Виню дочь в том, что у меня нет мужчины


у меня нет мужчины»

Полина: Мне кажется, что из-за отношений с отцом в детстве, точнее, из-за их отсутствия, я не могу устроить личную жизнь. В подростковом возрасте у меня были комплексы: я не нравилась мальчикам, очень стеснялась. Если бы тогда я чувствовала поддержку отца, все было бы иначе. Теперь уже отец нуждается в моей поддержке: он инвалид, ему одиноко. А я испытываю к нему жалость и раздражение и виню себя за это, мне стыдно, что я его не люблю.­

Владимир Дашевский: Сколько вам было лет, когда родители развелись? ­

— Честно говоря, никогда не задумывалась об этом. Одно могу сказать точно, мы всю жизнь без него: я, мама, сестра и брат. ­

— И поэтому вы злитесь на отца? ­

— Я работаю в детском центре. К нам часто приходят полноценные семьи, я вижу нормальные отношения отца и ребенка. И поэтому я злюсь. Ведь со своим отцом я не чувствую душевной близости, разве что мне его жалко. И я не могу разобраться в этих эмоциях. А еще очень пугает, что отношения с отцом влияют на мою личную жизнь, потому что ее нет.

— Как это может быть связано, что вы думаете?

­— Вот этого я и не могу понять.

­— Вы не можете понять, как это связано, но тем не менее считаете, что связано.

­— Я ищу причины, и это меня пугает. ­

— Почему это вас пугает? ­

— Потому что, если бы он тогда был в моей жизни, вероятно, сейчас бы она складывалась иначе. Я хочу понять, есть ли причины моего одиночества. (Плачет. Извиняется)

­— Почему вы извиняетесь?

­— Мне стыдно, что я не умею сдерживать слезы.

­— А для чего вам их сдерживать?

­— Иногда это крайне неуместно. Особенно в кабинете психотерапевта. (Смеется)

­— Судя по всему, обычно вы все держите в себе?

­— Я могу сдержать гнев в ссорах с мамой или сестрой, а вот слезы и обиду не научилась.

­— А на отца вы гневаетесь?

­— Он скорее меня раздражает.

­— Хорошо. Вы подробно описали вашу историю. А что бы хотели от психотерапии?

— Разложить чувства по полочкам и понять причины, почему я не могу найти мужчину. Не знаю, почему так.

­— Вы говорите, что не можете разобраться в чувствах. С одной стороны, это обида на отца, с другой — недоверие. С третьей стороны, чувство вины, потому что вам на самом деле не хочется о нем заботиться. И плюс вы его обвиняете в собственных проблемах с мужчинами.

­— Я не обвиняю. Просто других причин я не вижу.

­— Но вас же беспокоит то, что из-за отца вы можете до конца дней остаться в одиночестве. Верно?

­— И все это из-за его поведения в вашем детстве, из-за того, что он вам не оказывал должного внимания? ­

— И поэтому вы утверждаете, что не обвиняете отца? Вы видите здесь противоречие? ­

­— Пожалуй, один из основных смыслов терапии в том, чтобы быть честным с собой. Если на самом деле вы вините отца, то, наверное, стоит хотя бы самой себе в этом признаться.

­— Да, я виню. Но мозгом понимаю, что… ­

— Да бог с ним, с этим мозгом. Для нас главное — разобраться в чувствах и эмоциях. И если вы испытываете злость, бешенство, ненависть, так и скажите об этом. ­

— Испытываю, да! Приехали… (Вздыхает) ­

— Вот и хорошо, что приехали. А какой он, ваш отец? Опишите его.

­— По разговорам я знаю, что в молодости он был очень харизматичным, душой компании. Но болезнь наложила отпечаток.

— А вы бы могли влюбиться в такого, каким, скажем, он был в молодости? ­

— Не знаю, наверное, да. Но мне нравятся абсолютно другие мужчины. И в какой-то момент я поняла, что не чувствую его родственником.

­— А что вам хотелось бы чувствовать?

­— От него мне бы хотелось поддержки. А получается, что это я его поддерживаю. Я забочусь о нем как могу, но не люблю его. Я должна его любить? ­

— Конечно же, вы никому ничего не должны. Мы не можем заставить себя почувствовать то, чего нет, или кого-то полюбить. Это то, что сильнее. Но еще есть эмоции, которые мы не осознаем или боимся в них себе признаться. Вы оказались в ловушке. Если вы не можете распознать свои чувства по отношению к отцу, то как сможете понять, что испытываете к другим мужчинам? То ли я люблю, то ли я трамвай куплю…

— «Люблю» никогда не было. Я пока не находила достойного человека. ­

— В том-то и дело, что очень сложно признаться себе, что любите: это опасно, вы становитесь уязвимой. Вы сказали, что не находили достойного. А где вы их ищете, расскажите. ­

— Нет определенного места. Я просто не закрываюсь от этого. Но мама утверждает, что я ­— Снежная королева с огромным самомнением, с завышенной планкой. А я не верю в это. ­

— Зачем вам в это верить?

­— Чтобы понять причины, разобраться в себе.

­— Вообще, знаете, меня, конечно, удивляет это ваше желание докопаться до причины. Но ведь для того, чтобы ехать на машине, совершенно не обязательно знать, как работает двигатель внутреннего сгорания. Достаточно просто ехать.

­— Так зачем же вам тогда знать?

­— Потому что ехать не получается.

­— Но изначально вы ставили цель не ехать, а разобраться в причинах, почему вы не едете. Теперь вы видите, что одно лишь знание о работе механизма никогда не поможет вам управлять автомобилем? (Кивает)

­— Так вы хотите понять причину, почему вы одна, или чего вы хотите на самом деле? Скажите это вслух.

­— Нормальных гармоничных отношений с мужчиной. ­


­— Но это же очевидно. ­

— Ничего подобного. Это не очевидно ни для вас, ни для вашего бессознательного, ни для вашего рационального мозга. Для вас очевидно, что нужно найти причину. Вы — эксперт по причинам собственных неудач. (Смеется) ­

— Для того чтобы устроить гармоничные отношения с мужчинами, нужно с ними встречаться, разговаривать, улыбаться, флиртовать, прислушиваться к себе и понимать, что вы чувствуете.

— У нас в центре такая аудитория, что, кроме разведенных пап, на меня никто не обращает внимания. ­

— А что не так с разведенными папами? Дело в том, что аудитория не та, или в том, что это разведенные папы?

— Не та аудитория. ­

— А где ваша аудитория?

­— Хороший вопрос. Но с транспарантом «ищу» ходить не хочется. ­

— А сейчас вы с каким транспарантом?

­— Я надеюсь, что без. ­

— А по-моему, как минимум один транспарант — «Мой папа виноват». Второй транспарант — «Ищу причины своих проблем». Третий: «У меня не та аудитория». Четвертый, наконец, — «Ищу мужчину». Я предлагаю с этого момента выбросить их все. Для того чтобы дышать воздухом, нужно просто делать вдох и выдох. ­

— Вы правы. Похоже, что таких транспарантов набралось с десяток.

­— Вы не обязаны чувствовать любовь и проявлять заботу. Каждое ваше действие — это осознанный выбор взрослого человека. Есть только вы и океан возможностей. И вам решать, продолжать ли искать причины или свободно плавать в этом океане и проверять, где греет, а где нет.

­— Да, теперь я понимаю, о чем вы говорите.

Постскриптум

Владимир Дашевский: История Полины — классический пример комплекса Электры. Девочка, которая была лишена внимания отца в детстве, невольно его идеализирует, а потом обвиняет в своих неудачах. Параллельно она продолжает подростковый конфликт с матерью. При этом реальные отношения с мужчинами привлекают ее гораздо меньше, чем обдумывание идеи их невозможности.

Полина (через неделю): Я не ждала от одного сеанса каких-то глобальных перемен. И все же благодаря разговору с Владимиром мне наконец удалось примирить сердце и разум. Теперь я понимаю, насколько важно облекать чувства в слова. Раньше я считала, что поиск причины помогает решить проблему. Но это всегда приводило меня к изматывающей рефлексии. Владимир смог мне объяснить, что не нужно докапываться до сути, а принять ситуацию и стараться исправить последствия.

Как попасть на первую бесплатную консультацию?

Психотерапевт Владимир Дашевский каждый месяц проводит бесплатную консультацию с одним из наших читателей. Если вы давно хотели разобраться в себе, просто заполните заявку на участие в спецпроекте журнала Psychologies. Вы убедитесь, что даже за один сеанс работы со специалистом можно лучше осознать причины проблем и начать путь к освобождению.

«Мой брак меня поглотил»

Замужество и материнство меняет жизнь, но не всегда — в лучшую сторону. Как быть, если роль жены и матери становится клеткой и ничто не радует? С этим вопросом на первый сеанс к психотерапевту Владимиру Дашевскому пришла 40-летняя Надежда, домохозяйка из Москвы.

«Нет времени и сил на себя»

Работа, дети, домашние дела. Мы говорим, что на это уходят все наши внутренние ресурсы, что мы просто «не успеваем» позаботиться о себе, прислушаться к своим желаниям и потребностям. Действительно ли дело в отсутствии сил и времени? Или мы просто чего-то боимся?

Моя взрослая дочь меня ненавидит и напрямую говорит об этом. Как наладить отношения?

У меня очень плохие отношения с моей взрослой дочерью. Ей уже 30 лет. Есть сын 9 лет. Мой внук. Уже много лет она меня периодически обижает и обзывает, вспоминая свое детство, наш развод с ее папой. Она в 12 лет убежала из дома. Папа пил, были скандалы. Когда отец уехал -она вернулась домой. Потом мне приходилось работать на 2 работах. Еще есть брат, мой сын. Он старше ее на год. Она прогуливала школу. Не хотела учиться. Так и не закончила даже 9 классов. После крупного разговора с ней она изъявила желание работать. Потому что ей хотелось модно и красиво одеваться. А у меня не было столько денег. Потом она уехала в Москву. Там вышла замуж родила ребенка и потом с 8 месячным ребенком приехала ко мне. До 1. 6 лет я занималась с внуком. Дочь работала и высылала деньги на его и мое содержание. Развелась. Время от времени внук был со мной. Потом я вышла замуж и жила 4 года в другой стране. Но внук и дочь приезжали. Отношения были нормальные. Сейчас дочь меня ненавидит и напрямую говорит об этом. У нее живет мой бывший муж. Она все время вспоминает какие то старые истории из детства и попрекает меня ими. Она разговаривает со мной с высока. Обзывает не стесняясь в выражениях. Недавно умерла моя мама. Ее бабушка. Дочь ее очень любила. За день до маминой смерти я предупредила ее что бабушка плохая. Моя дочь вылила на меня ушат грязи. Она обвинила меня в смерти моей мамы. В том что я вышла замуж за другого мужчину и поэтому плохо ухаживала за своей мамой. Но у меня с мамой были прекрасные отношения. Как мне наладить отношения?

Каждая мама обязана знать:  Дочку называют агрессивной

Автор вопроса: светлана Возраст: 53

На вопрос отвечает психолог Грудкова Татьяна Викторовна.

Я понимаю как вам больно и обидно слышать упреки от дочери. Из вашего рассказа видно, что вы старались быть хорошей матерью. Жизнь ваша была непростой. Сначала не сложились отношения с мужем. Дочь в подростковом возрасте была неуправляемой. Вы много работали. Не хватало денежных средств. Но я уверена, что вы делали все, что могли, чтоб ваши дети выросли достойными людьми.

Когда у дочки начались в семье проблемы, вы взяли ее ребенка к себе, чем очень облегчили ей жизнь. И отношения тогда, как вы пишете, были нормальными. Потом вы уезжали к новому мужу на 4 года. Отношения с дочкой все еще были хорошими. Что же произошло позже? Вы ничего не написали о причине ваши ссор.

В любом случае, вы не должны себя винить. Вы дали детям жизнь — это самое главное. Уже за это они должны быть вам благодарны. В течение жизни все люди делают ошибки. При воспитании детей, что-то получается хорошо, что-то — не очень, а на некоторые действия просто не хватает сил. Идеальных матерей не бывает, и педагогический талант есть не у всех. Вы поступали с детьми так, как вам тогда казалось правильным, и делились с ними всем тем, что у вас было. Если вам кажется, что вы что-то не сделали или сделали неправильно, простите себя за все. А дочь, может быть, поймет вас со временем.

Мне не понятна причина ваших ссор, поэтому я не дам вам конкретных рекомендаций, а опишу основные правила поведения родителей с взрослыми детьми. Вы же знаете, что в любых отношениях менять получается только себя?

Первые 18-20 лет мы учим ребенка ходить, говорить, читать, дружить, любить, общаться, работать и несем ответственность за его здоровье, благополучие и безопасность. Самая основная задача родителей – научить ребенка жить самостоятельно, то есть так, чтоб он мог обходиться без нас.

Когда ребенок достигает совершеннолетия, отношения должны постепенно становиться равными. Ребенок считается взрослым, когда готов взять в свои руки ответственность за свою собственную жизнь. При этом он сам выбирает свои жизненные цели и задачи, а так же способы их достижения. Родители могут считать свою воспитательную миссию выполненной. С этого момента у родителей уже нет права ребенка чему-то учить, делать замечания, критиковать, что-то требовать. Обязанности содержать взрослых детей у родителей тоже нет. Даже если вы точно знаете, что ребенок ошибается, делая тот или иной выбор в своей жизни, он имеет право на свои собственные ошибки.

Итак, главное правило – не мешать ребенку жить его собственную жизнь. Это не означает, что дети и родители становятся как чужие. Они продолжают общаться, встречаться, но только по обоюдному согласию. Если ребенок просит совета, можно поделиться с ним своим жизненным опытом. Если он не просит, лезть к нему с советами нельзя. Можно помогать друг другу, но нельзя делать за ребенка то, что он способен сделать сам. Навязывать помощь тоже нельзя. Если обобщить, нужно уважать самостоятельность ребенка.

Очень часто родители не могут смириться с тем, что дети выросли. Многим матерям сложно расставаться с родительской ролью, где мы учим, подсказываем, решаем за ребенка. Когда взрослый ребенок справляется со своими проблемами успешно и без нашей помощи, мы чувствуем себя ненужными. Жизнь становится пустой, лишенной основного смысла.

В это время важно принять существующую ситуацию. Очередной жизненный этап пройден. Нужно подвести итог и наметить новые цели. Переключите все свое внимание на себя. Можно заняться своей личной жизнью, спортом, танцами, домашним уютом, имиджем, дизайном. Можно возобновить отношения со старыми подругами или завести новых.

Взрослым детям родители все еще нужны, но уже в новом качестве. Детям спокойно, когда мы сами способны позаботиться о себе, о своем здоровье, наполнить свою жизнь смыслом. Иногда им нужна наша поддержка и одобрение. Мы можем быть для них примером, как достойно проживать жизнь в зрелом возрасте.

Если вы попробуете придерживаться этих несложных правил, думаю, что ваши отношения с дочкой выровняются.

Почему слабый отец ломает судьбу дочери: мнение психолога

О влиянии папы на формирование судьбы девочки рассказывает женский психолог Вероника Хацкевич.

Характер отца сильно сказывается на жизни дочки, ее представлении об отношениях между полами и будущей семейной жизни.

Распространенная модель: мама сильная, властная, строгая, а отец слабый, мягкий, безвольный. В этом случае ребенку часто кажется, что мама плохая, а отец — хороший, добрый. Связано это с тем, что в таких семьях, как правило, женщина занята зарабатыванием денег, она холодная, мало эмоциональная, у нее нет сил и желания поговорить с малышкой, обнять ее. Мужчина же играет с ребенком, помогает ему, жалеет его. В раннем детстве проблем с такой «картиной мира» у девочки не возникает.

Однако в подростковом возрасте ребенок понимает, что мать не такая уж плохая. Она вынуждена была взять на себя мужские функции, содержать семью, потому что ее супруг на это просто не способен.

В голове у девушки происходит раздвоение: с одной стороны, она презирает отца за то, что он недостаточно сильный и мужественный, с другой стороны, продолжает любить его, потому что в ее подсознании закрепился его образ чуткого, внимательного, сердечного человека.

А также она начинает винить мать в том, что та унижает идеального мужчину, не дает ему реализоваться.

Но в реальной жизни такие мужчины не могут реализоваться, дальше создания амбициозных планов дело у них обычно не идет.

Таким образом, у девочки формируется «запретная любовь», а также искаженные проекции реальности, из-за чего во взрослом возрасте она, скорее всего, не сможет построить гармоничные отношения с представителями противоположного пола.

Фрейд называл такое состояние дочери «комплексом Электры», когда девочка на уровне подсознания оказывается втянутой в инцест, она в душе «обручена с отцом».


В результате она всю жизнь может искать идеального мужчину, который должен быть похож на ее отца. Когда же она начинает видеть в избраннике черты, противоречащие созданному в голове образу, она стремится завершить отношения.

Если девушка понимает, что отец не идеальный, он слабый, ненадежный, то начинает стыдиться его, а затем этот стыд переносит и на себя. Ей кажется, что отец в детстве не смог защитить ее от злой матери, что он предал ее.

Поэтому от всех мужчин, которые встречаются на ее пути, она тоже подспудно ожидает предательства. И даже если ей делают предложение, чаще всего она отказывается от брака, потому что боится, переживает, что ее снова оставят в сложной ситуации и не протянут руку помощи.

Кроме того, слабый отец негативно влияет и на формирование характера дочери, ее дальнейшие успехи в карьере.

Папа обычно прививает ребенку такие качества, как ответственность, целеустремленность, надежность. Он должен научить дисциплине и четкому разделению границ в общении. Однако слабый отец этого сделать не может, поскольку сам не обладает данными чертами.

Что же делать, если вы понимаете, что были воспитаны слабым отцом и сейчас не можете устроить личную жизнь? В данном случае лучше обратиться к психологу. Профессионал поможет избавиться от образа отца как идеала мужчины, осознать свою ценность как женщины, а также приобрести необходимые жизненные установки, правильную модель взаимоотношений между полами.

Залог счастливого брака — это не только любовь, но и разделение обязанностей, когда мужчина выполняет мужские функции, а женщина — женские. Это не только делает гармоничными ваши отношения с супругом, но и становится отличным примером для ваших детей в будущем, чтобы они тоже были счастливы в личной жизни и тоже смогли создать крепкие отношения.

Дочь обвиняет меня во всех неудачах в ее жизни

Мне 53. В 20 лет не запланировано родила в браке. Муж оказался игроманом и наиграл массу долгов.

Жили плохо, постоянно скандалили, и я с дочкой убегала ночь-за-полночь к родителям. Когда дочке было 16 лет, трагически ушла из жизни моя мама, быстро и тяжело. Перед смертью сказала, что я не позволила ей жить своей жизнью со своими вечными проблемами.

Бабушка мою дочь очень любила, фактически воспитала ее. Я работала, дочери внимания не уделяла, все только запрещала и наказывала побоями. После смерти мамы с отцом дочери разъехалась, перешли жить к моему отцу. С дочерью уже плохо ладили. Я вышла замуж второй раз и вместе с дочерью переехали в другой город к мужу. Отец дочери добровольно ушел из жизни. А через год погиб мой отец. В общем, за три года три утраты.

«Моя мама — монстр»: Как и почему матери манипулируют дочерьми


КАТИНЫ ОТНОШЕНИЯ С МАТЕРЬЮ ИСПОРТИЛИСЬ, когда ей было десять лет. Прошло двадцать четыре года — она переехала в другой город, нашла работу и мужа, но у них всё ещё случаются конфликты, после которых она чувствует себя так, будто её предали. Катя постоянно отвечает на попытки матери сблизиться, пусть и всякий раз жалеет об этом. Когда мама приезжает в гости, Катя чувствует себя некомфортно. Её мама не знает, что такое личное пространство и как нужно относиться к вещам другого человека. Она относится к взрослому телу Кати как к детскому, как будто не существует никаких границ. Однажды Катя рассказала маме, что ходит к психологу, мама сказала, что так поступают только слабые люди.
Отношения матери и дочери важны не только из-за объективной биологии, но и потому что именно благодаря матери девушка определяет себя как личность, идентифицирует себя во внешнем мире. «Я достойна любви», «Я самодостаточна» — вот две формулы, которые усваивает женщина в здоровых отношениях с матерью.Но нередко отношения с матерью становятся источником психологических травм и сложностей в последующей жизни. Обесценивание, манипуляция, равнодушие, чрезмерный контроль отравляют жизнь и не позволяют почувствовать себя свободной и полноценной личностью. Женщины решают эту проблему по-разному: кто-то пытается работать над отношениями, кто-то выбирает полностью исключить мать из своей жизни.
«Ты всё делаешь неправильно»

Каждая мама обязана знать:  Как вести себя с дядей, проявляющим нездоровый интерес

«Я никогда не бываю права», — рассказывает Катя. Когда она говорит о работе, личной жизни или просто неприятной ситуации в супермаркете, мама использует это, чтобы в очередной раз подчеркнуть, что Катя, в отличие от людей вокруг, ведёт себя неправильно. А когда она решает рассказать что-то по-настоящему личное или грустное, мама переиначивает рассказ так, чтобы выставить Катю в дурном свете, а потом припоминает эту ситуацию, чтобы в очередной раз её унизить. «Деньги — главный критерий успеха для моей мамы, в то время как для меня важны немного другие вещи», — говорит Катя. Именно поэтому её достижения и успехи и даже брак с человеком, которого она действительно любит, не имеют никакого значения для ее матери. Она лишь напоминает Кате, что этот мужчина может предать её в любой момент.

«Некоторые матери ошибочно считают, что, ударив своего ребёнка сильнее, чем это может сделать внешний мир, они смогут подготовить его к испытаниям и проблемам. Пускай ему будет плохо, но дома, под моим чутким руководством», — рассказывает психолог Виктор Заикин. Но такая жестокость, как правило, ранит и совсем не помогает справляться с трудностями, только растит неуверенность в себе.

В результате дочь может стремиться полностью соответствовать представлениям своей матери о «достойном человеке» и думать, что только так может заслужить любовь. «Пока я такая, какой мама хочет меня видеть, я получаю любовь и ласку, а когда я веду себя так, как этого хочется мне, меня прекращают любить», — так объясняет эту модель психолог Дарья Грошева. Желание доказать матери свою значимость становится неврозом, и ничего, кроме её одобрения, не может помочь успокоиться. Более того, эта травма может испортить отношения с другими людьми и постоянно напоминать женщине о том, что только идеальное поведение обеспечит ей любовь окружающих. Она может чувствовать, что не имеет права на уважение и любовь, если не прикладывает к этому усилий.

«Моя мама всегда относилась ко мне как к бракованной заготовке. Она никогда не хвалила и не поддерживала меня», — рассказывает Саша. С самого детства она стремилась учиться на отлично, писать стихи, наводить дома порядок, даже если её об этом не просили, словно пытаясь оправдаться перед всеми. Когда Саша выросла, мама стала пытаться перехватить инициативу по воспитанию её детей, потому что ей казалось, что она справится с этим лучше. «Она постоянно предлагала их забрать, якобы для того, чтобы я могла побыть наедине с мужем», — говорит Саша. По её словам, мама разрешала внукам всё, что запрещала она, и стремилась подорвать её авторитет. Мама Саши никогда не считала её достойным человеком и матерью для её детей.

«На твоём месте я бы повесилась», — говорила мама Маши, в очередной раз критикуя её внешность и поведение. Больше всего на свете мать боялась, что Маша «вырастет толстой» и «никогда не выйдет замуж». Когда её ожидания стали оправдываться (у Маши начались приступы компульсивного переедания на фоне стресса, после чего вес пошёл вверх), девушку стали регулярно водить к эндокринологам и народным целителям, но ничего не помогало. «Мне уже тридцать лет, но я до сих пор слышу, как мама говорит, что меня никто и никогда не полюбит», — рассказывает Маша.

Как ни странно, говорит психотерапевт Дмитрий Пушкарёв, критика чаще всего происходит из добрых побуждений. Мать может пытаться донести до ребёнка мысль, что без усилий его жизнь не сложится успешно. Часто, унижая ребёнка, родитель проецирует собственные страхи и опасения. «В России в целом принято скорее критиковать, а не хвалить. К тому же часто родителям кажется, что ребёнок старается недостаточно сильно, так что порочный круг обесценивания порой сложно разорвать», — говорит Пушкарёв.

«Я знаю, как лучше»

Обесценивание часто сопровождается нездоровым контролем за жизнью девушки. Часто это происходит, потому что мать не понимает, что в какой-то момент дочь должна стать самостоятельной и постоять за себя сама. «Многие матери пытаются остановить неизбежную сепарацию ребёнка. Особенно болезненной эта ситуация становится, если мать бессознательно хочет сделать из дочери идеального человека», — рассказывает Виктор Заикин.

Основные проблемы с мамой у Лены начались в семнадцать лет. Она не ела мясо, не верила в бога и не собиралась в скором времени выходить замуж. «Тогда меня стали насильно кормить, под угрозой домашнего ареста водить в мечеть, чтобы я поняла, что обязана хранить девственность до свадьбы и вскоре найти мужа. Надо мной даже проводили какие-то странные ритуалы, чтобы изгнать демонов», — рассказывает Лена. Потом она влюбилась в одноклассника, и мама отреагировала на это очень плохо. Отобрала у Лены телефон, посадила её под домашний арест и запретила выходить на улицу. «Это оправдывалось якобы тем, что мне нужно готовиться к ЕГЭ, а не думать о мальчиках», — объясняет девушка. К счастью, ей действительно удалось поступить в престижный вуз и уехать, сведя общение с матерью к минимуму. «Я очень редко езжу домой, а по телефону сообщаю только о каких-то бытовых происшествиях. Как только я начинаю говорить о чём-то личном, случается скандал, и мама использует эту информацию, чтобы мной манипулировать», — говорит Лена.

Мама входила в комнату Маши в любое время, не стучась и не спрашивая разрешения. «У тебя нет ничего своего и быть не может», — отвечала она на её возмущение. Иногда мать вскрывала ножом дверь в ванную, когда Маша закрывалась, чтобы помыться. «Ты такая беспомощная и не справишься с этим сама», — обычно объясняют своё поведение матери, помешанные на контроле. Так, мать может контролировать каждый шаг дочери: решать, что ей носить, как себя вести, где учиться и работать, с кем встречаться, во сколько возвращаться домой и как именно раскладывать вещи в шкафу.

У дочери в ответ возникает твёрдая уверенность в том, что без указаний и советов матери она не справится. Ей начинает казаться, что она не может взять ответственность за свою жизнь, и она чувствует себя неудачницей, которая и шагу не может ступить без чьей-то помощи. Мама, в свою очередь, может упиваться ощущением власти и одновременно недоумевать, почему её дочь выросла такой безынициативной.

С раннего детства мама заставляла Женю худеть: в ход шли убеждения, скандалы, щипки за живот. Впервые Женя почувствовала себя толстой в шесть лет и избавилась от этого, только уехав от родителей. «Долгое время мне казалось, что мой вес — это настоящая проблема. Но потом я стала анализировать мамину нездоровую фиксацию на похудении и поняла, что для меня фигура и вес никогда не имели такого значения, как для неё. Это она похудела на двадцать килограмм на капусте по собственной воле, а не я. Тогда я поняла, что мой вес представляет проблему только для моей мамы и ни для кого больше», — говорит Женя. В этот момент она осознала, что не собирается худеть. Это не помогло наладить отношения с мамой, зато позволило провести границу между навязанными и собственными желаниями.

«Меня воспитывали, чтобы мама могла реализовать свои амбиции», — пишет одна из пользовательниц российского форума. Её мама поставила перед ней чёткий план: поступление на фармацевтический факультет, раннее замужество и двое детей. Сначала она подчинялась требованиям: участвовала во всевозможных олимпиадах, которые её не увлекали, старалась преуспеть в учёбе против своей воли, — но в итоге столкнулась с клинической депрессией. «Я сразу стала „позором семьи“, потому что посмела поставить своё здоровье выше маминых желаний. Одно время я буквально не могла встать с кровати, но мама всё равно отговаривала меня от походов к психотерапевту», — пишет девушка. Она так и не поступила в университет, а сейчас самостоятельно осваивает программирование, лишь бы оторваться от семьи, где постоянно сталкивается с унижениями из-за нежелания идти на медицинский.

«Моя мама помешана на гороскопах», — пишет двадцатидвухлетняя пользовательница Reddit. Её мать диктует, какого цвета должна быть её одежда, с какими людьми ей стоит общаться, как стоит разговаривать с родителями. «Она делает вид, будто узнала обо мне всё из предсказаний. А когда я говорю, что это полная чушь, она качает головой и отмечает, что именно так ведут себя представители моего знака зодиака», — рассказывает девушка.

Желание контролировать дочь может быть связано с нарциссической травмой, считает Виктор Заикин. Мать может сознательно или бессознательно проецировать свои нереализованные желания на ребёнка, пытаясь сделать из дочери свою улучшенную копию. Заставлять ходить на балет, требовать отличных оценок или жить в точности по гороскопу, упрекать за отсутствие друзей — в общем, попробовать исправить свои неудачи и недостатки с помощью ребёнка.

Катя всегда замечала, что мама ревновала её ко всем новым мужчинам или, по крайней мере, относилась к ним подозрительно. «Но куда абсурднее то, что когда у неё появился партнёр, она стала подозревать, что я занимаюсь с ним сексом», — рассказывает она. А когда Катя переехала в другой город и вернулась домой по делам на пару недель, мама высказала предположение, что её переезд связан с тем, что она пыталась скрыть отношения с этим человеком. «Это абсолютная глупость! Он совершенно не соответствовал моим представлениям о подходящем для отношений мужчине», — говорит Катя.

Конкуренция — ещё один нездоровый паттерн в отношениях, который случается среди матерей и дочерей. Виктор Заикин считает, что так могут вести себя матери с застоявшимся комплексом неполноценности. Ощущая собственную несостоятельность, они утверждаются на фоне более слабого и неопытного человека — например, соревнуются со своей дочерью или постоянно чувствуют угрозу с её стороны. Такая модель особенно часто встречается среди матерей и дочерей с небольшой разницей в возрасте.

Каждая мама обязана знать:  Детско-родительские конфликты ваш тип поведения

В детстве Саша стала жертвой сексуального насилия. К ней приставал партнёр матери, угрожая, что, если она не будет с ним «играть», он их бросит. Саша скрывала эту связь, но в какой-то момент узнала, что мать в курсе и не считает это большой проблемой. Спустя несколько лет, когда она уже ушла из дома, парень Саши уговорил её обратиться в полицию — в ходе следствия выяснилось, что её мама до сих пор встречается с этим человеком. «Когда мы стали разговаривать, мама обвинила меня в том, что я пыталась увести у неё „нормального мужика“. Говорила какую-то чушь о том, что у них с ним была любовь, а я мешала», — рассказывает Саша

Конкуренция может быть и следствием симбиотической травмы (по аналогии с сиамскими близнецами), при которой мать начинает воспринимать ребёнка как продолжение себя. «Именно в этом случае возникает неестественная конкуренция или мать считает нормальным взвалить на дочь непосильные обязанности. Получается, что ребёнок практически лишается детства и плохо нащупывает свою индивидуальность», — говорит Виктор Заикин.

По мнению психотерапевта Виктора Богомолова, такие отношения чаще всего складываются из-за сложных жизненных обстоятельств. Например, если мать осталась одна с несколькими детьми или переживает тяжёлый период в жизни, из-за чего дочери приходится постоянно поддерживать мать или становиться полноценной няней. Эта ситуация может закрепиться, и в результате мать будет воспринимать ребёнка как взрослого человека и предъявлять к нему неадекватные требования до конца жизни.

Симбиотическая травма часто становится большим простором для манипуляций. Женщина, которая с раннего детства берёт на себя ответственность за домашние дела и других людей, не успевает осознать свои потребности, границы и желания, считает психотерапевт Ольга Милорадова. Жизнь для себя кажется ей чем-то порочным и эгоистичным, так что она становится уязвимой для любых требований и манипуляций со стороны матери. Дочь может не ощущать границ между собственной жизнью и потребностями семьи, так что всегда будет чувствовать себя обязанной и виноватой после очередной претензии, что она недостаточно помогает матери, и, как следствие, увериться, что без неё всё действительно пойдёт прахом. Подмена ролей не позволяет дочери поверить в то, что мать справится со своей жизнью без неё. Она ощущает гнетущую ответственность за человека, который когда-то не смог позаботиться о ней.

«Недавно я собралась переехать к подруге в другой город», — пишет одна из пользовательниц российских форумов. Когда она сказала об этом матери, та стала задыхаться и трястись всем телом — сказала, что сильно поднялось давление. Мама пригрозила, что умрёт, если дочь уедет из дома. «Я не хочу становиться убийцей матери, но жить дальше в такой зависимости тоже не могу», — говорит девушка.

Женя плачет очень редко, но маме стабильно удаётся вывести её из равновесия. На замечания о лишнем весе она уже научилась реагировать спокойно, но на ультиматумы и слёзы — нет. «Тебе еда дороже, чем мама. Ты бы знала, чего мне стоило тебя родить!», «Ты не можешь отказаться от сладкого, потому что не любишь меня», — примерно так звучат обвинения в её адрес. В детстве она тайком покупала шоколадки и кидала фантики под кровать, чтобы избежать скандала.

В этом случае манипуляция связана с желанием выстроить жизнь своего ребёнка в соответствии с собственными представлениями. В случае Жени мать с помощью чувства вины пытается сохранить контроль над дочерью. Нежелание подчиняться матери трактуется как равнодушие и бесчеловечность. Помимо спекуляций над нежными чувствами дочери, она также пугает её едва ли реалистичным развитием событий и опасностями: «Ты никогда не выйдешь замуж», «Твои подруги общаются с тобой, только чтобы выглядеть лучше на твоём фоне», «Никогда не думала, что моя дочь будет так выглядеть».

«Когда я училась в школе, моей маме понравилась моя одноклассница — такая звезда, умница и красавица. Мама начала сравнивать меня с ней на каждом шагу», — рассказывает Лена. Иногда мама критиковала её черты лица, сравнивая с этой одноклассницей, разумеется, не в пользу своей дочери. «Для меня эта девочка стала настоящим идолом. Я подружилась с ней и стремилась во всём походить на неё. Очень страдала из-за того, что я не она, и не могу нравиться своей маме в той же степени». С тех пор Лена стала неуверенной в себе, а в юности так себя ненавидела, что даже думала о суициде.

Запрет быть собой — ещё один способ, который используют матери, чтобы подчинить дочь своим прихотям. С помощью конкретного примера мать может навязывать дочери определённые ценности, цели и идеалы, словно заранее предопределяя её жизнь. При такой манипуляции довольно тяжело осознать свои собственные потребности и избавиться от искусственных эталонов, созданных матерью.

«Лучше бы я тебя не рожала», — как правило, эту фразу кидают в порыве злости, а потом жалеют, но порой мать действительно может не любить своего ребёнка. Равнодушие, жестокость, желание отстраниться, отсутствие сочувствия и эмпатии часто свидетельствуют о таком банальном, но всё же редком явлении.

«У некоторых женщин случается послеродовая депрессия, из-за которой они не могут найти силы для любви к своему ребёнку», — рассказывает Виктор Заикин. Обычно послеродовая депрессия проходит в первые годы после родов, но порой остаётся практически на всю жизнь. «Эта травма может остаться с женщиной, если она находится в тяжёлых обстоятельствах, из-за которых ребёнок может начать ассоциироваться с плохими событиями и ощущениями, а не радостью материнства», — объясняет психолог. В общем, женщинам, которые завели ребенка в травматичных условиях, может быть сложнее научиться любви — это будет требовать определённых усилий.

Иногда, рассказывает Заикин, матери пытаются оправдать жестокое обращение и унижение дочери любовью, но, разумеется, это имеет мало общего с правдой. В таких случаях чувства к ребёнку подавляются негативными эмоциями, связанными с его появлением. А обнаружить и взрастить положительные эмоции к ребёнку становится сложной задачей. «Мама не может меня принять, потому что я похожа на своего отца. Раньше она довольно часто брезгливо упоминала, как тот или иной мой жест или поступок напоминает его поведение», — рассказывает Оля. Со временем она научилась отбиваться от таких претензий, а сейчас учится выстраивать границы в отношениях с матерью.

По мнению психотерапевта Дмитрия Пушкарёва, иногда матери могут испытывать чувство любви к своему ребёнку, но всё же неосознанно использовать его в своих целях, превращая дочь в средство для саморегуляции или в инструмент в войне с супругом. К примеру, связывать плохое поведение дочери с её схожестью с отцом. «Это помогает, во-первых, снять с себя ответственность за огрехи воспитания, а во-вторых, найти лишнее подтверждение обоснованности своей неприязни к партнёру», — считает он. Это деструктивное сообщение по отношению дочери, поскольку та не выбирала себе отца и не может выбрать, на кого ей быть похожей. Осознанное или неосознанное использование ребёнка может также проявляться в желании реализовать свои амбиции через ребёнка, эмоциональные срывы, использование ребёнка в качестве союзника против партнёра или «жилетки для утешения», родительское самопожертвование и гиперопеку, при которой мать не даёт дочери и шагу ступить самостоятельно.

Здесь важно понимать разницу между двумя типами родительской любви, говорит Пушкарёв. Первый — это любовь как нежное чувство, второй — рациональное желание добра своему ребёнку и понимание его автономии. Например, многие молодые матери, особенно матери-одиночки, искренне желая добра своему ребёнку, не могут испытать нежного чувства по отношению к нему, что неудивительно, учитывая огромный стресс, которым сопровождаются первые месяцы и иногда годы материнства при современном укладе жизни. «Такие мамы, искренне желая добра своему чаду, часто винят себя в том, что „недостаточно любят“, что они „плохие матери“. К счастью, это, как правило, необоснованно, и чувство любви к ребёнку просыпается через несколько месяцев или лет по мере того, как жизнь более-менее нормализуется и уровень стресса снижается», — рассказывает Пушкарёв. Но бывает и наоборот — мать может души не чаять в дочке, но не понимает, что ребёнок является автономной личностью со своими потребностями.

Больше всего Сашу пугает, что в отношении со своими детьми она порой повторяет поведение своей матери. Эту проблему она старается отработать с психотерапевтом. В целом страх стать похожей на свою мать в определённой мере абсолютно нормален, считает Заикин: «Это первая стадия обретения самостоятельности и индивидуальности. Девочки-подростки часто намеренно стараются отличаться от матери внешне, выбирая более яркую одежду или смелые причёски». Но в здоровых отношениях навязчивое желание отличаться от мамы со временем должно утихнуть.

Обычно дочери боятся начать копировать те особенности поведения матери, которые доставляют им самые неприятные эмоции. Хотя, по мнению Богомолова, именно они могут проявляться с большей вероятностью: «Девушки обучаются определённым стилям мышления, способам объяснения действительности и управления своими эмоциями у родителей». Часто это может отразиться на их будущей жизни. Допустим, женщина может научиться у матери параноидально не доверять людям или перекладывать ответственность за свои проступки на другого человека. «Момент озарения наступил, когда я встречалась мужчиной, который был патологически похож на мою маму. Я постоянно пыталась заслужить его доверие и оправдывалась» , — рассказывает Оля. В этих отношениях она не имела права голоса и постоянно сталкивалась с запретами — прямо как в детстве.

Правда, хорошая новость заключается в том, что люди обладают разными способностями восстанавливаться в случае неприятностей и реагировать на неблагополучные отношения в семье, считает Виктор Богомолов. Так что многие могут быть совершенно устойчивы к моральным травмам, нанесённым матерью, и успешно выстраивать свою жизнь дальше.

Часто, желая оставить травматичный опыт позади, женщины решают полностью прекратить общение с матерью. Однако, по мнению психологов, такой поступок не всегда помогает преодолеть травму. Осознав, что отношения с мамой никогда не станут идеальными, сначала стоит определить собственные границы, а потом уже попробовать поддерживать с ней контакт в разумных пределах. Во-первых, стоит принять, что мать — это тоже живой человек, который может совершать ошибки, и отказаться от идеализированного образа, считает Дарья Грошева. А во-вторых, иметь в виду, что взрослые сформировавшиеся люди могут поменяться, только если сами захотят работать над отношениями. В ином случае стоит научиться ценить и охранять свою автономию и препятствовать попыткам матери повлиять на вашу жизнь вопреки желанию пойти у неё на поводу.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Воспитание детей, психология ребёнка, обучение и социализация