учи­те ре­бен­ка вы­ра­жать свои чув­ства сло­ва­ми, а не ка­при­за­ми.

Для это­го есть один-един­ствен­ный спо­соб — ро­ди­те­ли сами долж­ны го­во­рить о сво­их чув­ствах в при­сут­ствии ре­бен­ка. Уже трех­лет­ний ре­бе­нок, при­учен­ный при­слу­ши­вать­ся к себе и не встре­ча­ю­щий воз­ра­же­ний в опи­са­нии сво­их чувств, впол­не мо­жет ска­зать: «Я сей­час злой! Я сей­час ужас­но злой! Меня кош­ка разо­зли­ла, по­то­му что я хо­тел по­играть, а она ца­ра­па­ет­ся. Вы от меня сей­час все отой­ди­те, я буду на кух­не злить­ся. А по­том при­ду, и вы меня по­жа­ле­е­те». (Пря­мая речь под­лин­ная, за­пи­са­на од­ной вни­ма­тель­ной ма­мой со слов сво­е­го трех­лет­не­го сына).

4. Для про­фи­лак­ти­ки дет­ских ка­при­зов и борь­бы с уже раз­вив­шей­ся эмо­ци­о­наль­ной не­устой­чи­во­стью боль­шое зна­че­ние име­ет еди­ная вос­пи­та­тель­ная по­зи­ция всех чле­нов се­мьи, при­ни­ма­ю­щих уча­стие в ухо­де за ре­бен­ком.

И в стро­гих, и в де­мо­кра­ти­че­ских се­мьях дети до­ста­точ­но лег­ко при­спо­саб­ли­ва­ют­ся к су­ще­ству­ю­щим пра­ви­лам, если эти пра­ви­ла еди­ны и под­дер­жи­ва­ют­ся все­ми чле­на­ми се­мьи. И там, где ни­кто не сме­ет взять лож­ку, пока не на­чал есть де­душ­ка, и там, где все в лю­бое вре­мя едят ру­ка­ми из боль­шой ка­стрюли, ко­то­рая все­гда сто­ит на пли­те, впол­не мо­жет вы­ра­сти спо­кой­ный, эмо­ци­о­наль­но устой­чи­вый ре­бе­нок.

Но вот если мама что-то раз­ре­ша­ет, а папа это же са­мое за­пре­ща­ет ка­те­го­ри­че­ски, а у ба­буш­ки все за­ви­сит от на­стро­е­ния, а у де­душ­ки — от со­сто­я­ния здо­ро­вья, а у дяди от от­ме­ток, ко­то­рые ре­бе­нок по­лу­чил в шко­ле… И все это от­но­сит­ся к чему-ни­будь од­но­му, на­при­мер, к тому, мож­но ли пры­гать на ди­ва­не… Имен­но про­тив та­ко­го «плю­ра­лиз­ма» ча­сто, ка­приз­ни­чая, про­те­сту­ют дети. В се­мье, где мно­го лю­дей и не­сколь­ко вос­пи­та­тель­ских по­зи­ций, име­ет смысл устро­ить свое­об­раз­ный «круг­лый стол», на ко­то­ром пу­тем ком­про­мис­сов вы­ра­ба­ты­ва­ет­ся еди­ный стиль вос­пи­та­ния и раз и на­все­гда ре­ша­ет­ся, мож­но ли пры­гать на ди­ва­не, есть сар­дель­ки ру­ка­ми и пи­нать кош­ку. Ино­гда, во из­бе­жа­ние даль­ней­ших раз­но­чте­ний, име­ет смысл даже со­ста­вить на осно­ве до­стиг­ну­тых со­гла­ше­ний ито­го­вый пись­мен­ный до­ку­мент, в ко­то­ром лю­бой же­ла­ю­щий смо­жет при не­об­хо­ди­мо­сти уточ­нить, как же по­сту­пать в том или ином слу­чае.

5. Край­не не­об­хо­ди­ма по­сле­до­ва­тель­ность в утвер­жде­ни­ях и тре­бо­ва­ни­ях, предъ­яв­ля­е­мых ре­бен­ку од­ним и тем же чле­ном се­мьи.

Как бы ни ме­ня­лось у вас на­стро­е­ние и об­сто­я­тель­ства, но, если уж вы что-то за­пре­ти­ли ма­лень­ко­му ре­бен­ку, то пусть «не­льзя» оста­ет­ся «не­льзя». А если уж поз­во­ли­ли, то до кон­ца вы­тер­пи­те все по­след­ствия.

Если вы ска­за­ли при вы­хо­де на про­гул­ку, что се­го­дня ни­че­го не бу­де­те по­ку­пать в ларь­ке, то при­дер­жи­вай­тесь этой по­зи­ции. Не­смот­ря на все ка­при­зы. Ваша един­ствен­ная уступ­ка — это тоже по­сла­ние. От вас к ре­бен­ку. И текст это­го по­сла­ния та­ков: «Ино­гда, при ка­ких-то (не со­всем яс­ных) об­сто­я­тель­ствах ка­при­за­ми от меня мож­но до­бить­ся того, чего ты хо­чешь». По­лу­чив та­кое по­сла­ние, ре­бе­нок не­из­беж­но бу­дет пы­тать­ся. А упор­ства ему не за­ни­мать.

Чем мо­жет по­мочь спе­ци­а­лист?

В пер­вую оче­редь про­кон­суль­ти­ро­вать­ся со спе­ци­а­ли­стом по по­во­ду дет­ских ка­при­зов не­об­хо­ди­мо ро­ди­те­лям де­тей, стра­да­ю­щих тем или иным со­ма­ти­че­ским или нев­ро­ло­ги­че­ским за­бо­ле­ва­ни­ем. Имен­но та­кие дети осо­бен­но ну­жда­ют­ся в пра­виль­ной и по­сле­до­ва­тель­но при­ме­ня­е­мой ме­то­ди­ке вос­пи­та­ния, ко­то­рая в этом слу­чае, не­со­мнен­но, долж­на вы­ра­ба­ты­вать­ся ин­ди­ви­ду­аль­но и учи­ты­вать воз­мож­но­сти ре­бен­ка. Осо­бен­но это от­но­сит­ся к де­тям, стра­да­ю­щим пе­ри­на­таль­ной эн­це­фа­ло­па­ти­ей, и де­тям с ми­ни­маль­ны­ми моз­го­вы­ми дисфунк­ци­я­ми (ММД). Здесь пра­виль­но по­до­бран­ный ре­жим жиз­ни и вос­пи­та­ния ре­бен­ка мо­жет во мно­гом осла­бить про­яв­ле­ния бо­лез­ни, не до­пу­стить ухуд­ше­ния со­сто­я­ния.

Кро­ме того, спе­ци­а­лист мо­жет по­мочь ро­ди­те­лям опре­де­лить при­чи­ны ка­приз­но­сти и вы­ра­бо­тать так­ти­ку по­ве­де­ния чле­нов се­мьи, ко­то­рая поз­во­лит от­кор­рек­ти­ро­вать не­же­ла­тель­ное по­ве­де­ние ре­бен­ка.

Если при­чи­ной ка­приз­но­сти яв­ля­ют­ся вну­три­се­мей­ные кон­флик­ты, то име­ет смысл обра­тить­ся к та­ко­му ме­то­ду, как се­мей­ная пси­хо­те­ра­пия. Даже крат­ко­сроч­ная се­мей­ная пси­хо­те­ра­пия, про­ве­ден­ная ква­ли­фи­ци­ро­ван­ным спе­ци­а­ли­стом, ча­сто поз­во­ля­ет су­ще­ствен­но улуч­шить по­ве­де­ние ре­бен­ка и за­од­но на­ла­дить от­но­ше­ния в се­мье.

Вер­нем­ся к Ла­ри­се…

По­нят­но, что в се­мье Ла­ри­сы и Гали ка­при­зы про­ис­те­ка­ли от не­уме­ния ма­те­ри внят­но до­не­сти до до­че­ри свою вос­пи­та­тель­ную по­зи­цию.

По­движ­ная смыш­ле­ная дев­чуш­ка уже во­всю изу­ча­ет окру­жа­ю­щий мир (и лич­ность ма­те­ри в том чис­ле), а Галя все еще вос­при­ни­ма­ет ее как свое фи­зи­че­ское про­дол­же­ние. При этом как бы под­ра­зу­ме­ва­ет­ся, что для Ла­ри­сы «само со­бой по­нят­но» все то, что оче­вид­но для Гали.

По­сле на­шей пер­вой встре­чи Галя и ее муж опре­де­ли­ли се­мей­ную си­сте­му табу (все же им было про­ще за­пре­щать, чем раз­ре­шать, и во­прос о том, что «мож­но», они от­ло­жи­ли на по­том), и ста­ли про­во­дить ее в жизнь. Ла­ри­са, впол­не при­вык­шая к по­сто­ян­ной ру­га­ни, окри­кам и даже шлеп­кам и не об­ра­щав­шая на них прак­ти­че­ски ни­ка­ко­го вни­ма­ния, ни­ко­гда в жиз­ни не встре­ча­лась с от­чуж­де­ни­ем. По­сле пер­во­го же «тер­ро­ри­сти­че­ско­го акта» по от­но­ше­нию к кош­ке этот опыт бук­валь­но оше­ло­мил ее. С ди­ки­ми кри­ка­ми она бро­си­лась вслед за тор­же­ствен­но уда­лив­ши­ми­ся ро­ди­те­ля­ми. Ис­пу­ган­ная Галя уже го­то­ва была пре­рвать «вос­пи­та­тель­ное ме­ро­при­я­тие», но бо­лее трез­во мыс­ля­щий су­пруг оста­но­вил жену. Не­де­лю Ла­ри­са по­мни­ла по­лу­чен­ный урок. А по­сле вто­рой по­пыт­ки для кош­ки на­сту­пи­ли дни от­дох­но­ве­ния — ее хво­сту боль­ше ни­что не угро­жа­ло.

Слож­нее было с раз­ре­ши­тель­ным «мож­но». Галя при­зна­ва­лась, что Ла­ри­са тут ни при чем и имен­но ей не уда­ет­ся сра­зу и на­все­гда по­бо­роть при­выч­ку все за­пре­щать. Ино­гда, как при пер­вой встре­че у меня в ка­би­не­те, она сна­ча­ла кри­ча­ла «Не­льзя!» и толь­ко по­том за­ду­мы­ва­лась над тем, дей­стви­тель­но ли это так. Но упор­ство мо­ло­дой жен­щи­ны поз­во­ли­ло по­сте­пен­но на­ла­дить си­ту­а­цию, и успех был до­стиг­нут — Ла­ри­са по­чти пе­ре­ста­ла ка­приз­ни­чать.

ГЛА­ВА 2.

Гри­ша — ре­бе­нок-ка­та­стро­фа

В от­вет на роб­кий стук в дверь я вы­гля­ну­ла в ко­ри­дор и уви­де­ла там тро­их лю­дей — в том, что они род­ствен­ни­ки, не мог­ло быть ни­ка­ких со­мне­ний. Оди­на­ко­вые ши­ро­ко рас­став­лен­ные зе­ле­ные гла­за, аб­со­лют­но пря­мые не­по­кор­ные во­ло­сы, круг­лые го­ло­вы, ши­ро­кие пле­чи…

Ши­ро­ко­кост­ная, силь­ная на вид ста­ру­ха, мо­ло­жа­вая жен­щи­на с пе­ча­тью ка­кой-то не­по­нят­ной уста­ло­сти на лице и си­не­вой во­круг глаз и маль­чиш­ка лет ше­сти-семи, скло­нив­ший на­бок растре­пан­ную го­ло­ву и гля­дя­щий на меня с лу­ка­вым ви­дом.

— Гри­ша? — я за­гля­ну­ла в ли­сто­чек са­мо­за­пи­си. — Про­хо­ди­те, по­жа­луй­ста…

— Я одна зай­ду, — то­ро­пли­во ска­за­ла Гри­ши­на мама.

— Да за­хо­ди­те все, — ра­душ­но пред­ло­жи­ла я. — Мы по­го­во­рим, а Гри­ша пока по­игра­ет. У меня там иг­ру­шек мно­го…

— Нет, нет! — с не­по­нят­ным ис­пу­гом вскрик­ну­ла мо­ло­дая жен­щи­на. — Я зай­ду, а Гри­ша тут с ба­буш­кой… по­бе­га­ет.

Я кив­ну­ла, а про себя по­ду­ма­ла: что бы там ни было с ре­бен­ком, а с ма­мой явно не все в по­ряд­ке. Этот ее ис­пуг… Да и пред­ста­вить себе кре­стьян­ско­го вида ба­буш­ку, бе­га­ю­щую с вну­ком по ко­ри­до­ру, я не мог­ла ни при ка­ком на­пря­же­нии фан­та­зии…

В ка­би­не­те мама слег­ка рас­сла­би­лась, по­ер­за­ла в кре­сле, уса­жи­ва­ясь по­удоб­нее, за­стен­чи­во взгля­ну­ла мне в гла­за и тихо ска­за­ла:

— Я по­ни­маю, док­тор, что это не­хо­ро­шо, но я уже боль­ше так не могу. Ино­гда я ду­маю, пусть бы он боль­ной был. То­гда бы я его жа­ле­ла, уха­жи­ва­ла бы за ним… А так… Он же хо­ро­ший во­об­ще-то маль­чик, и меня лю­бит, а я… я ино­гда ду­маю: пусть бы его не было! Это же грех ве­ли­кий, док­тор, так ду­мать, прав­да?

Ваш непонятный ребенок

Комментарии (0)

Новости культуры

На данный момент в нашей библиотеке размещено 347 754 книг,
39 036 аудиокниг, 84 790 авторов.
Наш партнер — магазин электронных книг ЛитРес.
Приятного Вам чтения!

Наш сайт является виртуальным помещением библиотеки и, на основании Федерального закона Российской федерации «Об авторском и смежных правах» (в ред. Федеральных законов от 19.07.1995 N 110-ФЗ, от 20.07.2004 N 72-ФЗ), копирование, сохранение на жестком диске или иной способ сохранения произведений размещенных в данной библиотеке, в архивированном виде, категорически запрещен. Все материалы взяты из открытых источников и представлены исключительно в ознакомительных целях.
Все права на книги принадлежат их авторам и издательствам.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Воспитание детей, психология ребёнка, обучение и социализация